Пустота. Часть 1.

У каждого, наверное, в этом мире человека или предмета есть имя или какое-либо название… Даже не «наверное». Это факт. Люди ничего не оставили безымянным.

Вот вообразите себе что-то такое, что нельзя никак назвать. Даже если вы будете пытаться изо всех сил, это, к сожалению, действительно невозможно сделать: вы всё равно придумаете название этому. Хоть какое-то прозвище, но назовёте его. Ведь если вы не назовёте его, то не сможете банально думать о нём. Вот что у вас, по-вашему, должно возникать в голове, когда вы подумаете буквально ни о чём, о пустом месте? Ничего.

Всё в этом мире уже имеет своё название. Наверное, названий не имеют только самые-самые далёкие планеты и галактики, находящиеся на самом краю космоса… И то, подумав о них, мы им можем придумать имена. Даже не подозревая о их существовании, мы всё равно можем выдумать им какие-нибудь имена. Просто чудо какое-то.

А вот представьте какого это: не иметь имени. И не просто «не иметь» имя, а буквально не иметь возможности выдумать себе какое-нибудь имя. Вот не можете вы себе его придумать, будто кто-то свыше вам это запрещает.

И я даже знаю, кто это мне запрещает это сделать: мой прекрасный Автор, которая принципиально не захотела мне придумывать имя. Не подумайте, я не ненавижу своего Автора. Я бы сказал, я отношусь к ней абсолютно нейтрально. Но тот факт, что она запрещает её же персонажам придумывать себе имена… Меня это немного напрягает.

Может, это важно для сюжета, может отсутствие имени должно иметь какой-либо смысл… Но я действительно пока не видел его.

Можно предположить то, что отсутствие имени должно повлиять на мои отношения с другими нормальными людьми… Но это оказалось неправдой: вся моя жизнь была будто подстроена так, чтобы никого не интересовало, какое у меня имя и почему его у меня нет. Проще говоря, всем было откровенно всё равно. Серьёзно, я даже каким-то образом завёл себе семью, не имея имени.

Ни жену, ни сына, ни друзей, ни знакомых никаким образом не интересовало, как меня зовут. Признаюсь честно, в какой-то степени меня это действительно пугало. Я даже начал прямо им говорить, что у меня нет имени, что существует Автор и что я ломаю четвёртую стену, но они смеялись с меня, не воспринимали мои слова всерьёз, а некоторые вообще говорили, что я схожу с ума.

И я реально уже начал сходить с ума. Я осознавал, что нахожусь в выдуманной вселенной, что всё вокруг меня нереальное и что я даже не главный герой!.. Тогда кто главный герой? И почему какой-то второстепенный безымянный человек, как я, ломает четвёртую стену? Зачем это нужно? И вообще, какой смысл в этом монологе?!

Я долго бился головой о четвёртую стену и искал смысл своего существования. Я долго пытался найти хотя бы одного такого же человека, который тоже хочет узнать, что происходит в этом мире, зачем всё это нужно и который поймёт меня…

… Ну, а потом я подумал… А с чего это я так из-за этого всего переживаю? Зачем мне сходить с ума только потому, что у меня нет имени, и я считаю реальность иллюзией, вселенную ― голограммой? Это ведь наоборот значит, что я как-то, ну… Выше остальных людей? Не, не поймите меня неправильно, я сейчас не возвышаю себя над другими… Но, по факту, если я знаю, чем на самом деле является наш мир, то я знаю больше, чем остальные люди. Под «остальными людьми» я подразумеваю тех, кто как раз-таки и называет меня сумасшедшим. Я ведь правильно рассуждаю, так ведь?..

Постаравшись с этой мыслью успокоится, я снова начал нормальную жизнь. До этих пор я вёл себя как самый обычный гражданин. Я никогда не нарушал законы, никогда не устраивал конфликты, никогда не поднимал руку на свою семью и ни за что не хотел этого делать.

