Глава 7 из 17

Пипец

Как и обещал, я подкрепил свои слова действиями и добавил себе и Розе нагрузки. Теперь мне приходилось вставать до захода солнца, так как наши тренировки начинались ещё до заката и заканчивались после рассвета, когда весь вампирский мир погружался в сон. Семь дней в неделю и по шесть часов в сутки. Я видел, как Роза старается и как выдаёт все двести процентов себя в каждом упражнении. Я восхищался и поражался ей. Моя любимая бесстрашная несокрушимая Роза. Каждый день я с упоением наблюдал за ее школьной жизнью. Оберегал и Розу и Василису. Проблем, сплетен и слухов вокруг девочек было предостаточно, но они стоически сносили все.Все больше и больше я замечал примеры их связи, которая была развита довольно сильно. Розу затягивало даже на тренировках во время упражнений, но она постепенно училась блокировать эти «прогулки». Я был обеспокоен тем, как раздражалась и мрачнела Роза после заходов к Василисе. С этим мне ещё предстояло разобраться. — Доброе утро! Я зашёл в тренажёрный зал раньше обычного — хотел подготовить снаряжение для новых упражнений с манекенами и очень удивился, что Роза уже ждала меня там. Она делала растяжку и не сразу заметила меня. «Очень ненаблюдательно для стража, Роза!» — Доброе утро, новичок Хэзевей! Я окликнул ее снова и она с улыбкой посмотрела в мою сторону. — Доброе, мой персональный сорт тирании! — Я смотрю ты в хорошем настроении, — съязвил я, бросив спортивную сумку в угол на маты. Роза зевнула и тут я заметил светлые, но все же синяки под глазами у девушки. Она не выспалась и очень уставала со мной последние дни. Я почувствовал себя чудовищем. Одного только осознания, что я делаю все это для неё же самой, уже не хватало. Ей всего лишь семнадцать, но ее силы, упорства и целеустремлённости хватит на роту солдат. — Не выспалась? — Все в порядке, — тихо проговорила она, продолжая разогревать ноги, — чем занимаемся сегодня? — Роза, я вижу как ты устала. Она упрямо покачала головой. — Что-то случилось? — Мой голос звучал мягче и нежнее обычной строгости. Она это заметила, потому как смутилась и тут же пролепетала. — Нет, просто Лиссе опять снятся кошмары… «Ах, вот оно что…» — И ты все чувствуешь, через вашу связь? — Обеспокоенно спросил я, но Роза прятала от меня глаза. — Вижу…чувствую… — она пожала плечами и поднявшись на ноги, взяла в руки скакалку, — не важно, — Роза начала сет из мелких прыжков на носочках, бурча под нос счёт. Я мог бы быть мягче и более дружелюбнее с ней, но наша ситуация выходила за рамки отношений «учитель/ученица», поэтому я как мог держал планку, сохраняя дистанцию. Теперь я понял, что перегнул. Хотелось объяснить Розе, что я стараюсь дать ей как можно больше, совершенствуя ее навыки. Дампиры — народ не долгоживущий. Мы стражи, а значит принимаем атаку на себя. Я любил ее. Я хотел оберегать ее. Но это невозможно. Я не мог быть с ней 24/7. Если я смогу создать из неё профессионала, не знающего страха, я буду спокоен. Я буду знать что она останется жива. Отбросив весь план тренировки, я заменил практику на теорию. — С какой первой проблемой ты столкнешься, если окажешься лицом к лицу со стригоем? — Он бессмертный! — Да, — я кивнул, — но есть вещи более фундаментальные. Она задумалась и стала предлагать дежурные варианты: размер, сила, рефлексы, скорость и прочее. Все это правильно, но я ожидал от неё не такого ответа. Девушка, которая без страха бросается в бой, плюет на все законы физики и логики, должна была в первую очередь подумать о достижения одной цели — спасения