страшное событие
после посиделок в обнимку пара решила лечь спать. также вместе, да. но, а почему иначе бы?
Саша постелил новое чистое постельное белье, дал милому другу одежды спальной, вскипятил молока с маслом и поставил на стол. вечером поэта обычно завоёвывало вдохновение;Пушкин сидел и ночами, днями писал сказки и стихи. но в эту ночь не так.
Ваня переоделся, выпил тёплого молока и его стало клонить в сон. лёг и стал смотреть на любимого, который сел за стол, чтоб срифмовать новый стих.
-Сашуль.. ты когда спать?
Пущин сел и поехал к себе колени
-скоро, чудо, 10 минуточек
Саша улыбнулся и посмотрел на своего сонного, маленького котёнка
-Ванюша, ложись, я сейчас приду
Ваня послушно лёг. он обнял подушку и представляя, что подушка Саша уснул. он уж привык так делать. недостаток внимания от любимого человека за восемь лет делает своё дело.
Саша ведь сам ушёл на кухню. он достал стакан, серый грифель и чистый пергамент. это все хранилось на кухне, потому что вид с окна на лес завораживал поэта и он иногда рисовал пейзажи.
Пушкин вернулся в комнату. сел за свой рабочий стол и начал вырисовывать на пергаменте черты лица ванюши. рисовал долго, больше часа, но получилось очень красиво и похоже.
Саша лёг к любимому, укрыл его и себя одеялом. обнял ванюшку. тот как будто не спал убрал руки от подушки и обнял Сашку. так Пушкин и уснул в теплых,нежных объятьях милого друга.
утром Ваня проснулся первым. выбраться из сильных рук любимого парня было довольно сложно. но как ни крути он высвободился и ушёл готовить вкусный завтрак. Пущин хозяйничал в доме как у себя в питерской квартире. на завтрак было решено готовить пшенную кашу и сварить кофе. пока все готовилось, Ваня наводил порядок в доме. он прибрался у порога, сложив обувь в шкаф;подмёл коридор.
когда каша и кофе были готовы, решение Вани было оставить все остывать и пойти прибраться в комнате, где они спали, а заодно разбудить милого и сердечно-любимого друга.
пробираясь на столе рыжий увидел листочек перевёрнутый стихами вниз, как подумал Пущин.
он перевернул пергамент и увидел свой портрет.
-Сашенька..
ванюшка нежно улыбнулся и аккуратно положил свой портрет на край стола, чмокнул Сашу в лоб прошептав тихое и краткое спасибо.
спустя минут 15,когда в комнате был порядок и чистота, как и во всем доме младший решил разбудить Сашу.
будить приходилось долго. и трясти его, и целовать все лицо, и просто звать. нечего не помогало. он как будто в коме лежит!
оставалось одно. вылить на Сашу холодную воду. пущин принёс стакан с ледяной водой, которую набрал на улице из бочки и вылил на любимого.
Пушкин проснулся и резко сел, пытаясь понять, что происходит, но пред собой увидел только ваню заливающего звонким и веселым смехом. сам Саша тоже начал смеяться. и от самого себя и от того что смеется с него любимый.
после завтрака пара пошла гулять. прогулка по зимнему лесу была сказочно красивой. влюбленные шли и болтали обо всем. о том, что происходит в Питере, о данзасе, о стихах Пушкина и о их собственной любви.
Саша на ходу сочинял стихи посвящая их Ване, а Пущин в свою очередь восхищался ими. когда они пришли на опушку леса все было точно так же если бы они попали в сказку. украшенные снегом ели, белочки, которые бегали по деревьям, на коленке были раскиданы зайчьи следы.
присев на пенёк рыжий посмотрел на любимого.
-милый, Сашенька.. мне сегодня же вечером нужно будет уехать.. я знаю, кротким был мой визит,но по приказу на работе я не могу остаться на более длительный срок.. прости меня, любовь моя..
Пушкин сел на снег. было больно. только два влюбленных сердца воссоединенились в одно, как их снова разлучат.. эти мысли не покидали его весь оставшийся день.
Саша долго смотрел на ваню. он был слишком красив в той атмосфере. словно яркий лучик солнышка вокруг зимних, суровых условий или же, словно маленький, юркий лисёнок, который быстрее бежит к маме в норку.
ближе к вечеру Пущин начал собираться в Питер.
-Сашенька, любимый, я возьму пару твоих стихотворений?
-конечно, свет мой, Бери сколько хочешь, для тебя мне нечего не жалко.
-спасибо, милый мой.
рыжий чмокнул своего парня в щеку и положил в сумку пару бумаг.
Вечером Саша провожал ваню. оба рыдали но поделать нечего не могли. дорога была ужасной. метель и вьюга решили сыграть злую шутку и устроили ужасную непогодицу.
-Ванюша.. может не сейчас поедешь.. утром может?..
-нет, милый, не могу потом..
они обнялись в последний раз. на долгое время.
на долго.. в последний раз..
Пушкин молил Бога, чтоб его любимый доехал целым и невредимым и видимо не зря. спустя неделю он получил письмо, в котором Ваня рассказал о гладкой поездке и ещё раз рассказал о своей любви к милому другу.
время шло. настал уже декабрь. Саша и Ваня так больше и не списывались. поэт старался не думать об этом.
14 декабря 1725 год.
восстание декабристов.
день, как день думал Пушкин, пока ему не пришло одно странное письмо. в свёртке было два аккуратно сложенных пергамента. в одном Ваня писал Саше и рассказывал о своих делах, чувствах и заботах, а в другом, то, чего Саша не хотел видеть и знать больше всего..
"многоуважаемый Александр Сергеевич!
ваш лучший друг Иван Иванович пущин был задержан и арестован городской милицией за причастие и зачин восстания декабристов."
Пушкин обомлел. он перечитывал письмо тысячи раз, чтоб найти хоть долю шутки. было все серьезно.. поэт бился в истерики, кричал, рвал свои стихи.
этого он боялся больше ссылки. его убивало то чувство, что любимого могут казнить или вообще причинить какую-нибудь боль. он был расстрелян и убит морально,но умереть хотелось рядом с милым другом.
поэт сидел на краю кровати, глядя в пустоту. В комнате стояла тишина, нарушаемая лишь тихим шорохом ветра за окном.Сердце сжималось от горечи, а в глазах стояли слёзы, которые Саша старался сдерживать. Он не хотел, чтобы кто-то увидел его слабым, но внутри него бушевала буря.пушкин запретил всем слугам заходить в его посместье. неделю горевал он. неделю.
Александр резко встал, собрался. позвал самого верного поданного, приказал запрячь сани и поехал в Петербург.
______________________________________
вот и вся глава.
1000 слов!!
тем кто еще не подписан на тгк напоминаю
исторические хроники