И только по ночам или когда я оставался один, меня снова начинало интересовать… Почему именно я? Почему только я на всём белом свете такой особенный? Неужели в ломании четвёртой стены и в отсутствии имени действительно нет никакого смысла?..

…После в один роковой день оказалось, что у всего этого есть смысл.

Началось всё с того, что я начал слышать чей-то голос. Конечно, первое, о чём я подумал — я окончательно сошёл с ума и у меня развилась шизофрения. Согласитесь, так бы все подумали.

Этот голос представился Войдом и, как оказалось, он находился не в моей голове, а со мной в комнате, судя по тому, откуда он исходил. Вы не представляете, этот монстр оказался таким разговорчивым… Буквально разговаривал так, что его невозможно было перебить. Да ещё так весело и с такой скачущей интонацией создавалось ощущение, что я нахожусь в цирке.Войд был вдохновлён Кейном из Цифрового Цирка, поэтому, думаю, это можно считать за отсылку.

Он сказал, что пришёл «просто познакомиться со мной» и заявил, что тоже ломает четвёртую стену и осознаёт то, что существует Автор, мы все в фанфике, реальность ― иллюзия, вселенная ― голограмма… Ну и что-то в таком роде. На тот момент он больше ничего о себе не говорил.

Слава богу, что в комнате никого, кроме нас двоих, не было, и я мог спокойно ему отвечать.

Хотя, первое время я был слишком напуган, чтобы что-то говорить. А ещё мне до сих пор казалось, что Войд ― моя шизофрения… Да, Войд объяснил, что он буквально парящая в воздухе пустота, на что я ему в ответ сказал, что не привык общаться, ну… С «воздухом». Вы не представляете, но Войд на это обиделся и исчез. Или он просто молчал… Я понятия не имею. Он ведь прозрачный. Как я могу понять, где он находится, если он молчит?

В течение всего дня я раздумывал над этой ситуацией. Это было… Очень странно. Даже страннее того, что у меня нет имени и что я ломаю четвёртую стену. Это в целом самая странная ситуация, которая могла произойти у кого-либо в жизни. Со мной ведь… Разговаривала пустота. Вау.

В итоге я решил, что это всё мне просто привиделось и у меня шизофрения.

И вот представьте: ложусь я такой спать в хорошем настроении с мыслью о том, что никаких монстров не существует… Как вдруг меня посреди ночи будит тот же голос. Да я аж с кровати упал, когда снова его услышал… Но теперь я его и увидел. У него появилась одежда. Вы должны были видеть моё лицо в тот момент, когда я смотрел на летающую одежду, стоящую передо мной.

Войд теперь выглядел как какой-то человек-невидимка: он был одет в белую рубашку с длинными рукавами и перчатками, темно-синие длинноватые шорты, такую же синюю обувь, чем-то похожей на кроссовки, а вместо головы у этого существа была белая шляпа и ярко-голубые очки, благодаря которым можно было понять, куда он смотрит. Всё тело было прозрачным.

Кстати сказать, Войд никогда не уточнял, есть ли у него невидимое тело или он просто летающая прозрачная материя, не имеющая чёткой формы… И он до сих пор этого не говорит. Мне теперь интересно стало…

Но это не так важно. Важно-то другое: это существо объяснило, что сделало одежду ради моего удобства. Типа, чтобы мне было проще с ним разговаривать. Поверьте, я понятия не имею, откуда и как он достал эту одежду… Или он её действительно создал…

Может, всё могло бы быть в порядке в тот момент… Если бы в комнату не зашёл мой сын. Кстати, у моего сына имя есть: его зовут Тед.

Я тогда не знал, что Войда не может видеть никто, кроме людей, ломающих четвёртую стену, и других монстров. И я подумал, что мой сын увидел Войда. Я попытался ему это объяснить, подходя к нему, но тут произошло такое, чего я уж точно не ожидал: я вдруг ударил своего сына, потом взял его за шею так, что чуть не удушил это маленькое создание, и выбросил из комнаты, будто выбрасываю какое-то животное. После я с грохотом закрыл дверь.