жизни. Я кивнул и попросил ее напасть на меня, показывая несколько комплексов защиты и отражения атаки. Она с упоением поглощала всю информацию, быстро запоминая каждое движение. Я старался показывать ей не только технику с учебника, а добавлял свои личные хитрости нападения. Теперь предстояло сдать мини-экзамен. — Давай, — сказал я, отходя на шаг. — Попробуй нанести мне удар. Она улыбнулась, закусив губу. На секунду в ее прекрасных глазах выстроился план нападения и я почти угадал его, ожидания удара. Изначально я планировал поощрить ее старания и немного поддаться, но заметил как она отвлеклась и не отдалась попытке полностью. Я видел и знал, что она может лучше. Слишком быстро ринулась вперёд и я крайне легко блокировал удар. Легко отразив ее нелепую атаку, я видел отразившуюся на ее прекрасном лице досаду. Она разозлилась и тут же попробовала ещё, а затем еще. Но все ее попытки подвластны не разуму, а эмоциям. В конце-концов, она взмолилась: — Пощади, товарищ, — она вскинула руки вперёд и я помог ей подняться с мата, — вот теперь, кажется, я проснулась. Ухмыльнувшись так, чтобы девушка не заметила, я наклонился за влажным полотенцем и бросил ей. Роза обмакнула прохладной тканью мокрое от пота лицо. — Хорошо, что я делаю неправильно? — Ничего. Она удивленно посмотрела на меня и нахмурилась. — Нет, я что-то делаю неправильно, а иначе ты уже лежал бы без сознания. «Наивная ты, Роза». — мысленно я посмеивался над девушкой. Почему она пришла к этому нелепому выводу? Я тренировался годами, а она всего лишь талантливый новичок. Я глянул на пыльные часы на стене. — Мне надо на собрание, а ты можешь идти в душ! — Хорошо, как скажешь, пошли в душ, — устало пробормотала она и стала подниматься. Я же поспешил отвернуться. При упоминании о душе, я так ясно вспомнил ее прекрасное и изнеможденное лицо во время той нашей ночи, когда она кончала под струёй холодной воды. Зажатая моим телом к стене, она была беспомощна и так желанна. Я жадно вглядывался в ее расширенные от экстаза глаза и утопал в них. А сейчас я не мог смотреть на неё прямо, избегая ее взгляда. На секунду движения Розы стихли; я не слышал даже ее тяжелого дыхания. Молча, я шёл вперёд, ожидая ее действий. Она нагнала меня и с криком, набросилась мне на спину. Я был готов ко всем вариантам нападения и поэтому ловко перехватил Розу, повалив на спину. «Значит, ты надеялась застать меня врасплох?! Глупышка». — Твою мать, ты отбил мне весь зад, Беликов! — Вымученно простонав, Роза надула губы. — Я все сделала правильно! Как же я забавлялся в этот момент, глядя на Розу. Такая смешная и такая моя. Я обожал ее. Она лежала на спине и тихо смеялась, а я был очарован ее смехом. Шоколадного тёплого оттенка ее глаза искрились счастьем. Я навис сверху, прижав маленькую девушку к полу своей тяжестью и нежно сжимал ее запястья, расположив руки над головой Розы. — Твой голос чудесен, но постарайся в следующий раз не кричать. — Разве что-нибудь изменилось бы, если бы я смолчала? Я сделал вид, что задумался, наигранно сдвинув брови, но тут же усмехнулся. — Нет. Скорее всего, нет. Прищурив взгляд, Роза пыталась разглядеть, что-то в моем лице. Зрачки ее расширились и тяжело дыша, она облизнула пересохшие губы. Желание приятным теплом Зарождалось между нами. Я сжал ее запястья слегка сильнее, заострив внимание на пухлых губах. Ее тело трепетало подо мной, а лицо лишь в дюйме от моего. У меня перехватило дыхание от желания поцеловать ее. Я врал себе. Врал каждый день, убеждая себя, что не хочу ее, что