«ревность Жана»

Жан никогда не понимал чувства ревности и собственичества, пока впервые не ощутил их на себе. Его парень — Джереми — солнечный парень с яркой улыбкой, супертактильный и общительный. Он знал это и ранее, но его ревность активировалась позже, когда Жан наблюдал за тем, как какой-то левый, не знакомый ему парень приобниммает его солнышко за талию  и наклонившись шепчет что-то на ухо.

Внутри Жана всё сжалось, а по венам будто потекла раскалённая лава, руки сами по себе сжались в кулаки, а он, не думая, ринулся к своему блондину.

— Держи руки при себе, иначе останешься без них, — зло прорычал француз, нависая над шатеном, который, увидев возникший силуэт и услышав угрожающий голос сразу же убрал руки и отошёл, испуганно глядя на разгневанного высокого парня рядом.

— Ma lune, всё хорошо, он просто спрашивал в какой аудитории будет занятие, — ласково проговорил Джереми, беря руку Жана в свою и легко поглаживая.

Это подействовало на Жана как успокоительное, он расслабился и встретился взглядом со светлыми тёплыми глазами, которые излучали любовь.

Шатен сбоку тактично ушел, чтобы остаться целым и с руками.

— Он прикасался к тебе, soleil, и это было больше похоже на заигрывание, — серые глаза Моро вмиг загорелись пламенем ревности и злости.

— Не знал, что ты у меня такой ревнивый, chier. — Джереми приподнялся на цыпочки и быстро чмокнул Моро в губы, а после крепко обнял, слушая быстрый стук сердца и напряжение своего парня..

Жан обнял своё солнце в ответ, поглаживая светлые волосы и постепенно расслабляясь..

***
Следующий раз, когда ревность настигла Жана случился в клубе, куда они поехали отдохнуть после матча своей компанией. Джереми доверял друзьям Нокса и не ревновал (почти) их к своему парню, поэтому был спокоен.

Они сидели за столиком, обсуждая прошедший матч и попивая коктейли, Джереми сидел рядом, а Жан приобнимал его за плечо.

— Ma lune, я отойду нам за коктейлями, — шепнул на ухо Джер, коснувшись губами мочки и поднялся со своего места. Моро схватил его за руку прежде чем он ушел.

— Мне пойти с тобой?—  спросил он.

— Нет, всё в порядке, я просто куплю ещё два коктейля для нас, — ответил блондин, мягко улыбнулся и Жан отпустил его.

Джереми не вернулся через пять минут и Жан начался волноваться, поэтому предупредив тройцев, встал из-за столика и направился к барной стойке.

Увиденная картина заставила его сорваться с места. Его солнце трогал какой-то ублюдок, наглым образом лапая задницу Джереми и находясь запредельно близко..

— Если ты не уберешь свои руки и не прекратишь приставать после моего отказа, я позову охрану, — услышав Жан голос своего любимого, который говорил серьёзно и строго. Джереми не любил решать всё кулаки, он предпочитал разговоры, но когда это не помогало, он был вынужден пустить в ход кулаки, но это было редко.

Но парень, выглядивший старше на лет пять не послушал Джера, продолжая прижиматься к Ноксу и Жан взорвался.

— Блять, он сказал тебе отстать, какого хуя ты не понял? — взревел Жан, отталкивая мудака от Джереми и закрывая его собой.

— Ты ещё кто такой? Его муженёк что ли? — пьяно усмехнулся парень. — Да ладно тебе, поделись такой сладостью, обещаю отдать, — начал было он, но едва неадекватный человек успел подойти к нему, Жан занёс удар и его кулак встретился с челюстью непонятного. Тот отшатнулся на добрый метр и сумел устоять благодаря стульям у барной стойки, схватившись за один из них.

Моро хотел было сорваться с места и продолжить начатое, но сзади его обняли теплые руки, не давая сдвинуться с места.

— Моя луна, с него хватит, он не стоит того, чтобы марать об него руки, я в порядке, такая хуйня часто случается, — мягкий голос Джереми действовал как успокоительное, расходясь по всему телу. Жан глубоко вдохнул и выдохнул, разворачиваясь в объятиях лицом к блондину.

— Ты точно в порядке? — взволнованно спросил Жан, Джереми кивнул и улыбнулся своей потрясающей солнечной улыбкой.

— Поехали домой, моя луна, нам на сегодня хватит, — сказал Нокс и взял его за руку, ведя к выходу.

***
— Держи, дорогой, выпей горячего шоколада, — Джереми присел рядом и поставил кружку ароматного шоколада на столик перед Жаном.

— Могу я тебя поцеловать? — спросил Жан, поглаживая чужие пальцы, лежащие на запястье.

