Глава 25: Призраки особняка и сталь в позолоте.

Дождь лил как из ведра, превращая дорогу к особняку Северо-Западов в грязное месиво. Лео, одетый в свой единственный приличный черный свитер под неизменной джинсовкой, хмуро смотрел на сияющее здание на холме. Диппер рядом лихорадочно проверял фонарик и перечитывал записи в Дневнике о «призраках пятой категории».

— Слушай, Дип, — Лео поправил воротник. — Почему мы идем помогать людям, которые все лето вытирали об Мэйбл ноги? Пасифика Северо-Запад заслуживает того, чтобы её особняк немного пошатало привидениями.

— Лео, если верить Дневнику, этот призрак может уничтожить весь город, если его не остановить, — серьезно ответил Диппер. — К тому же... Пасифика заплатит. Стэн сказал, что если мы не вернемся с чеком, он вычтет стоимость бензина из наших обедов.

Внутри особняк поражал своей избыточностью. Позолота, бархат и холодные взгляды богатеев. Лео чувствовал себя здесь как волк на выставке пуделей. Пока Пасифика вела Диппера в большой зал, Лео остался в холле, где столкнулся с отцом Пасифики, Престоном Северо-Западом.

— Ты, — Престон брезгливо оглядел потертые ботинки Лео. — Официанты на кухне. Не смей заходить в обеденный зал.
Лео медленно повернулся к нему. Его взгляд был тяжелым, как наковальня.

— Я не официант, приятель. Я тот, кто следит, чтобы твой дом не превратился в склеп, пока мой брат делает за тебя грязную работу. Так что советую поберечь голос для своих слуг.

Когда призрак дровосека вырвался на свободу, начался настоящий хаос. Диппер бегал с серебряным зеркалом, пытаясь поймать духа, а Лео взял на себя эвакуацию испуганных аристократов. Он выбивал запертые двери, вытаскивая людей из комнат, которые уже начали прорастать корнями и ветками.

— Вниз! Все в сад! — командовал Лео, буквально вышвыривая за шкирку толстого барона из комнаты, заросшей терновником.

В какой-то момент Лео оказался зажат в коридоре между двумя ожившими доспехами. Серебряный нож здесь был бесполезен — призраку было плевать на сталь. Но Лео заметил, что доспехи управляются корнями, растущими из стен.

— Ах вы, сорняки переростки, — прорычал он.

Он не стал фехтовать. Лео ухватился за тяжелый гобелен на стене и с рывком сорвал его, обрушивая вместе с карнизом на корни. Используя гобелен как импровизированную сеть, он связал механизмы доспехов, давая себе время прорваться к залу, где Диппер и Пасифика боролись с дровосеком.

Когда всё поместье начало превращаться в дерево, и Престон Северо-Запад нажал на «колокольчик позора», призывая всех подчиниться, Лео почувствовал, как его ноги деревенеют. Кора поползла по его рукам, сковывая движения.

— Пасифика! — крикнул Диппер. — Только ты можешь открыть ворота! Исправь ошибки своих предков!

Лео, уже почти превратившийся в деревянную статую, из последних сил ухватился за край обеденного стола. Его пальцы, ставшие ветками, всё еще сжимали сталь ножа.

— Сделай... это... — прохрипел он, глядя на Пасифику.

В этот момент Пасифика Северо-Запад дернула рычаг, открывая ворота для простых жителей города. Проклятие разрушилось. Дерево осыпалось прахом. Лео рухнул на колени, жадно глотая воздух. Его руки снова были человеческими, но на коже остались тонкие следы, похожие на линии древесной коры — напоминание о том, что даже железо может быть поглощено лесом.

Позже, когда Диппер и Пасифика стояли в саду, Лео подошел к ним, отряхивая пыль со свитера. Пасифика посмотрела на него с нескрываемым уважением.

— Твой брат... он сумасшедший. Он просто стоял там, пока в него врастали ветки.

— Это семейное, — ухмыльнулся Диппер.

Лео посмотрел на роскошное поместье, которое теперь было залито грязью и заполнено обычными горожанами.
— Знаешь, Пасифика, — сказал Лео, убирая нож в карман. — Твои предки строили стены, чтобы спрятаться от мира. Но стены не спасают, когда внутри гниль. Сегодня ты впервые построила что-то прочное. Не потеряй это.

Они уходили из особняка под дождем.
Диппер был горд собой, а Лео просто радовался, что на нем снова его старая джинсовка.

— Знаешь, Дип, — сказал Лео, когда они спускались с холма. — После этого вечера я еще больше не люблю богачей. Но Пасифика... кажется, в этой позолоте всё-таки нашлась капля настоящего металла.

Диппер улыбнулся. Август 2012-го близился к своему экватору. Они еще не знали, что следующая глава изменит их жизнь навсегда. На горизонте уже виднелись правительственные машины.