Pt. 3
Тэхён смотрел с благоговением на все приготовления к вечеринке, потому что Джэюль посадила его за барной стойкой и не позволяла ему лишний раз шевелиться. Он дегустировал разные безалкогольные коктейли, пока другие суетились, прибираясь в кафе и занимаясь готовкой, и чувствовал себя от этого крайне неловко.
Дома его всегда привлекали к чему-нибудь, как и его сестру, и зятя — чтобы никто не сидел без дела, а тут его возвели до уровня долгожданного гостя, и периодически Табита и несколько знакомых владельца, что помогали с вечеринкой, спрашивали его, хочет ли он чего-то, любит ли свинину, какие тропические фрукты ему нравятся. Они были так добры и внимательны, а ещё умилялись с акцента Тэхёна, по-доброму посмеиваясь, когда он говорил что-то неразборчиво, а то и вовсе неправильно, что в итоге он так и сидел статуей, не смея никуда отойти и тем самым обделить кого-то вниманием.
И это было проблемой, потому что весь его запас жизненных сил и дружелюбия иссяк к вечеру, и когда солнце опустилось за горизонт, океан превратился в зеркало, на котором подрагивали луна и звёзды, а из огромных колонок полилась традиционная музыка с укулеле и умиротворяющими текстами, появилось непреодолимое чувство тоски по тихому плеску волн и одной только Джэюль рядом.
Людей вокруг становилось всё больше, и все они смеялись и желали перекинуться словечком с Тэхёном, а он натягивал на лицо улыбку и отвечал на все их вопросы «Yes, I do» или «No, I don't», про себя думая, как здорово сейчас было бы ехать с Джэюль на машине по острову. Можно бесцельно, — просто, чтобы ехать, — а можно по направлению к отелю.
— Ты тут ещё не уснул? — Джэюль возникла словно из ниоткуда, вынырнув из-под стойки с двумя закрытыми бутылками текилы. Тэхён как-то упустил момент, когда она туда пробралась, и вздрогнул от неожиданности.
— Нет, — ответил он, моргая чаще, чтобы не выглядеть сонной мухой.
— Но ты хотел бы, — с добродушной усмешкой подметила она. — Если что, тебе нужно потерпеть ещё буквально полчасика. Сейчас они немного выпьют, заставят тебя отведать свинину калуа по-гавайски, накинут тебе на шею десяток-другой разноцветных леев, а потом им станет так весело, что они не заметят, как ты исчезнешь.
Надежда сбежать бодрила лучше всего. Тэхён даже сел ровнее на стуле, расправляя плечи и выгибая спину. При мысли о том, что совсем скоро он сможет уйти, коктейль показался слаще, а многочисленные взгляды и кивки местных воспринимались куда приятнее.