ГЛАВА 10
POV Лукас
Иногда мне кажется, что город стал слишком маленьким для всех моих воспоминаний. Я иду по знакомым улицам, захожу в те же кофейни, слышу те же звуки — и в каждом из них она. Холли больше не рядом, но ощущение её присутствия никуда не делось, будто она растворилась в воздухе, в асфальте под ногами, в отражениях витрин, мимо которых я прохожу, не поднимая головы.
После нашей последней встречи я понял одну простую и до боли очевидную вещь: чувства не умирают так, как нам хочется. Они не исчезают по щелчку, не растворяются от времени или новых отношений. Они просто уходят глубже, прячутся там, ждут подходящего момента, чтобы со всей силы напомнить о себе.
Я пытался убедить себя, что Кристи — это новая глава. Что наши с ней отношения другие, более легкие, без той разрушительной глубины, которая была у нас с Холли. Кристи умеет смеяться так, что мне и самому становится весело. У неё тёплые руки, спокойный взгляд и привычка засыпать, уткнувшись мне в грудь, словно я — её личный якорь. Она не задаёт лишних вопросов, не лезет в мою голову, не вытаскивает наружу демонов, которых я годами прятал за шутками и усталой ухмылкой.
Но именно в этом и кроется пустота.
Холли всегда видела меня насквозь. Даже тогда, когда я сам не хотел ничего видеть. Она умела молчать рядом так, что это молчание было громче любой сирены. С ней было сложно, иногда невыносимо. С Кристи спокойно. Слишком спокойно. Иногда я ловлю себя на том, что мне не хватает этого внутреннего надрыва, этой электрической боли под кожей, от которой хочется и бежать, и оставаться одновременно.
Я сравниваю их, хотя знаю, что это нечестно. Знаю, что Крис не заслуживает быть тенью прошлого. У неё другие черты лица, другой запах кожи, другой голос. Она целует иначе, смеётся иначе, смотрит иначе. Но когда она кладёт голову мне на плечо, я всё равно на секунду закрываю глаза и ловлю себя на мысли, что жду совсем другого ощущения.
Пустоту нельзя заполнить заменой. Я пытался, честно. Но пустота — это не отсутствие человека. Это след от него.
Иногда я всерьез думаю, что всё это — наказание. Тихое и изматывающее. Судьба будто решила не забирать Холли окончательно, а оставить её рядом, на расстоянии вытянутой руки, чтобы я видел её, знал как она живёт, понимал, что её нельзя вернуть, — и ничего не мог изменить. Чтобы я случайно встречал её взгляд в толпе, слышал её имя из чужих уст, знал, что она счастлива с другим, и каждый раз снова и снова проживал потерю.