Пустота. Часть 4.

Запасные ключи я давно нашёл у себя дома. Точнее, их нашёл не я, а Сик, пока тот убирался… Но неважно. Я немного приоткрыл дверь и начал прислушиваться.

Напомню, что сейчас было почти шесть утра. Логично предположить, что все нормальные люди спят… В подъезде было слишком тихо.

Тогда я шёпотом подозвал Сика, что можно выходить. Как только я закрыл дверь на ключ, Сик тихо издевательским голосом спросил:

— А не хочешь на лифте поехать?

Я вздрогнул и обернулся к нему. Я и забыл, что прямо рядом с моей квартирой находится лифт…

Лифт был не такой уж и плохой, в принципе новый, немного тесноватый изнутри так, что нормально проехать в нём можно максимум вдвоём… Но только одно слово «лифт» вызывало у меня панику. У меня аж ноги подкосились, когда я посмотрел в его сторону.

Почти всё случившееся связано с этими лифтами: я попал в отель через лифт, в отеле я шёл к лифту, я грохнулся с лифта на полторашный этаж, на этом же этаже я снова шёл к лифту и выбрался отсюда через лифт. Я клянусь, у меня уже лифтофобия. Ни в один лифт в жизни я больше никогда не полезу.

Я ничего не ответил Сику, а просто пошёл по лестнице. Сик, увидев, как я задрожал, тихо про себя усмехнулся и отправился за мной.

Вы, наверное, подумали: а почему я сегодня не беспокоюсь о каких-нибудь камерах в подъезде или что-то в этом роде, о чём я говорил вчера?.. Нам пришлось рискнуть. Я понимаю, что Сик больше не согласится выйти через окно. Тогда какой у нас вариант ещё остаётся? Только выйти через дверь, молясь, что никому не взбредёт в голову либо выйти вместе с нами, либо действительно проверить камеры.

Как только мы вышли из подъезда, я огляделся по сторонам: на улице тоже никого не было. Конечно, за исключением очень-очень редких проезжающих машин вдалеке и какого-нибудь дворника на другом конце улице.

На горизонте только недавно взошло солнце. Дул слегка холодный ветер. Он уже мне не казался таким ледяным, как вчера ночью.

Вдохнув свежего утреннего воздуха, я посмотрел на Сика… И на секунду замер, сильно испугавшись: зрачок монстра был маленьким, каким он был тогда, когда был в бешенстве и гнался на мной по всему отелю. Я успокоился, когда он мне объяснил, что это просто реакция на солнечный свет. В том мире ведь совсем нет солнца, только свет от ламп… Но через минуту Сик уже пришёл в норму.

Я сказал монстру одеть капюшон на всякий случай и мы направились в какой-то тёмный закоулок.

Даже если толпы народа не было на улицах, то нас могли заметить камеры… Да, знаю, я уже вас задолбал с этими камерами, но это реально важно. Знаете, есть некоторое преимущество иногда работать с полицией: я чётко знаю, где в нашем городе находятся камеры. На первый взгляд вам может показаться, что они бесполезны, ведь: «кто их вообще мониторит?» — как сказал мне Сик вчера. Поверьте, если бы они были действительно бесполезны, их бы убрали и я бы так не беспокоился.

На самом деле если что-то происходит на улице, к примеру какое-нибудь преступление, то полиция просто обязана проверить запись с камер. На них можно посмотреть буквально всё: где это произошло, кто виноват и чем это закончилось. По ним даже можно вычислить свидетелей, которые просто находились рядом.

И вот представьте: вдруг что-то произойдёт в тот момент, когда мы идём по улицам? Открывают такие полицейские записи с камер и вместо того, что им нужно, находят нечто большее: того самого пропавшего Детектива, так ещё с каким-то одноглазым мутантом впридачу! Да о нас весь город знать будет! Каким образом мы должны потом расследовать? Да и к тому же, где мы будем скрываться?

Поэтому тут надо действовать максимально аккуратно, по возможности не высовываться наружу без крайней необходимости. Так мы должны действовать до тех пор, пока наконец-то не узнаем, что случилось с отелем и со всеми бывшими людьми, которые стали монстрами.

