29. Приняли за дуру

—Бубны. Скоро увидимся,—бормотал
Чишия, сжимающий твою руку, прежде чем уйти в свою камеру.

Бубны. Бубны. Бубны.

—Трефы. Скоро увидимся,—она пробормотала что-то в ответ, прежде чем поймать взгляд своего брата, и прямо перед тем, как войти, мальчик серьезно
посмотрел на нее, чтобы она вспомнила, что он ей сказал. Она вошла и сделала глубокий вдох, поскольку обратный отсчет времени становился все меньше и меньше. Ее символ? Бубны. Черви. Бубны.
Черви.

Банда – ее брат, очевидно, она бы
ему поверила. Они одной крови, он всегда
будет маленьким мальчиком, которого ей нужно было защищать. Будучи точной копией своей покойной матери, Т/и
темными ночами задавался вопросом, почему он сделал то, что сделал, понимая, что Банда был зол на всех женщин по той простой причине, что их мать не могла спастись от грубых слов и рук их отца.

Банда – ее брат, они связаны, произошли
от одного цветка жизни. Но Чишия...…
Он бы не стал ей лгать. Он бы не стал, она это знает… Верно? Он бы не стал.

Не так ли?

✧ ೃ༄*ੈ✩

Валет вышел и ухмыльнулся про себя,
больше никого не было, его план сработал. Он расхохотался, радуясь тому, что
только что победил. По крайней мере, он так думал. Открылась еще одна камера.

—У меня было чувство, что ты тот самый
Валет червей,—голос Чишии разнесся
по комнате,—ты объединился с Бандой в первом раунде, и он убийца, так что это просто имело смысл. Даже если тебя каким-то образом тронул маленький монолог Банды, я знал, что ты ему не доверяешь. Ты не доверяешь незнакомцам и, конечно, не так быстро, как
сейчас.

Раздались звуки открывающихся новых камер, из которых вышли Банда и Т/и.
Валет посмотрел на тебя, и его лицо исказилось от замешательства.

—Что? Но он...

—Солгал мне? Я никогда не верила ни единому слову Банды. И еще меньше, когда ты подтвердил это. Мне просто
нужно было, чтобы ты поверил, что убрал с дороги еще одну "пешку",—холодно произнесла Т/и, снова скрестив руки на груди и уверенно выпрямившись.

Возможно, она немного солгала, говоря, что доверяет Бэнде, но это было для того, чтобы защитить себя. Ей хотелось, чтобы она могла доверять ему. Ей хотелось, чтобы он снова стал ее младшим братом.

Эти трое читали его, как открытую книгу, и в ту же секунду, пока он пытался оправдаться, обвиняя Банду, Яба тоже вышел,—прости, дите. Это не Банда, —он заговорил и приблизился. Все четверо
принялись объяснять, в какую сложную игру играли он и Котоко, женщина, с которой был Яба.