Глава IX: Заново жить
Тёмные тучи затянули небо, не позволяя осветить заросший двор. Холодный ветер то стихал, то проносился между деревьев, унося жёлтые листья, которые тихо ложились на землю. Некоторые успели засохнуть, отчего слышался шелест под ногами, но многие всё ещё не желали покидать родной дом. Асфальт стал заметно узким и почти превратился в грязь, словно дождь каждую ночь бил его. Особенно удивляла тишина: никто не проходил, не проезжал, не жил рядом с заброшенным домом. Безлюдность настораживала и, особенно, когда стало темнеть. Я потерял всё, что успел увидеть.
Пустота. На секунду я потерял сознание и затем снова пришёл в себя. Казалось, кто-то ударил по затылку – и теперь всё изменилось. Больше я не чувствовал прохладу, не видел серое небо и не ощущал сырость, которая точно предвещала дождь. Неожиданно всё стало каким-то тяжёлым, точно не моим и не со мной. Повсюду бродила темнота, но сейчас я понимал, что проблема вовсе не в отсутствии света – мои глаза были закрыты. Создалось страшное впечатление, что я мёртв, ведь не получалось даже пошевелиться. Я ничего не чувствовал, не мог что-либо увидеть – только слышал какой-то противный писк и парил в густом тумане.
«Что со мной? Ничего не могу сделать... Так плохо... Я будто не в своём теле. Как... Как выйти из этого состояния?»
Показалось, что я нахожусь в горизонтальном положении где-то высоко в небе. Кучевые облака касались моей спины, но я не мог даже подвигать пальцами. Лёгкая боль иногда охватывала руку и ногу, будто они были зажаты чем-то твёрдым. Голова начинала сильнее гудеть, когда я старался что-то вспомнить, понять или переосмыслить. Каждая попытка открыть глаза была неудачной: они будто были склеены клеем. Никогда веки не были такими тяжёлыми. Что-то случилось, но беспроглядный туман не отпускал меня.
Возможно, прошла минута. Возможно, прошло несколько минут. Возможно, я пробыл в бессилии где-то около часа. Потребовалось немало времени, чтобы наконец-то увидеть свет. Спустя долгие попытки всё же получилось приоткрыть глаза – это было настолько сложно, что я даже почувствовал, как холодный пот выступил на лбу. В тот же момент овладел животный страх: я начал бояться, что если снова опущу веки, то больше не смогу преодолеть себя. Несмотря на то что бил яркий свет, я не хотел терять его. Сейчас он был слишком важен для меня.
«Где я? Это помещение... Лампы... Они такие яркие. Почему? Как я сюда попал? Ничего не понимаю»