Хорошо, что дом моей матери находится недалеко. Она живёт на улице рядом, в квартире на втором этаже. Я не знаю, спит ли она сейчас или нет… Если что, попытаюсь до неё дозвониться. А ещё я не знаю, какая у неё будет реакция на то, что произошло… Я просто надеюсь, что она меня поддержит и никому не расскажет о том, что мы хотим сделать.

Вдруг наше молчание прерывает Сик. Он резко подходит ко мне из-за спины так, что я аж вздрагиваю и чуть ли не вскрикиваю на всю улицу. Я так задумался, что уже забыл о нём…

— Слушай, Детектив, у меня есть к тебе вопрос, — он скрестил руки за спину, — ты не против?

Я немного испуганно посмотрел на него. Почему-то было такое чувство, что ничего хорошего он не собирается задавать.

Мы как раз завернули за другой угол. Я прокашлялся, пытаясь сделать вид, что совсем не боюсь, и сказал:

— Нет, не против. Говори, что хочешь.

— Ну, так вот, — начал Сик, не сбавляя темпа ходьбы. — Когда я убирался в твоей комнате, я нашёл твои документы и заметил кое-что… Странное… — он сделал долгую паузу. — …На них не было написано твоего имени! Ни на одном из них! — пока Сик это говорил, меня пробирало в дрожь. — Мне не то что бы прям интересно… Но отсутствие имени на официальных бумагах как минимум странно… И как максимум подозрительно… — монстр, прищурившись единственным глазом, очень медленно повернул голову в мою сторону.

Я сглотнул и задрожал. Меня одновременно распирало и от отчаяния, что никто не поверит реальному отсутствию моего имени, и от злости на моего Автора, что мне его не дала. Как же меня раздражали эти вопросы о моём имени! Вот что мне на них, по-вашему, отвечать?!

Кое-как вздохнув, я посмотрел на Сика. Он очень терпеливо ожидал моего ответа.

— Сик, это… Очень сложно объяснить… — сказал я и быстро сменил тему: — Давай быстрее доберемся, мы почти пришли…

Но тут я почувствовал, что монстр схватил меня за локоть и остановился. От резкого торможения я хотел закричать, но Сик закрыл другой ладонью мне рот. Закрыл так, что его чёрная жидкость попадала прямо туда. От этого мне хотелось визжать ещё сильнее.

Он тихо, но чётко говорил:

— Я не могу работать вместе с тем, кто что-то от меня скрывает! — он сказал это так серьёзно, что для меня аж ветер на улице стал снова ледяным. — Почему ты никому не говоришь своё имя?! Ты от кого-то скрываешься?! Может, ты вообще не тот, за кого себя выдаёшь?!.. Отвечай! — убедившись, что я больше кричать не буду, он перестал придерживать мне рот, но не отпустил мою руку.

Я судорожно отплёвывался этой чёрной хренью, которая попала в рот. Это было слишком мерзко, я такое терпеть не мог. Я злобно посмотрел на Сика.

Я не выдержал и сказал:

— У меня просто нет имени! Прекрати до меня с этим докапываться, вы достали меня все!.. Я… Просто… — вдруг я осознал то, что высказал, и уже хотел самому себе закрыть рот рукой… Но было поздно. Да, я буквально чуть ли не на всю улицу это прокричал.

Я оглянулся по сторонам. Слава богу никого, кроме нас, на этой улице не было, а свет в ближайших домах был выключен.

Сик как-то странно на меня смотрел, опять не моргая. Он молчал. Конечно, он уже отпустил мою руку, от чего мне было только больше не по себе… Разве вас не пугает, когда эти монстры подолгу молчат, и ты даже предположить не можешь, что у них на уме?

Вдруг Сик сказал:

— …Детектив… Это самое идиотское оправдание, которое я когда-либо слышал, — он это говорил почти что смеясь и скрестил руки на груди, склонив голову набок. — Ну так что, как тебя зовут?

