Хорошие новости

- Ой, - вскрикнула я, когда Чонгук промакнул одну из ран на ступне спиртом.
- Потерпи.
Президент заботливо подул на порез, чем немного смутил меня. Вспомнилось, когда он обрабатывал мои раны после неудачной попытки залезть под кровать. Это было мило. Но вообще, если так подумать, мне сейчас обрабатывает порезы один из самых завидных женихов в Южной Корее, на секундочку. Я аж загордилась и еле сдержалась, что бы не озвучить "и вот тут ещё подуй, а то щиплет", при этом невзначай указывая пальчиком, где конкретно. С такими темпами, мне скоро корона голову сдавит. Не так уж и плохо было бы, окажись наша помолвка настоящей.
Мы сидели в спальне Чонгука в новой квартире. Могу только представить, как ему надоело переезжать. Хотя эта квартира была самой уютной из всех, в которых я была, и на удивление, самой обустроенной, вовсе не выглядела съёмной. Двухэтажная, где первый этаж-студия, была гостиная совместная с кухней. Приятное, грамотное сочетание серого, белого и черного цветов. Я не успела особо рассмотреть первый этаж, а на втором было две комнаты и одна из них спальня, в которой мы и находились сейчас. Цветовая гамма здесь была примерно та же, только бежевые шторы ярко выделялись на всеобщем фоне. Немного странно, что все было выдержанно в одном стиле, а эти шторы...
- Твой брат выпытывал у меня, где ты пропала.
Меня словно ледяной водой окатило. Тэхен всегда, словно чувствовал, когда я в опасности. Он всегда приходил ко мне на помощь в детстве, в школе... Мы чувствовали друг друга, но в последнее время, я была настолько увлечена работой, что мы перестали видеться, потому что когда я уходила всё ещё спали, а когда возвращалась - уже спали. Сейчас я поняла, что скучаю. Тот месяц, что мы жили вместе с братом, был наполнен семейным теплом и заботой. Мы по прежнему не часто виделись, но меня почти каждый день ждал вкусный завтрак или сытный ужин, заботливо приготовленный Тэхеном. В носу защипало, в глазах все немного помутнело и я встряхнула головой, стремясь отбросить ненужные сейчас эмоции.
- Что ты ему сказал?
Я и хотела, и боялась одновременно услышать ответ. А Президент, как на зло, тянул, с неподдельным интересом изучая информацию на пачке ваты.
- Сказал, что ты в срочной командировке в Шанхае, - наконец, отвечает Чонгук, - Но он не поверил.
Я ужаснулась. Если мама узнает правду - убьет. Узнавшая правду мама страшнее любого киллера!
- Поэтому, отправил его в Шанхай.
Я крякнула в неожиданности:
- В смысле?! Ты отправил моего брата в другую страну по ложному следу?!
Во мне начала бурлить злость, и стала взглядом искать свой телефон, который Президент заботливо вручил в машине.
- Тахен, - окликнул меня собеседник, - я пошутил.
- Ну и шутки у тебя! Это вовсе не смешно!
Фыркнула и обижено скрестила руки на груди. Президент продолжил обрабатывать мои раны.
- Я пообещал, что с тобой все будет хорошо и как только ты вернёшься, он узнает об этом первый. А ты ему все сама и поведаешь.
Этот вариант меня устраивал, на душе моментально полегчало. Чонгук отчего-то ухмыльнулся краешком губ. Но решив не придавать этому значения, перевела тему:
- Почему именно эти шторы? - указываю в сторону бежевой плотной ткани закрывающей во всю стену окна. Немного помявшись, Президент тихо отвечает:
- Это мамины шторы, она сама их сшила. Мама была известным дизайнером интерьеров.
- Правда? - восхищённо смотрю на предмет обсуждения и, смею предположить, квартира тоже ее и обустраивала она сама все, - Наверное, у нее золотые руки!
Чонгуку, похоже, было приятно слышать похвалу, но тема была явно непростой и он ее поспешил сменил:
- Больше никогда так не делай. - указывает на мои ступни, - Я бы пришел за тобой, а они ничего тебе не сделали бы.
- Я не хотела быть для тебя обузой и пультом управления.
