Ｔｈｅ ｋｉｓｓ ｏｆ ｅｔｅｒｎｉｔｙ

Пожилой седовласый мужчина стоял в небольшом подвальном помещении и зло разглядывал мужчину, лежащего перед ним на грязном  полу. Руки старика покрывала засохшая корочка запекшейся крови, мантия, полностью скрывающая старческое тело и до недавнего времени сияющая белизной, спереди была окровавлена.

- Нельзя, нельзя, - бормотал он, хмуря свои кустистые брови, - нельзя, чтобы он узнал, нельзя, чтобы он все понял. Сейчас я смог избежать этого, но нужно теперь быть осторожнее, иначе он станет слишком опасным противником.

Мужчина, лежащий на полу и истекающий кровью, попытался было что-то произнести, но из его разбитых губ вырвался только хриплый сип. Его ноги и руки в нескольких местах были сломаны, а кое-где кости вылезли наружу, принося мужчине мучительную боль; почти все ребра переломаны и даже раздроблены, а кожа в местах переломов налилась багряно-синим кровоподтеком. Дышал мужчина тяжело и хрипло.

- Не тронь его, - кое-как просипел изувеченный мужчина.

- Заткнись, звериное отродье! - зло воскликнул старец в окровавленной мантии.

 - Я презираю всю вашу братию, и да будут свидетелями все известные мне боги, я уничтожу вас всех, всех до единого. Я отомщу! Обязательно отомщу! Он кивнул двум здоровенным мужчинам в кожаных куртках с капюшонами, скрывающими их лица.

- Подвесьте это зверье на железные крючья за самые ребра, влейте в него наш отвар, чтобы он не смог регенерировать - пусть мучается, пока охотник не закончит начатое. После чего сразу же вышел из небольшого подвального помещения, плотно прикрыв за собой тяжелую железную дверь.