Я ничего не понимал. Меня начало всего трясти, я чуть ли не плакал. Я могу всем за свете поклясться, что я даже не думал этого делать! Это будто… Сделал не я…

На следующее утро у меня был скандал с женой из-за того, что произошло ночью. Она обвиняла меня в том, что я окончательно сошёл с ума и что я ненормальный. Я пытался ей объяснить, что это будто бы сделал не я… И, представьте, как только я всё рассказал ― в этот момент я хватаю нож и бросаюсь на свою жену!

Я был напуган не меньше, чем моя жена, которой я наносил удары острым лезвием. Я хотел кричать и плакать, когда уже через минуту передо мной лежало её мёртвое тело. Я упал перед ней на колени, до сих пор держа окровавленный нож в руках.

Самое страшное было то, когда я обернулся и осознал, что за этим всем наблюдал мой сын. Бедный четырёхлетний ребёнок своими глазами видел, как отец заживо зарубает ножом свою мать.

У меня началась ужасная паника. Теперь я уже точно не контролировал себя. Осознав, что я сделал, я бросил нож в сторону, а сам помчался к выходу из дома.

Через минуту я был уже далеко от него. Я спрятался за тёмным переулком и начал реветь. Это ведь делаю не я… Но самое главное: я не мог никому доказать, что это сделал не я. Все вокруг уже считают меня конченным психопатом, а то, что я зарезал собственную жену, вообще не должно никого удивить!.. Я сам себя подставил…

Я не хотел возвращаться к сыну. Мне было слишком стыдно перед ним… Теперь он считает своего отца монстром. Да и тем более, я не хочу, чтобы и с ним что-нибудь случилось. Я не прощу себя, если что-то ещё с ним сделаю. Лучше пусть о нём позаботится кто-нибудь другой.

А тем временем, чтобы меня никто не нашёл, я отправился в другой город, который был больше, чем наш. Знаете, в таких случаях мне везёт не иметь имя: меня не могут опознать полицейские, а свидетелей, кроме четырёхлетнего ребёнка, больше нет. Я без труда нашёл себе там квартиру в каком-то старом доме на окраине, чтобы никто не подумал меня там искать. Да и никто в этом городе не подозревал, что я могу быть убийцей.

Всё это время я занимался самобичеванием за содеянное. Появлялись мысли взять и убить себя, ведь я с таким позором больше жить нормально не смогу… Но я пока что оставался в здравом уме. Я осознавал, что я не мог этого сделать сам.

Так и оказалось: это сделал не я. Это сделал моими руками Войд.

Он сам пришёл ко мне и всё объяснил. Честно, я был крайне не рад его появлению… Оказывается, Войд может контролировать людей, которые ломают четвертую стену. Знаете, он говорил об этом так, будто ему не было никакого дела до того, что он буквально разрушил мне жизнь. Будто всё это были сущие пустяки, на которые не стоит обращать внимания. Это существо даже не осознавало того, что натворило.

Я сильно разозлился на монстра. Появился, видите ли, из ниоткуда, а теперь ещё заставляет меня делать то, что я совсем не хочу! Я попытался наброситься на него и ударить… Но прошёл сквозь него. Войд не шелохнулся. Потом уже Войд мне объяснил, что находится не совсем здесь. Он сказал, что даже не видит, что происходит вокруг. То есть, видит только меня и какие-то очертания окрестностей рядом. Я, конечно, ничего не понял, но сделал вид, что понял.

После этого и начались два года моих страданий. Войд игрался со мной как хотел.

Если вы думаете, что я больше не пытался ему сопротивляться, то вы очень сильно ошибаетесь: начиная от простых просьб и заканчивая целыми ритуалами по изгнанию демонов, я пытался убрать это безжалостное чудовище из моей жизни. Войд над всем этим только насмехался, особенно когда доходило до ритуалов по изгнанию демонов. Войд мне даже объяснял, что он никакой не демон, он именно монстр, а также одно из самых могущественных существ в этом фанфике. Да, он прям так и говорил, что могущественнее него есть только Автор.

