Глава 55. Ужас в театре

   Граф Лут явно боялся своей тети. Он не мог поднять голову перед леди Эдит. Однако его тетя, которую он одновременно уважал и боялся, болтала и смеялась с Йейтсом и другими, даже называя его своим «благодетелем»; это так его злило, что он раздувался. Дуань Фэйчжоу подозревал, что если его уколоть иголкой, он сдуется, как проколотый воздушный шар, и начнет летать по театру.

   – Я также давно не видела твою маму. – Леди Эдит ущипнула графа Лута за щеку, обращаясь с ним как с ребенком. – Мы должны как-нибудь собраться всей семьей. О, почему бы не устроить банкет и не пригласить мистера Честера и мистера Йейтса? Твоя мать всегда любила поэзию, и она будет в восторге от знакомства с таким поэтом, как мистер Йейтс.

   Граф Лут, конечно, не хотел обращаться со своим соперником как с почетным гостем, но в присутствии тети он мог лишь опустить голову и покорно ответить:

   – Да... да...

   – Ладно, дети, давайте больше не будем загораживать проход. Мы мешаем людям пройти. – Леди Эдит хлопнула в ладоши. – Пойдем наверх. Кстати, мистер Честер, наша ложа наверху, номер 7, так что, обязательно приходите поболтать во время антракта.

   Сказав это, она взяла сына под руку и грациозно и гордо поднялась по лестнице. Граф Лут с ненавистью посмотрел на Йейтса и угрюмо последовал за тетей и кузеном.

   Джон скорчил гримасу, глядя вслед удаляющейся фигуре, а затем торжествующе улыбнулся.

   – Ха, посмотрим, осмелится ли этот парень ещё вести себя высокомерно перед мистером Йейтсом!

   Йейтс улыбнулся и похлопал молодого человека по плечу.

   – Пойдемте и мы.

   Они нашли свои места. Усевшись, Дуань Фэйчжоу поднял глаза, чтобы найти ложу на втором этаже и увидеть, где сидят лорд Перлилла и другие. Мягкая, бескостная рука легла на предплечье Дуань Фэйчжоу.

   – Я и не подозревала, что у вас такой широкий круг друзей, мистер Честер, – тихо сказала Мадлен.

   Дуань Фэйчжоу сразу же отдернул руку, как будто его ударило током. Когда его коснулась Мадлен, он почувствовал дискомфорт во всем теле. Он пробормотал:

   – Э-э, ну да.

   – Сегодня в театре действительно оживленно. – Мадлен задумчиво посмотрела на сцену. – Вы знаете эту знаменитую цитату Шекспира? «Весь мир — театр. В нём женщины, мужчины — все актёры». Думаю, сегодня вечером не только эта сцена, но и весь театр станет огромной сценой!

   Сказав это, она издала серебристый смешок, похожий на звон колокольчика.

   Дуань Фэйчжоу почувствовал, как по его спине пробежал холодок.