Глава XXI. Наболевшее

Тик-ток.

Часы медленно передвигали меня во времени, приближая самое важное событие этой человеческой жизни.

Двенадцать часов, тридцать пять минут.

Сердце билось намного быстрее нормы, и я должна выпить лекарства, но не могу отказать себе в удовольствие прочувствовать предвкушение

Я была духов ветром, хотя и когда-то. И это подтверждение того, что подобный нрав дан мне от природы.

Им самым.

Улыбка спала с лица, когда в кармане завибрировал телефон, оповещая меня об очередном бессмысленном сообщение от предателей.

«Вы уверены, что хотите удалить это?»

Чертовки уверена.

Более того, я решила прийти туда одной, пусть они и знаю, когда предположительно произойдет встреча. Я уже опередила их, найдя того мужика с помощью могущественного интернета.

И совсем скоро я отправлюсь прямиком к нему, пока остальные буду искать какого-то типа среди неугомонной толпы.

- Открой дверь! Открой! - голос вмешался в мой очищенный от суеты мозг.

- Если хочешь жить, то вали отсюда, - спокойно предупредила я, не открывая входной двери.

- Открой... - едва слышно произнесла она, - Кира.

Ухмыльнувшись ее отчаянью, я ушла пить таблетки.

Совсем скоро я наконец не буду слышать ее голоса и раздражающего, слишком приторного запаха кожи. Единственное, что она во мне вызывает - это злость, и почему-то в больших размерах, нежели остальные представители ее мира.

Однако соглашусь, тот случай вчерашнем утром был странным. Стоило этой девице посмотреть на меня, как мой гнев растворился.

До сих пор не улаживается в голове. Не улаживается то, что это тело не просто слабое, оно беспомощное перед своим прошлым и делает меня слабой в глазах других.

Этого я никогда не прощу Кире. Ни ей, ни ее сестре.

Затем я услышала скрип двери, что обещал мне наплыв скорой головной боли.

- Где ты нашла ключи? - спросила я, растворяя лекарства в воде.

- Мы оставляли запасные у соседей на всякий случай, разве не помнишь?

Ее сердце билось на уровне моего, больного и сумасшедшего.

- Увидела меня? - я подняла бровь, посмотрев в ее замученные глаза. - Теперь уходи.

- Почему ты так со...? - голос сорвался.

Грехи привели ее в свой дом, лгали о том, кем являются, а потом отправили ее ко мне, ошарашенную и сбитую с толку.

И я, как мамаша непослушного ребенка, должна ей все разжевывать.

- А почему нет? - глаза девицы заискрили болью.

- Кира...

- Я не Кира, - мое терпение лопнуло. - Я тебе не сестра, девчонка.

Она всхлипнула и закрыла лицо руками. Но через миг убрала ладони, и бледное лицо окаменело.

- Почему они называют тебя Бией? - этот голос желала правды.