Глава 41
Тан Нин сидел в библиотеке и заранее готовился к докладу по делу, который нужно было сдать на следующий семестр в рамках курса «Право и бизнес». Последние два дня он занимался исследованием выбранной темы и только начал намечать основные идеи. Воспользовавшись бесплатным доступом университета к международным базам судебных прецедентов, он скачал множество англоязычных дел.
Хотя у Тан Нина не было близорукости, он страдал от астигматизма и не любил смотреть на экраны электронных устройств. Ему гораздо больше нравилось читать бумажные копии. Поэтому он перенёс файлы на флешку и собирался сходить в печатный центр, чтобы распечатать материалы. Едва он собрался встать, как рядом сел кто-то ещё.
Это был Е Лин.
Сказать, что Е Лин выглядел как кукла, было бы не преувеличением: кудрявые волосы, детское личико, круглые глаза. Даже когда он сердито сверкал глазами на Тан Нина, он не внушал страха.
«Можем поговорить?»
Тан Нин положил флешку, закрыл блокнот и вышел за Е Лином из библиотеки.
«Я всё обдумал, но так и не понял, почему он выбрал бету. Вокруг меня почти нет бет»,— Е Лин повернулся и уставился на Тан Нина. «Думаешь, ты умён? Думаешь, что если зацепишься за будущего наследника Тяньхэ, дальше всё будет гладко? Забудь про его упрямую мать, даже с его феромонами девятого класса тебе не жить спокойно в будущем».
Тан Нин промолчал.
Е Лин продолжил свою тираду: «Не строй из себя важную персону, будто я какой-то клоун, прыгающий вокруг. После всего этого шума ты думаешь, что я до сих пор его люблю?»
Тан Нин пожал плечами.
«Тогда зачем ты пришёл?»
«Я хочу, чтобы вы расстались».
«А тебе с этого какая польза?»
«Никакой. Даже если вы расстанетесь, он всё равно не будет со мной. Но мне просто хочется, чтобы вы оба были несчастны».
Тан Нин отвёл взгляд.
«Я люблю его много лет. Не думай, будто он такой благородный и честный, каким кажется. Нет. Он коварный и расчётливый».
В душе Тан Нин согласился.
У Линь Сунъаня действительно было две абсолютно разные стороны: врождённое чувство собственного достоинства и любовь притворяться капризным ребёнком только перед Тан Нином. Эти две черты не противоречили друг другу.
«Мой отец всегда говорит, что отец и сын Линь — улыбающиеся тигры. Не думай, будто ты в выигрыше».
Тан Нин вздохнул. Он действительно не умел справляться с агрессивными соперниками в любви. Ему оставалось лишь говорить искренне: «Даже его мать не может заставить нас расстаться. С чего ты взял, что у тебя получится?»
«Я...» — Е Лин запнулся.