не люблю ее. Убеждал себя — «я ее учитель и наставник и никогда не смогу стать любовником или спутником жизни». Я скрывал ту радость, что охватывала меня каждый раз, как только я видел ее или слышал звонкий голос и смех. Смех не предназначенный для меня. Каждая тренировка это жесткое испытание для моей выдержки. Каждое прикосновение к ней отдавалось во мне болезненным желанием заполучить ее. — Хочешь меня, — она снова облизнула губы и я не смог не посмотреть на них, — ещё чему-то научить? Щекочущее чувство внизу живота и кровь прилила куда не следует. Блять! Я все ещё лежал на ней, упираясь стояком ей в живот. Я разжал руки и отклонившись, стал подниматься на ноги, подав ей руку. Сейчас, как никогда, мне необходим ледяной душ. Много, очень много холодной воды. Быстро-быстро я раскидал по полкам снаряжение и взяв сумку, направился к выходу, избегая смотреть Розе в глаза. Я очень надеялся, что она не заметила мой стояк. Я выжил из ума, решив, что справлюсь с этим притяжением. Первый раз в своей жизни я поставил задачу и провалил ее. Сзади послышались шаги и уже у выхода из зала моя ученица нагнала меня, просачиваясь в узкий проход между мной и дверным проемом, специально задевая меня там, где не следует. На ее губах играла дьявольская улыбка. Сделав несколько шагов по коридору, она развернулась и напустив серьёзность, сказала:
— Товарищ Беликов, бесплатный совет — в следующую тренировку наденьте штаны на размер больше. Опустив взгляд на стоячего предателя, она ухмыльнулась и, не дождавшись ответа, хотя я понятия не имел как на это реагировать, чертовка последовала к спальному корпусу. Я хотел догнать и наподдать ей хорошенечко. Руки зудели перекинуть Розу через плечо и шлепнуть по чудесному упругому заду, но я выдохнул и постарался успокоиться. Я уже опаздывал к Кировой, а у Розы оставалось 20 минут до первой пары. Спустя полчаса, мы стояли в кабинете директрисы. Кирова выглядела очень взволнованной и без конца ходила кругами по кабинету. — Когда они уже научатся оповещать заранее о своих приездах! — Ворчала себе под нос старуха, заламывая пальцы. — Госпожа Кирова, — тихим голосом обратилась Альберта, но директриса ее не услышала. — Эллен! Немного резковато, но принцу Дашкову позволительно обращаться к Кировой как угодно. Зато результат на лицо. Директриса оторвалась от своих мыслей и обратила на нас внимание, хотя в ее лице так и читался психоз. — Я и так сказал тебе, как только сам узнал, — растерянно пробормотал Виктор и закашлялся. Спиридон, страж Дашкова, тут же подлетел к своему морою со стаканом воды и укоризненно взглянул на Кирову. Он всегда очень трепетно оберегал принца и каждый раз высказывался против того, чтобы Его Высочество так часто бывал в академии. Кашель Виктора подуспокоился и он мог говорить. — Все мы прекрасно знаем Татьяну. Она всегда поступает как ей вздумается и даже совет иногда не может противостоять ее решениям. Кирова всплеснула руками. — Мы совершенно не готовы к этому! — Мы абсолютно готовы принять здесь Ее Величество, — возразил Виктор. Мы стражами переглянулись. Все стало ясно — сегодня прибудет Королева. Страж Петрова взяла в руки планшет и, сдвинув брови, быстро-быстро начала печатать. — Сколько у нас есть времени? — Громко и четко спросила Альберта, не поднимая глаз от экрана. Обожаю четкость и ясность в ее руководстве. — Она прибудет перед ланчем, дабы не отрывать школьников от учебного процесса, — за Кирову ответил принц Дашков. — Благодарю, Вас, принц Дашков, хорошо, — кивнула Альберта и знаками