Повисла минутная, немного напрягающая тишина, за время которой, парень заботливо забинтовал ногу и сделал то, чего я никак не ожидала - нежно поцеловал щиколотку, отчего по телу пробежалось стадо мурашек. Затем, встретившись со мной взглядом, заставив покраснеть от подло возникших мыслей, хищно улыбнулся и окинул оценивающим взглядом. Я сидела на краю кровати и нервно теребила рукава черной рубашки, заботливо предоставленной Чонгуком после душа. Влажные волосы намочили плечи и грудь, что заметила только сейчас и попыталась невзначай прикрыться, краснея ещё больше.
- Так, - решила нарушить тишину я, тем самым пытаясь разрушить витавшую в воздухе атмосферу нарастающего желания, - завтра я выхожу на работу?
- Ты ещё еле стоишь, но уже собираешься работать? - фыркнул Президент, похоже, пытаясь взять себя в руки и начав складывать медикаменты с непринуждённым видом. Я же, недовольная его реакцией, решила затеять игру с огнем, и на свой страх и риск, откинув прядь волос назад, демонстрируя намокшую грудь виднеющуюся под мокрой тканью, повалилась на кровать сладко потягиваясь, отчего рубашка немного задралась, но всё ещё скрывая самое сокровенное.
- Боюсь, я не в состоянии пока приступить к работе, - довольно улыбаюсь, но затем замечаю, что на мои манипуляции Президент вообще никак не отреагировал. В смысле? А где мое ожидаемое тяжёлое дыхание, сопение, приставание?
- Но, конечно, сама себя она не сделает, - разочарованно вздыхаю и переворачиваюсь на живот. Было глупо пытаться его соблазнить, в конце концов, нужно не забывать, что все это фикция. Да, он говорил о настоящих отношениях, но это же не повод дразнить его, тем более, не собираясь продолжать игру.
- Мы собираемся расширяться, поэтому, тебе сейчас понадобится много сил для работы.
- А что касается тебя? - кинув взгляд через плечо, интересуюсь, но встретившись с вопросительным взглядом, уточняю:
- Ты снова практически не спишь, из-за этого, могут опять начаться проблемы с сердцем. Врач говорил...
Но Чонгук раздраженно перебил меня:
- Да какая разница, что говорил врач! - закрывая аптечку с такой силой, словно она была в чем-то повинна, - Плевать мне на этих врачей, ясно?! Кому какое дело, что будет с моим здоровьем!
В этот момент я, наконец-то, поняла очевидное - ему все равно на свою жизнь, потому что он не видит в ней смысла. Подозреваю, он специально не щадит себя и доводит до изнеможения, что бы быстрее угробить здоровье и, в следствии, быстрее...
- Дурак!
Я подрываюсь с кровати и становлюсь напротив него, намеренная высказать все, что о нем думаю. Но планы нарушаются из-за того, что от резко принятого вертикального положения - в глазах темнеет, голова кружится и я едва не падаю, будучи подхваченной Президентом.
- Мне есть дело! Мне важно! - зажмурив глаза и рефлекторно уцепившись в поддерживающие меня руки, возмущённо кричу я, что со стороны, наверное, выглядит смешно. Ну и пусть!
- Я не хочу видеть, как ты страдаешь! Все на тебя давят? И пусть! Забей на них и пусть сами разбираются! А у тебя есть я, и я готова помочь тебе во всем! Поэтому не смей так беспощадно гробить себя!
Сама не ожидала такого словесного и эмоционального потока от себя, но это была чистая правда, которую не раз обдумывала, лёжа в больнице. В глазах, наконец, прояснилось и голова перестала играть в карусели, и я смогла разглядеть слишком близко стоявшего Президента, поддерживающего меня за руки всё это время. От такой близости, лицо мгновенно вспыхнуло от приливающего смущения, но старалась, не смотря на это, выглядеть грозной и убедительной. Лицо Чонгука не выражало никаких эмоций и я уже стала ожидать худшего, но...
- Глупенькая, - вдруг улыбнулся собеседник, прижав меня к себе в объятиях, - я не тот человек, которого нужно жалеть и защищать.
- Сама уж как-нибудь решу, тот или не тот.
Ворчу, ощущая, что начинаю злится. Вечно он все за меня решает!