Больно

Шестое марта. Именно этот день, как я осознал позже, стал для меня роковым.
Я проводил фотосессию очередной пары, которая захотела «оригинальных» фото в осеннюю пору и в процессе моей работы вдруг зазвонил мой телефон. Отвлекаться я не хотел, желая закончить фотосет раньше и чтобы ещё больше не распылять юнцов, которые уже доходили чуть-ли не до ссоры.
-Ты не можешь просто обнять меня и улыбнуться?!-в который раз распылялась девушка, закидывая руки своего молодого человека на свои плечи.
Если честно, к тому моменту я готов был крушить всё на своём пути, но я также знал, что профессионализм фотографа отражается в терпении.
-Встаньте левее,-поправил я.
Домой я вернулся ближе к вечеру, считая на ходу купюры у меня в руках. Сегодня я решил сводить тебя в ресторан, уже ожидая упрёков того, что нужно было предупреждать тебя заранее и у тебя совершенно не остаётся времени.
-Лили, я дома!
Но я не услышал ничего в ответ. Повешав верхнюю одежду на вешалку, я прошёл в гостиную, обошёл кухню, спальню, но тебя нигде не было. Вдруг я услышал журчание воды и направился в ванную комнату, но дверь была заперта.
-Милая?
-Саша,-услышал я твой слабый голос,-Дверь заклинило и я не могу выйти.
-Подожди, сейчас справлюсь с замком,-ответил я, всматриваясь в замочную скважину и пытаясь просунуть в неё что-нибудь тонкое.
-Ещё у меня отошли воды.
Тут я замер и у меня началась паника. Мои руки тряслись и из них то и дело выпадали мои отмычки. Немного погодя я понял.
-Надо вызывать скорую! Дорогая, ты как?
-Merde!Ces putains de docteurs n'arriveront pas à l'heure! (Здесь перечисляется нецензурная брань)-прохрипела ты.
-Понял,-коротко бросил я, вскакивая с пола и ринулся к телефону.
Скорую мы ждали около часа. За это время я всё же выбил дверь и находился рядом с тобой, а ты то и дело до боли сжимала мою руку.
Наконец я услышал долгожданный звонок в дверь и, вскочив с пола, принялся открывать.
Фельдшер какого-то чёрта медлил, а я уже взял тебя на руки, собираясь отнести тебя в машину скорой помощи.
-Подождите, вы должны расписаться.
Парень совал мне какую-то бумажку и я, недоумевая от такой глупости, рявкнул на него:
-Ты не видишь, у меня жена рожает?! Засунь себе эту бумажку куда подальше!
Он замолчал и пошёл к выходу, а я понёс тебя следом.
До больницы мы добирались словно вечность, я не мог смотреть на твои страдания, на то, что ты пыталась не кричать и с твоего лба струился пот.
-Сейчас приедем, милая. Сейчас уже будем на месте,-успокаивал тебя я и ты смотрела на меня такими благодарными глазами, полными любви, которые запечатлелись в моей памяти до сегодняшнего дня.
Приехали мы спустя, примерно, пол часа и тебя сразу же понесли в акушерское отделение. Я не мог оставить тебя одну с этим и бежал за фельдшерами.
Всё происходило быстро, ты была уже в родильной, а я ходил словно лев в клетке и ждал все эти тянущиеся часы, когда я услышу плач нашего ребёнка.
Время шло, я нервничал всё больше и, наконец, в коридор вышел акушер.
-Вы муж?
-Да,-я подскочил с лавочки, что та с гулким стуком ударилась о стену.
-Пройдёмте со мной.
Доктор положил руку на моё плечо и повёл в направлении своего кабинета. Внутри я чувствовал тревогу, но ждал хороших новостей. В голове уже всплывали картинки твоей встречи из роддома и жизнь с нашим сыном или дочкой.
-Присаживайтесь.
Мужчина расположился за письменным столом и указал на место напротив себя. Он налил на дно стакана виски и придвинул ко мне. Это и жало мне сигнал.
-Что-то произошло?-мой голос дрожал.
-Ваша жена в полном порядке, но...-он посмотрел поверх очков на нетронутый мной стакан.
-Ребёнок не выжил во время родов.
Именно эта фраза перевернула нашу жизнь, разделила её на до и после.
Из больницы я тебя забрал спустя два дня, дожидаясь, когда ты оправишься и находился у твоей кровати каждую минуту, но ты была отстранённой.
Дома было то же самое. Уже не было нежности, душевных разговоров и ласк, мы лишь обменивались какими-то фразами и не более. Я пытался вернуть прежнюю тебя, но словно та Лилия погибла с тем ребёнком и не думала возвращаться.
Через несколько месяцев я не выдержал и закатил скандал, не имея больше сил пытаться вернуть тебя и ты заперлась в комнате, проплакав всю ночь, что заставило меня почувствовать неимоверную тяжесть вины.
Спустя четыре дня я не обнаружил тебя дома.
Когда я вернулся в наш маленький рай,как ты называла это место, я почувствовал, что это больше и не рай вовсе и из комнаты будто выветрилось то тепло, что мы так создавали. Нет, ты не могла так просто покинуть нас. Меня и наше будущее.
Тёмный дубовый шкаф в углу, внутренности которого составляли твои любимые мною наряды- был пуст и с твоим отсутствием будто вся комната опустела.
