4. Наблюдение
Утро в городе выдалось серым.
Небо висело низко, будто давило на крыши домов, а влажный воздух цеплялся за кожу неприятной липкостью. Ночью прошёл дождь — асфальт всё ещё блестел, отражая редкие машины и размытые огни светофоров. Вдоль скоростной трассы тянулась лесополоса, тёмная, сырая, почти чёрная после дождя.
Именно там, на обочине, всё и началось.
Красно-синие огни мигалок рвали утреннюю серость, отражаясь в лужах. Полицейская лента тянулась вдоль скоростной дороги на выезде из города, колыхаясь от ветра. Несколько машин стояли хаотично, будто их бросили в спешке.
— Осторожнее, не заходите за линию!
Голос одного из полицейских прозвучал резко. За жёлтой лентой мелькали фигуры — криминалисты, медики, кто-то в перчатках, кто-то с камерами.
Тело уже накрыли.
Чёрный мешок лежал на носилках, но под ним угадывались очертания человека — слишком неподвижные, слишком окончательные.
— Что по времени?
— Предварительно — ночь. Точнее скажут после.
— Документы?
— Ничего. Чисто.
Кто-то из следователей тихо выругался .
— Опять?
Ответа не последовало.
Один из сотрудников присел рядом, проверяя что-то ещё раз, будто надеялся, что ошибся. Но ошибки не было.
— Чёрт... — выдохнул он. — Это уже система.
Над лесополосой повисла тишина, нарушаемая только шумом машин, пролетающих мимо. Люди в них даже не догадывались, что происходит всего в нескольких метрах.
Камера новостного канала ловила кадры, стараясь не показывать лишнего.
— ...тело было обнаружено ранним утром. По предварительной информации, на нём отсутствуют некоторые внутренние органы...Личность погибшего пока не была установлена...
Журналистка говорила чётко, но голос её слегка дрожал.
— Следственные органы пока не подтверждают связь с предыдущими случаями, однако источники сообщают о возможной серии...
Короткий кадр — носилки, накрытые чёрным мешком. Полицейский закрывает их от камеры.Кто-то из полицейских отвернулся. А кто-то сделал вид, что не слышит.
Но слово уже прозвучало.
Серия. Оставив за собой тревогу.
⸻
В клинике утро было другим.
Слишком чистым.
Слишком контролируемым.
Белые стены отражали холодный свет ламп, но одна из них в конце коридора раздражающе мигала — короткий, рваный свет, который включался и гас, словно не мог определиться. Электрик, видимо, опять не дошёл.
Шаги звучали глухо. Запах антисептика висел в воздухе, смешиваясь с лёгкой горечью кофе из автоматов.
В ординаторской было теплее. Чайник тихо шумел, кто-то листал бумаги, кто-то проверял телефон.
Телевизор в углу работал без звука.
Пока кто-то не включил его.