Ничего не помогало мне от него избавиться. Я перепробовал всё, что только знать мог. Спустя год я уже окончательно смирился с этим…

Но давайте по порядку. Не то я загнул уже на «год спустя»…

Я до сих пор помню, что первые несколько дней существо заставляло меня убивать людей беспрерывно. Ну, как бы сказать «беспрерывно»… Я убивал людей не постоянно и не разрубал каждого второго на улице, не волнуйтесь. На самом деле за эти несколько дней у меня получилось убить не больше пяти человек. Я имею в виду, что Войд эти несколько дней не давал мне ни есть, ни спать, говоря: «Как-нибудь без этого справишься».

Дошло до того, что я от усталости и голода свалился без сознания чуть ли не посреди улицы. Знали бы вы, как Войд за голову (если она вообще у него есть) спохватился, искренне удивляясь, что людям действительно нужно спать и питаться. Я серьёзно, он был очень удивлён.

Потом уже выяснилось, что Войд практически ничего не знает о людях. Он до момента знакомства со мной понятия не имел, что людям нужно есть, спать, что люди чувствуют боль, а когда я ему чуть подробнее рассказал о человеческом строении, то реакция Войда была типа: «Как у вас всё сложно…»

Да, и после этого он заявляет, что является самым могущественным существом. Признаюсь, мне с него тогда смеяться хотелось. Он сам не знает, куда лезет…

Но несмотря на это, он продолжал меня заставлять убивать людей против моей воли. Настолько долго я это уже делал, что при очередном убийстве почти не чувствовал сожаления к жертве, а наоборот чувствовал раздражение и желание поскорее расправиться с ней, чтобы Войд от меня отстал.

Ну, в общем, как это происходило… Первые пару месяцев обо мне до сих пор никто не знал и не было подозрений того, что я убийца. Я вёл достаточно скрытный образ жизни, иногда по ночам вылавливая какого-нибудь человека в тех самых тёмных переулках, не делая что-то большее. На тот момент я не понимал, зачем это Войду нужно, а когда я его спрашивал, то Войд только отмахивался, говоря, что такому «низшему созданию», как мне, это знать необязательно. Прекрасно: мне необязательно знать, по какой причине какой-то монстр рушит мне жизнь! Меня убивает его логика.

Через пару месяцев меня заметили: так получилось, что каким-то образом рядом оказались свидетели, хотя я как всегда проверял, чтобы никого рядом не было.

Уже на следующий день о моей преступной деятельности узнал весь город. Как бы, да, я убил не просто там какого-то человека, я ведь убивал на протяжении нескольких месяцев!

Когда полиция ко мне ломилась в квартиру, а я в панике бегал туда-сюда, не зная, куда деваться, Войд только издевался надо мной, говоря что-то типа: «Ну ты и лох, конечно». Спасибо, Войд, мне ведь так нужна была твоя поддержка.

Меня поймали, но ненадолго: Войд заставил меня сбежать из тюрьмы. Вообще, Войд сначала хотел устроить геноцид в тюрьме. Мне понадобилось очень долго его отговаривать: монстр никак не шёл на компромисс. И да, я разговаривал с пустотой в общем зале со всеми заключёнными. Я даже помню, как мне кричали заткнуться, называли меня сумасшедшим и просили сдать в психбольницу, ведь со стороны других людей я разговариваю будто сам с собой. Они не видят и не слышат Войда.

Честно, мне было уже всё равно. Если бы я молчал, то эти люди давно были бы мертвы.

Я был вынужден сказать Войду, что я могу присоединиться к какой-нибудь террористической организации и убивать с кем-то ещё, чтобы было больше жертв. Это была одна из первых мыслей, которые мне пришли на тот момент в голову.

Войд подумал, подумал и решил… А почему бы, собственно, и нет? Через несколько дней с его помощью у меня получилось сбежать из тюрьмы.

