Часть 5 «Незнакомец из под дождя»
АЛЕКС
Я стоял у кассы, наблюдая, как она сканирует товары, не поднимая глаз. Каждый её жест казался мне одновременно знакомым и чужим. Внутри меня рвалось что-то противное, болезненное, и я едва сдерживал себя, чтобы не рвануть к ней и не сказать всё сразу.
Чёрт! Кто она такая, чтобы так легко меня отшивать?! — прокручивал я в голове. — Я пришёл, хотел извиниться, хотел всё объяснить, а она даже нормально слушать не хочет.
Я пытался вспомнить, с чего начать, как подобрать слова, чтобы хоть каплю понимания пробить в её взгляде. Но она уже была на шаг впереди, колкая, холодная.
— Кристи... — начал я тихо, надеясь, что она хотя бы остановится.
Что за дьявол? — мысленно ругал я себя.
Каждое её слово, каждая колкость резали меня сильнее, чем любая правда.
— Ты... ты не имеешь права так со мной, — злился я мысленно. — Я был готов всё исправить, а она будто мне с издёвкой отвечает.
Я понимал, что она права, понимал, что сам виноват. Но в это понимание вплеталась бешеная, почти детская обида: она отвернулась от меня так просто, словно я — никто, словно моё раскаяние и попытка быть честным — ничто.
Я сжал кулаки. Голос застрял где-то между горлом и сердцем. Нужно что-то сказать..., — повторял я себе. Но слова цеплялись за колкости её фраз и падали беззвучно.
— Почему я не могу просто объяснить? Почему всё так сложно?! — кричал внутренний голос.
И стоя там, между полками с товарами и шумом супермаркета, я понял, что даже самое искреннее извинение сейчас не пробьёт её броню. А может, и не должно.
Я сделал шаг назад, тяжело вздохнул и попытался смириться: Пускай. Если она так решила — значит, это её путь. Но мне всё равно надо попробовать, даже если это больно.
Я вышел из супермаркета почти с дерзостью, толкая тележки для продуктов так, будто весь мир мне должен был уступить. Прохожие удивлённо отступали, а я не замечал их взглядов. Внутри всё бурлило, смесь раздражения, обиды и горькой злости.
Я подошёл к своему байку — огромному, мощному, с глянцевым черным корпусом, который сверкает даже под тусклым светом уличных фонарей. Садясь на него, я ощущал знакомое жжение в руках, пальцы крепко сжимали рукоятки руля.
Завёл мотор — рев вырвался из выхлопа, отдаваясь эхом по пустой улице. Я сделал первый рывок, потом ещё один, и байк рванул вперёд, словно сметая с дороги все мысли и эмоции.