Глава 11

Линь Сунъань часто говорил, что глаза Тан Нина — величайший обман XXI века. Из-за светлого цвета радужки они казались немного затуманенными, когда на них падал свет. На первый взгляд могло показаться, что в них есть нежность, но на самом деле это были бездонные, ледяные колодцы.

Именно поэтому Линь Сунъань слишком поздно осознал: хоть они были вместе уже почти полмесяца, Тан Нин ни разу даже не спросил, как его зовут.

Только после их первой близости, когда Тан Нин захотел получить оплату, он нехотя добавил Линь Сунъаня в WeChat. И лишь после настойчивых уговоров Линя записал его контакт как «Линь Сунъань», делая это будто крайне неохотно.

«Ты действительно нечто», — сказал Линь Сунъань, ущипнув Тан Нина за щёку, прикусил кончик его носа и подбородок, а затем лёг на него сверху.

Мысли его вернулись к жаркому и душному июню, к тому дню в машине.

Альфа наконец исчерпал свой запас энергии. Тан Нин выровнял дыхание; рука, до этого сжимавшая дверцу машины, ослабла и безвольно легла на плечо Линь Сунъаня. Он слегка толкнул его, но тут же сдался.

«Ты тяжёлый. Встань», — устало сказал Тан Нин.

«За весь этот месяц ты хоть раз думал о том, чтобы связаться со мной?» — Линь Сунъань наматывал прядь его волос на кончик пальца.

Опять об этом?

Тан Нин уже собирался что-то ответить, но Линь Сунъань усмехнулся и сам сказал:

«Ладно, забудь. Я и так знаю, что ты скажешь. Ты спросишь: "Зачем мне тебе писать?"»

Тан Нин посмотрел на него с невинным выражением.

Линь Сунъань снова его укусил.

Слишком навязчивый. Тан Нин не любил, когда его так тесно прижимают; сердце сжималось, и он едва мог дышать. Но Линь Сунъань продолжал целовать его нежно и настойчиво, порой касаясь губ.

«Тан Нин», — Линь Сунъань редко произносил его полное имя. Тан Нин поднял взгляд. Взгляд Линь Сунъаня был пронзительным; он провёл языком по его губам со жгучим желанием, и спросил: «Когда ты сам захочешь меня поцеловать?»

Тан Нин нахмурился, а Линь Сунъань лишь усмехнулся.

Когда дразнишь Тан Нина, лучше знать меру.

Тан Нин был свирепее кошки: если кошка поцарапает — сделаешь пару прививок и всё, а вот если Тан Нин разозлится и «поцарапает», тогда некому будет помочь Линь Сунъаню справиться с его гоном.

Оба они молча пропустили этот неожиданный вопрос. Линь Сунъань сел, и Тан Нин последовал его примеру.

Большинство влажных салфеток в машине Линь Сунъаня израсходовал Тан Нин.