Каким образом я нашёл ту самую террористическую организацию? Честно, я понятия не имею. Это будто не я её нашёл, а она сама меня нашла.

А дальше вы, наверное, знаете, что произошло… Я в курсе, что вам об этом рассказывали.

С этими ребятами (они мне очень не нравились) мы провели достаточно много терактов за два года. Мы будто бы выбирали самые случайные места: один раз расстреляли какой-то тёмный завод, стены которого были полностью покрыты трубами, содержащие едкие вещества; другой раз уже переключились на офисные белые комнаты, расстреляв простых работников; в третий раз на какую-то церковь и так далее…

Так я и получил своё ужасное прозвище «Террорист», которым меня называют и по сей день.

Мне было очень плохо. Хуже, чем в эти два года, я никогда себя не чувствовал. Мало того, что я убивал людей, так ещё убивал не по своей воле… Я познакомился с многими другими террористами — у всех была хоть какая-то причина убивать. Ради мести, ради денег, ради чего-либо ещё… А у меня единственного не было никакой причины. Точнее, причина была, но сказать другим о том, что меня контролирует какой-то невидимый монстр, я просто не мог. Даже в этой компании меня считали странным. Очень странным. Сумасшедшим.

Войд всё это время был со мной. Он почти от меня никогда не уходил, повсюду следовал и общался… Заботливый какой.

Несмотря на всё то, что произошло, есть один малюсенький плюс у этой всей ситуации: я нашёл отличного собеседника. Конечно, этот крохотный плюс просто убивают другие огромные минусы, но всё же.

Войд на самом деле не такой уж и плохой. Да, я к нему сначала очень скептически относился… Но потом понял: то, что он заставляет меня убивать и то, что он рушит мне жизнь, монстр просто не осознаёт. Он не понимает, что делает действительно кошмарные вещи. А разве можно обвинять и ненавидеть того, кто даже не понимает, что творит?

Войд определённо не выглядел как антагонист. Я бы сказал, его можно было спутать с антагонистом из-за того, что он со мной делает, но если он и антагонист, то определённо не главный. Он слишком наивен для антагониста.

Войд никогда мне не рассказывал откуда он пришёл и есть ли ещё другие монстры, как он, но существо постоянно делало намёки или как-то упоминало в своей речи что-то, из чего можно было сделать такой вывод: существует достаточно много других монстров, но они не принимают Войда в свою компанию, считают его изгоем и слегка сумасшедшим. Знаете, а ведь чем-то это напоминает меня.

А ещё Войд очень разговорчивое существо. С ним я мог поговорить об Авторе. Не могло не радовать, что я наконец-то нашёл того, кто меня понимает.

Но всё равно, у нас с ним… Очень сложные отношения. С одной стороны хорошо то, что перечислил я выше, а с другой стороны монстр заставил меня убить свою жену, бросить своего сына, а теперь ещё скрываться и совершать теракты с другими ужасными людьми. Я его ненавидел, презирал, но в то же время он был единственным, кто знал правду и мог меня понять… Это всё слишком сложно. Настолько сложно, что я даже не хочу разбираться в этом.

Но всё резко закончилось тогда, когда кто-то из ребят предложил нам расстрелять отель Дверей, находившейся на другом конце города.

Мы все думали, что это будет самый обычный расстрел, как и всегда, но всё обернулось иначе: полиция приехала раньше, чем мы могли предполагать. Половина из нас сбежала, а другую половину схватили, в том числе и меня.

На меня в тот момент каким-то образом нашла сильная паника. Я понимал, что после всего, что я натворил, меня не оставят так просто в живых.

Я упал в ноги полиции и умолял, рассказывая всю правду о том, что это на самом деле делал не я.

Как вы думаете, они мне поверили? Конечно нет! Меня отправили не в тюрьму, а в психбольницу. Ещё лучше. Всегда мечтал проводить свои лучшие годы в белой комнате и слышать издали голоса действительно сумасшедших людей.