стала давать распоряжения остальным стражам. — Она, наверняка, захочет посетить занятия в нескольких классах, — испуганно проговорила Кирова, присев в директорское кресло. — Сегодняшние занятия у новичков можем поручить провести стражу Беликову. Это должно произвести впечатление, — Петрова указала в мою сторону и все тут же повернули головы. Я коротко кивнул, соглашаясь. — До этого у дампиров теория со стражем Альто. Проблем никаких. Кирова нахмурилась, присаживаясь в кресло. Она явно хотела что-то сказать, но не решалась. Ее тонкие острые ногти постукивали по зеркальной поверхности стола. — Да, все будет хорошо, — задумчиво проговорила директриса, — возможно стоит изолировать новичка Хэзевей до отъезда королевы. Шах и мат. Теперь понятно о чем так беспокоилась старуха. Я услышал тихие смешки двух стражей позади меня. Лоуренс и Юрий. Дебилы блять. — Дмитрий, — обратилась ко мне женщина-страж по имени Джин. Молча кивнув, я ждал продолжения, держась в стороне в привычной позе стражей. — Каковы успехи Розы? Вы смогли обуздать ее и дисциплинировать? Мне стало смешно, но я изо всех сил сдерживал желание съязвить. — Ее успехи приличны. Она с легкостью может побороть каждого новичка в ее группе, а скоро и превзойдет любого из учеников, — мой будничный тон как всегда равнодушен ко всему и строг, — но в мои обязанности входит лишь нагнать ее физическое отставание от программы, а не воспитывать ее. Альберта кивнула и никто не посмел возразить мне. Кирова задумчиво почесывала седую бровь указательным пальцем. — Страж Беликов, Вы ручаетесь, что Хэзевей не доставит проблем? Я кивнул. — Тогда вы можете сообщить ей, что она допущена поприсутствовать на приеме. — Кирова махнула рукой, раздражённая собственным «великодушием». Бьюсь об заклад, абсолютно все, находящиеся в этой комнате, чертыхнулись и тут же перекрестились, надеясь, что все обойдётся. Проблема в том, что они не доверяли Розе так, как доверялся ей я. А Роза как раз таки заслуживала безграничного доверия. Но сейчас это не главное. Я смог выбить для неё выход из заточения и хоть чем-то смогу ее порадовать. — Я думаю Роза будет очень признательна Вам за такую возможность. — Страж Беликов, после того как проведёте урок, Вы головой отвечаете за порядок. Не спускайте с Хэзевей глаз! Я кивнул, пытаясь понять отчего Кирова так следит за Розой и почему так важно, чтобы она не натворила ничего на обеде? Кирова между тем неустанно чирикала ручкой на бумаге, расчерчивая план и раздавая указания. — Мисс Марко, — обратилась она к школьному завхозу, — постелите алые скатерти и, мистер Фланг, — садовник выступил вперёд, сняв соломенную шляпу, — на столах должны быть любимые цветы королевы: белые лилии и красные розы. Старик кивнул и так же, молча, удалился к стене. — И ещё, Боб, Ее Величество любит лосося, есть ли у нас лосось? Шеф-повар оживился, и активно жестикулируя, с восторгом затараторил: — Обещаю, Вам, Ее Величество просто пальчики оближет когда попробует это великолепный сливочно-сырный суп из лосося, который я научился готовить в Париже! Его тончайший вкус и аромат… — Достаточно, Боб, — старая сука вскинула руку и перебила добродушного старика, — Придётся перенести у мороев «Русский» на «Основы контроля над стихиями» и устроить Ее Величеству небольшой мастер-класс. Госпожа Кармак, я могу на Вас положиться? Темноволосая хрупкая моройка тут же убедительно закивала. И Кирова смогла вздохнуть спокойно, продолжая сжимать костлявыми пальцами набалдашники на подлокотниках резного дубового кресла.

