Устала
Сегодня был третий день, как Джессика вновь стала бегуном и второй рассвет, когда она стояла перед воротами лабиринта не как гость, не как наблюдатель, а как часть его ритма. Её тело вспоминало то, что разум когда-то пытался забыть: как дышать в холодном камне, как чувствовать повороты ещё до того, как они появятся, как доверять ногам больше, чем страху.
Воздух был влажным и прохладным, пах камнем и землёй. Массивные ворота возвышались перед ними, словно спящие великаны, скрывающие за собой сотни путей, ловушек и тишины, в которой слишком легко потеряться.
Рядом стоял Бен. Он выглядел слишком расслабленным для человека, который собирался бежать в лабиринт. Потянул шею, покрутил плечами, словно это была обычная утренняя пробежка по поляне, а не заход в место, где каждый шаг мог стать последним. Он бросил на неё короткий взгляд и усмехнулся, привычно, с ленивой дерзостью.
– Надеюсь, ты не растеряла свои навыки, — сказал он, — Если будешь сильно отставать, скормлю тебя гриверам.
– Очень по-дружески, Бен, — Джессика медленно повернула к нему голову, — Прямо чувствуется поддержка, — на губах появилась наигранная, слишком милая улыбка.
– Да знаю, — фыркнул он, — Я вообще-то очень добрый человек.
Она лишь хмыкнула, снова устремив взгляд на ворота. Механизмы заскрипели, и камень начал медленно расходиться в стороны. Лабиринт просыпался, впуская свет, но внутри всё равно оставался тем же холодным, равнодушным и живым по-своему.
– Кто последний добегает до третьей секции, — Бен наклонился вперёд, как перед стартом гонки, и бросил, не оборачиваясь, — Тот шанк.
И они сорвались с места. Шаги эхом отразились от стен, сердце сразу ускорилось, дыхание стало глубоким, резким. Каменные коридоры мелькали по бокам, повороты сменяли друг друга, и всё вокруг будто сужалось до движения вперёд.
Бен вырвался вперёд почти сразу. Его бег был уверенным, длинным, он держал высокий темп, словно хотел показать, что за время её отсутствия он ничуть не ослаб. Его спина удалялась, шаги звучали тяжело и ритмично, как удары по камню.
Джессика держалась чуть позади. Не потому что не могла быстрее. Потому что не хотела. Она бежала ровно, экономя силы, чувствуя, как мышцы послушно работают, как дыхание ложится в правильный ритм. Она наблюдала за ним, за тем, как постепенно меняется его бег, как дыхание становится громче, как плечи начинают подрагивать от напряжения.