Единственный плюс психбольницы: мне никто ничего не скажет насчёт того, что я говорю сам с собой. Точнее, я разговаривал с Войдом, но вы понимаете, что для других людей Войд невидим и неслышим.

Я пробыл там несколько месяцев с осени до начала зимы. Это оказалось даже хуже, чем в обычной тюрьме: никто не желал меня даже слушать, потому что считали меня сумасшедшим; при малейших подозрениях о том, что я могу сбежать, мне насильно вкалывали какую-то хрень и запирали в белой комнате. Войд пытался мне помочь выбраться, но у нас не получалось. Становилось только хуже.

А ещё Войд мне именно в психбольнице впервые рассказал, зачем ему понадобилось моими руками убивать людей: оказывается, что Войд умеет создавать монстров и этот безмозглый полуфабрикат решил, что будет проще создавать монстров из людей, чем делать всё с нуля!.. Я не знаю какие слова подобрать, чтобы объяснить вам мою реакцию на эту замечательную новость. А ещё Войд сказал, что всё это время, которое я убивал людей, только с этим отелем у него что-то получилось. Получается, что остальные два года я убивал несчастных жителей просто так.

Узнав причину, зачем Войд заставлял меня убивать, я возненавидел монстра. С этого дня я решил, что снова начну ему сопротивляться.

Тогда Войд решил: если я не могу сбежать, значит я не могу больше убивать… Тогда почему бы не перебить всех в прямо здесь, в психбольнице? Просто уничтожить весь персонал и всех шизоидов, сделав из них очередных монстров, прямо как тех из отеля.

Это случилось где-то в начале зимы. В комнате было крайне холодно: окно состояло не из стекла, а из поржавевших железных прутьев, которые уже шатались от порывов ветра. Сами стены были не чисто белыми, а серыми и чёрными от грязи и мусора. Мусор этот состоял из всяких осколков стекла, использованных шприцов, каких-то ошмётков от еды и многого другого. Вокруг не было ничего, кроме жёсткой деревянной кровати в углу. На самом деле мне специально выделили именно такую позорную комнату в здании.

С минуты на минуту должен был прийти санитар. С него Войд и хотел начать: сначала моими руками свернуть тому шею, выкрасть у него какое-нибудь оружие, нож, электрошокер, в принципе не имеет значения, что именно… А потом пойти вырезать всю больницу.

Как только я услышал новость от Войда о том, что он собирается убить всех в этом здании, я понял, что другого выхода мне не остаётся, кроме как убить себя. Вы понимаете… Это же какие монстры могут получиться из всяких шизоидов… Да и сам факт, что люди становились монстрами, меня слишком сильно пугал. И представьте: если я продолжу и после этого убивать, то сколько монстров получится… А что, если они выберутся наружу? Что, если Войд будет ими контролировать и уничтожать всё больше и больше населения, пока не выйдет на мировой уровень? Начнётся то, чего больше всего боялось человечество: зомби-апокалипсис в буквальном смысле.

Я быстро подбежал к тому маленькому окошку и схватился руками за железку так, что она чуть не впилась мне в кожу. Несколько резких движений и я с треском вырвал решётку из окна. Немного рассмотрев прут и на секунду обдумав всю ситуацию, я уже хотел вонзить его в горло… Но он меня остановил. Он снова начал контролировать меня. Моя рука не двинулась с места. Я пробовал дёргать ею, но мышцы меня не слушались и будто заморозились.

— Ты серьёзно думаешь, что сможешь это сделать? — усмехнулся Войд, скрестив руки на груди. — Надо же, решил так жалко покончить своё существование…

Войд хотел, чтобы я выбросил железку на пол, но моя вторая рука вовремя ухватилась за неё и остриё снова потянулось к шее. Я аж вскрикнул, когда почувствовал очередной контроль над своим телом. Меня это раздражало. Раньше это было не так явно, но после тех веществ, которые мне вкалывали каждый день, я чувствовал себя всё более и более раздражённым.