…А чего я ожидал? Что он мне поверит? Что он воспримет мои слова всерьёз?.. Да никто в здравом уме не подумает даже, что у меня не может быть имени! И я полминуты назад показал себя каким-то нервно-психически больным человеком, который срывается из-за каких-то мелочей. Первое утро после отеля началось просто прекрасно. Прям чувствую, что и день с вечером будут невероятно насыщенными.

Я понятия не имел, что ему ответить. Вот реально, что сказать? Мне продолжить доказывать моё отсутствие имени или что? Опять выдумать какую-нибудь дебильную отговорку, в которую тоже никто не поверит? Я вздохнул и ответил ему каким-то усталым голосом:

— Сик… Уверяю тебя, этому есть логическое объяснение… Но я клянусь, я не могу его сейчас тебе рассказать!.. Ты, ну… Просто посчитаешь меня за сумасшедшего или типа того… Но скоро я тебе всё объясню…

— Насколько «скоро»? — спросил Сик.

Но я уже не хотел ему отвечать. Я развернулся и пошёл в ту сторону, куда мы направлялись. Сик ещё немного постоял на месте, а через секунду снова шёл сзади меня.

— Ты вообще какой-то психованный в последнее время… — бросил Сик.

… Простите… Но как я должен вести себя, когда меня хватает монстр? По его мнению, я должен спокойно и рассудительно отвечать? Конечно я буду злиться и орать то, что первым придёт в голову!

Я просто промолвил, что мы вот-вот подойдем к дому моей матери и больше ничего не сказал. Сик мне не ответил. Наверное, он про себя решил, что я реально какой-то сумасшедший… А вот нечего спрашивать у меня про имя, чтобы я не набрасывался на вас!

Не буду долго тянуть и перейду к самому интересному, так как остальную дорогу мы шли молча, будто бы обиделись друг на друга, и ничего особенного не происходило.

На удивление, мы также без лишних приключений вошли в дом и поднялись по лестнице. Именно по лестнице, не по лифту. Я же говорил, что никогда больше не буду использовать лифты.

Оставалось надеется, что никому из этого дома не взбредёт в голову выйти из квартиры в такую рань.

И вот я уже стоял прямо перед дверью квартиры, в которой я прожил всё своё детство… Не, я не имею в виду, что меня держали взаперти. Просто я не знаю, как выразить то, что я там жил раньше.

… Знаете, иногда я жалею о том, что съехал от своей матери. Я это сделал только для того, чтобы меня общество не воспринимало за маменькиного сыночка, который не может самостоятельно жить… На самом деле я очень скучал по этому месту. Я очень часто навещаю Джейн и никак не могу принять тот факт, что я уже взрослый и самостоятельный человек, который способен сам себя обеспечивать.

Сик стоял чуть поодаль от меня и смотрел так, будто хотел сказать, чтобы я быстрее звонил в дверь.

… Я слишком боялся это делать. Я боялся реакции своей матери на то, что я вернулся, что со мной произошло и что я буду теперь делать… Но я не могу просто развернуться и уйти отсюда.

Кое-как переосилив себя, я нажал… Хотя нет, я не нажал. Моя рука была очень близко к дверному звонку, но я боялся его нажать. Тогда я попробовал ещё раз… Но, нет, я всё равно боялся. Только на третий раз, на миг зажмурившись, я буквально через силу смог нажать на него. Сик, наблюдая за этим, закатил глаз.

Сначала было очень тихо. Я ничего не слышал, кроме своего сердцебиения и моргания глаза Сика рядом.

Я уже хотел доставать телефон и звонить ей, попытаться разбудить… Но тут услышал шаги, приближающиеся к двери.

Я аж перестал дышать. Точнее, я забыл как дышать. Особенно я забыл это тогда, когда эти шаги стихли и я понял, что сейчас моя мать смотрит в глазок. Она, конечно, видит меня.

Ещё сильнее я перепугался тогда, когда услышал щелчок открытия двери. Мне показалось, что у меня перестало биться сердце, когда это происходило.

Дверь была открыта.