глава 6

Бегу на всех парах домой, распахивая дверь подъезда.

После этого Палычу точно не жить. Пусть даже не ждет меня на своем уроке.

- Куда так несешься? - окликнула меня консьержка.

Я закатила глаза. Тебя еще не хватало.

- Очевидно, что домой, Антонина Николаевна. - сквозь зубы отвечаю я, прижимая коробку шоколада ближе.

Телефон в кармане комбинезона вибрирует раз десять, пока женщина средних лет появляется передо мной.

- Это понятно. - машет рукой она, смахивая светлую чёлку со лба. - Когда брату расскажешь, что работаешь? А?

Консьержка стоит в двух метрах от меня. Не подходит и не провоцирует - просто спрашивает.

Но раздражает так, что хочу ударить. Ударить. Все что только можно.

Блять, когда в последний раз я дралась? От чего у меня такие мысли?

- Спокойной ночи, Антонина Николаевна. - сжимаю кулаки и коробку, и направляюсь в сторону чертовых лифтов.

Не доходя до лифтов, в зеркале вижу себя. Всю измотанную, раздраженную, но...другую. С утра была другая Тамилла. С лисьим взглядом, прямой спиной, но с более светлыми глазами. Может даже с улыбкой, и танцами под музыку в наушниках.

...

Сейчас же, передо мной стоит другой человек. Взгляд жестче, что у меня самой пошли от него мурашки. Глаза явно стали темнее, а движения жестче  - осанка ровнее.

Один день. Два разных человека.

Мне показалось, или взгляд сталвольчим?

- Что, даже не спросишь, откуда я знаю, отправителя коробки? - крикнула мне в след женщина, и я остановилась.

Что. Она. Сказала?
Знает отправителя?

Пф-ф. Ей-то, откуда знать это?

Пальцы держащие коробку сильнее сжали ее. Размашистый шаг остановился. И я не помню, как оказываюсь вплотную перед консьержкой.

В ее глазах страх. Рот широко открыт, кажется, она готова кричать, но все еще молчит.

А это молчание, так и режет уши.

- Кто? - спрашиваю я, нависая над ней как гора.

Антонина Николаевна делает шаг назад, прежде чем ответить. Что начинает злить меня.

Сказала А, скажи и Б, черт возьми.

- Я дважды не повторяю. - выпрямляюсь в спине, и в упор смотрю на нее.

Боится. Глаза бегают. Пальцы подрагивают, а рот все так же открыт.

Говори. Говори, уже.

Дверь подъезда открылась, и ветер ударил в лицо. Консьержка тихо поздоровалась с парнем. Он не глянув ни на одну из нас, скрылся у лифтов.

Когда створки лифта закрылись, женщина подбежала ко мне и схватила за предплечье.

Хватка ее была железной и неожиданной, что я сделала шаг назад.