Я резко двинулся назад к стене и сильно ударился о неё спиной, а дрожащие руки продолжали настойчиво тянуться к шее.

Я не мог поверить в то, что делаю это… Что хочу убить себя. Все эти два года я терпел, прекрасно понимая, что сопротивляться бесполезно. Наверное, я просто тогда не знал настоящие намерения этого чудовища.

Но теперь я действительно понимаю, что другого выхода тут нет: если я, единственный человек, ломающий четвёртую стену, умру, то некого будет контролировать и больше не будет убийств. И не случится никакого конца света.

Эта мысль, эта вера в то, что больше никто не будет страдать из-за Войда, будто придала мне сил сопротивляться ему. У меня даже неожиданно для самого себя получилось воткнуть железку себе в шею. Более того: я так резко дёрнул рукой в сторону так, что прорезал её насквозь.

Я не помню, что именно я почувствовал в этот момент. Я просто свалился на пол. Кровь была повсюду: она хлыстала из моей шеи как ненормальная. Я начал задыхаться и дрожать.

Моя голова как раз была повернута в ту сторону, где стоял Войд. Несмотря на то, что он буквально человек-невидимка, я, за всё время проведённое с ним, научился распознавать его эмоции.

Войд выглядел опустошенным. Он стоял и не отводил от меня взгляд, не двигаясь. Он не понимал, каким образом я смог это сделать. Его голубые очки будто потемнели.

Меня просто распирало от счастья, когда я смотрел на него. Я хотел что-то сказать ему такое, что он говорил обычно мне, когда издевался и насмехался над моей жизнью. Но как только я открыл рот, из него полилась кровь, а я судорожно закашлял, рефлекторно прижимая руки к шее и пытаясь закрыть ими рану.

Тогда я просто как-то странно, болезненно усмехнулся и одной трясущейся рукой показал монстру фак. Войд даже не шелохнулся, продолжая наблюдать на это убогое зрелище.

Через несколько секунд я почувствовал слабость и моя рука сама упала на пол. Теперь и я больше не мог нормально двигаться. Я мог только задыхаться и ждать, пока я умру. Вы нигде больше не увидите человека с разрезанным горлом и с искренней, радостной улыбкой на лице.

Когда у меня уже начинало темнеть в глазах, Войд наконец подошёл ко мне чуть ближе. Теперь он смотрел на меня сверху вниз.

Монстр долго молчал, разглядывая трясущееся окровавленное тело. После он как-то грустно вздохнул, посмотрев в сторону… У меня уже появились мысли, что Войд действительно сожалеет о том, что сотворил, что ему хотя бы жаль меня… Но тут он поворачивается и выдаёт таким серьёзным и холодным голосом, от которого у меня прошлись мурашки по коже:

— Это мерзко с твоей стороны, Террорист, по отношению ко мне. Более того, ты серьёзно думаешь, что если ты себя убьёшь, то всё закончится? — …забудьте всё, что я говорил вам о Войде. Он безжалостная бессердечная тварь. — Какой же ты наивный, хах… В конце концов, ты даже не главный герой, а возомнил из себя невесть что!.. Слушай сюда, — он подошёл ко мне ещё ближе. У меня уже мутнело сознание и я не мог адекватно разобрать его слова, — когда-нибудь обязательно появится человек, который точно такой же, как ты. Хотя… — он на секунду сделал вид, что задумался, — …он будет даже лучше, чем ты, потому что будет главным героем, — если у вас появятся вопросы, каким образом Войд знает об этом главном герое… То просто знайте, он читал описание этого фанфика. Да, вот так всё просто. — И у меня будет больше возможностей с ним что-нибудь поделать… Чем с тобой, низшим третьестепенным созданием для сюжета.

Он говорил ещё что-то, но я уже этого не услышал. Я просто не мог уже слышать.

Единственное, что я помню, это мою последнюю мысль в тот момент: я поклялся, что обязательно защищу следующую жертву от Войда и не дам произойти тому, что произошло со мной.