Глава 80. Завершение
Ситуация сложилась довольно непростая, Дуань Сюй подумал что, возможно, ему придется использовать скрывающихся в Цзинчжоу «Цзывэй». Пока он обдумывал это, на залитую лунным светом землю приземлился ворон.
Его глаза вспыхнули, а затем он рассмеялся.
На плечо Хань Линцю опустилась бледная рука, и за его спиной появилось белоснежное, прекрасное лицо Хэ Сыму. Она равнодушно уточнила:
— Я вам не помешала, господа? Вдруг пришла не вовремя, прервав встречу давних знакомых.
Ее пальцы глубоко впились в плечо Хань Линцю, и она медленно и размеренно произнесла:
— Отпусти.
Хань Линцю остолбенел, глядя на Хэ Сыму. Он невольно разжал пальцы, ослабляя хватку и бормоча:
— Ты...
Хэ Сыму, протянув руку, щелкнула перед его глазами, Хань Линцю тут же пошатнулся и рухнул на землю, лишившись сознания. Затем она медленно обернулась, оглядывая изумленных присутствующих, указала на Дуань Сюя и заявила:
— Этот человек мой, я забираю его.
Солдаты в тени испуганно зашептались. Первым отреагировал Лу Да, взглянув на висевший на поясе Хэ Сыму Призрачный Фонарь, он спросил:
— Этот Фонарь... Неужели ты... Королева Призраков?
Хэ Сыму кивнула:
— Со зрением у тебя порядок.
— В последний раз, что мы виделись, ты была человеком.
— Просто небольшая уловка.
Лу Да окинул взглядом Дуань Сюя с Хэ Сыму, заметив:
— С прошлого раза ваши положения изменились: ты стала призраком, а он стал человеком. Между вами есть какая-то связь.
Он перевел взгляд на Дуань Сюя и сказал:
— Так вот почему главнокомандующий Дуань одержал безоговорочную победу на поле битвы Юньчжоу и Лочжоу?
Дуань Сюй невольно усмехнулся. Он убрал Пован в ножны и равнодушно сказал:
— Если тебе от этой мысли легче, то пусть будет так.
Хэ Сыму взмахнула рукой, и три скрытых шипа, устремившихся к Дуань Сюю, повисли в воздухе. Она бросила взгляд на Четырнадцатого, щелкнула бледными пальцами, и три ядовитых жала сгорели дотла, рассыпавшись по земле пеплом.
Четырнадцатый, владелец ядовитых жал, с мрачным выражением лица холодно обратился к Дуань Сюю:
— Ты все же предал бога Цана и встал на сторону злобного божества. — Помолчав, он опустил голову и обратился к Муэр Ту: — Наставник, он тот самый человек из пророчества, связанный со злобным божеством, ребенок, который противостоит богу Цану. Нам давно следовало его убить.
Хэ Сыму никогда не интересовались враждой и неприязнью между смертными, за исключением Дуань Сюя. Она хотела поскорее увести его оттуда, но он сжал ее руку, давая знак подождать.