У правой стены на моём любимом фортепиано, а любимое оно мной потому, что моя игра на нём заканчивалась нашими ласками, был аккуратно сложенный белый лист, от которого веяло твоими духами от Шанель и я трясущимися пальцами развернул его. В этот момент я хотел разучиться читать, слышать, видеть, главное только, чтобы это не было правдой.
"Cher Alexander, mon merveilleux amant, je ne peux pas vraiment comprendre ce que mes forces pour résister à la séparation avec vous. La séparation de l'homme qui m'a aidé à me retrouver et ma maison, c'est tres collins et les baisers. Je dois le faire et il est comparable pour moi, comme quitter la patrie ilya six ans. Je ne sais pas comment je veux le supporter, mais tu comprends la raison. J'aimerais que tu m'arrêtes de faire ça, mais je ne peux pas te laisser faire ça et c'est pour ça que je te dis au revoir, mon amour.
Avec amour, ta reine".
(Перевод с франц.) "Дорогой Александр, мой прекрасный любовник, я не могу до конца осмыслить, каковы мои силы, чтобы выдержать разлуку с тобой. Разлуку с человеком, который помог мне найти себя и свой дом-твои объятия и поцелуи. Я вынуждена это сделать и это сравнимо для меня, как покидание родины шесть лет назад. Я просто не знаю, как вынесу это, но ты и сам понимаешь причину. Как бы я хотела, чтобы ты остановил меня от этого шага, но не могу позволить тебе это и поэтому прощаюсь с тобой, моя любовь.
С любовью, твоя королева".
Реальность настигает меня, но я пытаюсь отмахнуться от неё, как от назойливой мухи, но всё же я отбрасываю эти попытки и принимаю её такой, какая она есть- уродливая и разрывающая на куски.
Я почувствовал, будто моё сердце сжали в тиски, стоило мне взглянуть на отпечаток твоей помады винного оттенка на белоснежной бумаге. Эта помада всегда оставляла на мне следы, которые я, нехотя, отмывал перед выходом из нашего убежища мылом.
Я опустился на кровать, которая запомнила самые истинные признания в любви и их доказательства и старался сдержать эмоции. Я не могу позволить себе горевать об этом и также не могу позволить себе возненавидеть тебя, потому что ты оставила в моей жизни след, длиной в целых три года и самые чистые и восхитительные воспоминания, которые только могла оставить такая прекрасная женщина.
Я потерялся в нашей... в этой комнате.
По сей день я вспоминаю тебя. Раз в пол года получается выезжать во Францию и поговорить с твоим надгробием. Под толщей земли лежит часть меня и мы неделимы.
Когда я узнал о твоей смерти пятнадцать лет назад, я не поверил. Да, я правда не поверил тому, что моя Лиля покончила с собой, спрыгнула с крыши высотки из-за множества проблем и, как я предполагаю, тоски по мне, потому что на письмах, которые я получал в ответ на свои, я всегда замечал капли высохших на бумаге слёз.
Я ушёл в запой, меня было не узнать весь год, что я пил, убивая себя, но новоприобретённый друг вытащил меня хотя бы из этого, но не помог мне забыть мою девочку.
Дальше моя жизнь шла обычно. Абсолютно обычно, без красок, без эмоций, просто работа, дом и телевизор, перед которым я нахожусь всё своё время.
За эти годы я набрал вес и полностью разочаровался в жизни. На приглашения друзей всегда следовал привычный отказ и они прекратили меня звать на какие-либо торжества.
Сегодня я снова коротал своё время перед очередным ток-шоу и поглощал вредную пищу, как раздался звонок в дверь, что немного насторожило меня, т.к. гости в нашей квартире явление не частое.
Я открыл дверь и предо мной предстала ты. Та Лиля, которую я увидел в первый раз в кафе с одногруппниками и которая почти не знала русский. Из меня словно выбили воздух и я опёрся о дверной косяк.
-Вы Александр Хвощевский?-произнёс молодой голос.
-Да,-удалось выговорить мне,-А вы...?
-Можно войти?-приподняла девушка бровь в твоей манере и, получив жест приглашения, прошла.
Я с комом в горле сел на своё привычное место- в провиженное кресло, а она разместилась на диване и взволнованно огляделась.
-А у вас уютно,-я промолчал,-Кхм... Александр Васильевич, я восемнадцать лет росла в семье, которая окружала меня любовью и заботой все эти годы, не подозревая, что я этой семье не родная. Только в недавнем времени я узнала правду. Мои родители не могли иметь детей и акушеры, можно сказать, выкрали меня. Я узнала, что мои биологические родители вы и Лили Бейль.
Слёзы застилали глаза, стоило мне услышать твоё имя. Твоё имя от нашей дочери.
Я прокашлялся.
-Я... я отойду на минутку.
Я, не видя ничего перед собой, прошёл на кухню и, открыв трещащее окно, взял сигарету в дрожащие пальцы и закурил. По моему лицу текли слёзы. В этот момент меня разрывало изнутри. Я не мог принять то, что из-за прихоти циничных людей и бездушных врачей, которые наполняют российские больницы, разрушена наша с тобой жизнь, Лили. Сейчас всё могло быть по другому, мы бы имели счастье.
У нас был бы весь мир.