— Всё, что угодно, я весь твой, — ответил сразу же Джереми и ловко перебрался на колени к Жану, расставляя ноги по обе стороны от бедер своего парня.

— Je t'aime, — прошептал Джереми на французском, отчего Жан прикрыл глаза от удовольствия, не в силах сдержать улыбки.

Нокс начал медленно целовать его лицо: щеки, носик, глазки, брови, лоб. Жан положил руки на талию блондина и отдавался ощущениям.

Наконец губы Джереми нашли его губы и нежно накрыли, целуя страстно, но в то же время эти поцелуи были наполнены любовью. Жан отвечал, облизывая и покусывая губы своего парня.

Члены в штанах у обоих начинали твердеть, Джереми рефлекторно двинул бедрами вперед, врезаясь в чужое возбуждение. Парни простонали в унисон, прямо в поцелуй.

Жан приподнял Джереми и уложил спиной на диван, нависая сверху и накрыл горячие губы, сладко целуя и медленно спускаясь поцелуями ниже, по линии челюсти, к уху и переходя на шею, лёгкие поцелуями-укусами. Нокс приподнимал бедра в поисках трения, по ладонь Жана не опустилась на его пах, сжимая через плотную ткань крепко стоящий член. Блондин простонал.

— Мой прекрасный, самый лучший малыш с потрясающими глазами.. Такой идеальный и только мой, — шептал Джереми на ухо Моро, каждый раз смущая его подобными словами, но также они возбуждали и будоражили бабочек внутри.

Жан ловко расстегнул пуговицы на клетчатой рубашке Джера и открыл для себя доступ к идеальному торсу с кубиками и сразу же припал губами к открытым участкам кожи, начиная с ключиц, уделяя особое внимание чувствительным соскам, от ласк к которым блондин выгибался сильнее и громче стонал, и медленно спускался ниже. Едва Жан добрался до ремня брюк, Джереми ловко перевернул их, поменяв местами и теперь он написал сверху, глядя потемневшими от возбуждения глазами на своего парня.

— Моя очередь, сладкий, — поговорил Джер облизываясь и целуя Моро глубже и настойчивее.

Приподняв толстовку Жана, Нокс провел рукой по горячей коже, вырывая сорванный выдох с припухших губ брюнета.

– Подними, пожалуйста, руки, моя луна, — попросил Джереми с прикусанной губой и это выглядело горячо и будоражище.

Жан послушался, приподняв руки вверх и позволяя Ноксу раздеть себя.

— Мой невероятный. — Джереми каждый раз восхищался его телом, как в первый раз, смотря так влюбленно и тепло, что этот взгляд мог согреть в самые сильные холода.

— Только твой, — ответил Моро хрипло в ответ, стягивая с плеч блондина ненужную рубашку. — Так то лучше, — улыбнулся брюнет, поглаживая плечи и спину парня.

Нокс в это время целовал его шею и спускался ниже, повторяя недавние действия Жана. А свободной рукой он растегивал брюки Моро, припуская их и вынимая крепко стоящий член из боксеров, проводя по горячей плоти ладонью, сначала медленно и размеренно, но постепенно набирая темп.

Жан проделал тоже самое с членом Джереми, целуя его плечо и прикусывая нежную кожу. Нокс простонал, когда холодные руки коснулись его члена и толкнулся на пробу в чужую ладонь, позволяя продолжать.

— Не сдерживай стоны, моя луна, стони для меня, я хочу тебя слышать, — прошептал Джереми на ухо Жану тяжело дыша и укусил его за мочку уха.

Они продолжили надрачивать друг другу, попутно целуясь и доходя до пика. Жан послушался Нокса, не сдерживая стонов и в полной мере получая удовольствие, от которого искрило перед глазами и немели  кончики пальцев.

— Вот так, мой хороший, кончи для меня, — попросил Джереми своим ласковым голосом, кусая Жана в стык плеча и шеи и заставляя его прогнуться и застонать слишком громко, тихо матерясь на французском.

— Дже-е-ер, а-а-х...

Нокс довольно улыбнулся, смотря на расслабленное лицо Моро, на чертовски красивое лицо, чувствуя близкую разрядку.

— Сожми его чуть сильнее, моя луна.

— Дааа, вот так, умничка, а-а-ах, — кончая в ладонь Жана,  простонал Джереми, впиваясь в приоткрытые губы своего парня и смазано целуя.

— Je t'aime tellement ma lune* Я так тебя люблю, моя луна, — хрипло проговорил блондин, падая на Жана и крепко обнимая его и утыкаясь губами в шею.

— Je t'aime plus, mon soleil, merci,* я люблю тебя сильнее, моё солнце, спасибо, — ответил Жан, прижимая к себе Джереми крепче и целуя в висок.

Ради своего солнца, он был готов на всё, потому что Джереми был его домом, его семьёй, его счастьем...