XIV Новые обстоятельства
Раз-два-три... Пауза. Раз-два-три... Деникин, совершенно измотанный после минувшей ночи, с трудом открыл глаза, ощущая себя так, как будто и вовсе не ложился.
Средняя девчонка колбасника каждое утро, помимо воскресенья, будила Деникина, по просьбе к ее отцу, стуком в дверь. Постучав, она обычно тотчас же убегала хлопотать по хозяйству.
– Дмитрий Николаич! Вот же соня... Дмитрий Николаииич! Вы поднялись?
И вновь: раз-два-три...
– Да, Таня! Благодарю! – хрипло откликнулся помощник полицмейстера.
– Это хорошо. Ночью приходили из вашей управы. Аж три раза! Велели передать, чтобы вы, как воротитесь, немедля же туда шли. А я и хотела разом сказать, да добудиться вас не смогла.
– Ммм... А что случилось, часом, не помянули?
– Да говорили... Запамятовала я только. Кажись, будто кто что важное рассказал. Точно! Арестантка!
Спросонья Деникин испытывал лишь досаду. Что там она могла поведать такого – в ночь перед своей казнью – что это вдруг потребовало столь немедленного визита?
Впрочем, спешить в любом случае стоило. Софийский намеревался начать суд к полудню. Значит, следовало успеть доставить преступников в городскую управу. Дела, имевшие большую важность для жителей, генерал, по обыкновению, слушал именно там, в присутствии городского головы – личности малозначительной и поставленной лишь для видимости.
– Спасибо, Таня...
Наскоро ополоснув лицо ледяной водой из бочки, Деникин стал одеваться, все еще зевая и коря Ершова за несвоевременную прогулку. Однако он все ж таки попал в две бутылки! Вспомнив о том, Деникин довольно улыбнулся, но тотчас потух: разумеется, вчера он так и не смог навестить Цинь Кианг. А ведь этого так хотелось! Да и не разгневается ли теперь она? Впрочем, от последней мысли Деникин, досадуя сам на себя, отмахнулся. Хоть давеча китаянка и не взяла денег, она по-прежнему оставалась проституткой. А он – одним из многих. И вряд ли имелся резон задаваться подобными вопросами.
– Совсем я тут одичал, – произнес вслух Деникин.
– Вы ведете беседу с собой? – удивился Ершов.
Как и накануне, он вошел без стука и спросу. Все одно, что к себе домой.
Натягивая сапог – все же, предстояло показаться Софийскому – Деникин скривился.
– Ершов, я в самом деле смог бы дойти до управы и без вашей заботы.
– Мне подумалось, вы все еще спите, как и всегда. Околоточные говорят – до утра не смогли вас поднять... Не ведали, что тут особый подход нужен. А дело, между тем, весьма спешное! И при том у нас на него остается не более пары часов.
– Что за дело такое?