Ещё час длилось совещание. Сколько бы я не старался сосредоточиться, но все мои мысли были о Розе. Что такого может произойти, что мне необходимо было находиться строго рядом с ней, предотвращая любую ее выходку?! — Хорошо, — в итоге выдохнула Кирова и облокотилась о спинку кресла, — на этом пока все, можете идти. Встречали мы королеву всем составом. Едва ли нам не хватало только каравая с солью в руках. Все вышли во двор к парадному входу и выстроили живой коридор с цветами и восхвалениями. Кирова неустанно раскланивалась перед Татьяной, рассказывая о всех достижениях, которыми могла гордится академия за этот год. Многочисленная свита Татьяны шествовала следом. Я знал каждого. В последний год перед выпуском, в нашей академии была дисциплина, где мы изучали всю иерархию моройских королевских семей. Да и Иван был одним из них, поэтому я хорошо разбирался и в самой дворцовой жизни. Виктор Дашков замыкал ход. Он еле передвигался, опираясь на свою палку. Но огонь в глазах не угасал даже в минуту жутких болей. И тут мое внимание привлек высокий морой в стильном коричневом костюме на одну пуговицу. Его светлые волосы были уложены на высокий помпадур, а в руках он нёс меховой плащ Ее Величества. «Вот, подлец, даже не сообщил о приезде! — Николай заметил меня, выискивая глазами и радостно улыбнулся, но я стоял смирно, как и подобает стражу. — Ничего, ты получишь у меня позже!» Свита проследовала за королевой в кабинет директора, я должен был идти в большой зал, но для начала мне придётся встретить свою подопечную. Я шёл по коридору в корпус дампиров, как меня нагнали и чья-то рука хлопнула по плечу. — Ну что, удался сюрприз? — Николай заключил меня в объятия и я ответил ему не менее крепким обхватом. — Мог бы и предупредить, — буркнул я и пошёл вперёд, засунув руки в карманы брюк. — Смотрю, ты как всегда любезен. Николай приплясывал рядом, насвистывая знакомый мотивчик. Настроение у него очень хорошее. — Напросился с королевой? — Я изогнул бровь, пропуская мороя на лестницу первым, — Надоело при дворе?— А то ты не знаешь! Завернув на этаж мы столкнулись с Розой, которая шла вперёд, но озираясь по сторонам, не заметила ни меня, ни Николая. Улизнуть пыталась! Интересно, на что она надеялась? Очередное свидание? — Дерьмо! — Выругалась она, поправляя подол юбки. Когда мы поймали девочек в Портленде, то доставили их в академию почти налегке. С ними был лишь небольшой рюкзак со сменной одеждой и документами. В школе Розе выдали стандартный комплект из повседневной формы, пижамы и тренировочного костюма, верхней одежды и обуви. Туда не входило праздничное платье, но Роза не Роза, если б не смогла сымпровизировать. Она оставила школьную короткую юбку с высокими гольфами и скомпоновала это с чёрной водолазкой и ботинками на каблуке. Выглядела она очень притягательно. Макияж и укладка придавали ей пару лет сверху. Немудрёно, что я в тот вечер так обманулся. — Роза! — С восторгом воскликнул Николай и распахнул руки для объятия, — привет! Я так рад тебя видеть! Девушка замешкалась и переводила взгляд то на меня, то на мороя, растерянно улыбаясь. Она не ожидала увидеть здесь ни одного из нас. — Николай, — подсказал ей мой друг, указывая на себя пальцем. — Да, конечно, я помню, — Роза очнулась и обняла парня в ответ, — просто…не ожидала тебя здесь увидеть! — Я умею делать сюрпризы! Как твои дела? Слышал, у тебя отличный наставник! — Отличный? — Я получил полный скептицизма взгляд от Розы. — Это довольно относительно! Николай засмеялся, а я все ещё стоял между ними статуей и наблюдал. — Прекрасно выглядишь! Смотрю Дмитрий с двойным упорством взялся за твоё обучение! — Ник, закрой рот, — дал я совет своему другу, но тут в игру вступила Роза. — Я еле доползаю до своей кровати! — Пожаловалась она. — Все тело в синяках и ссадинах! Я теперь не могу даже голая смотреться в зеркало, представляешь? — Она наиграно вздохнула, рассказывая все так, словно делилась большим секретом с лучшей подружкой-сплетницей. — Ты даже не догадываешься каким он бывает зверем, когда доминирует и властвует над моим телом! Ни сна, ни отдыха! Расхохотавшийся Николай не замечал, как я медленно выходил из себя, а Роза подметила все и ещё больше подливала масла в огонь своим остроумием. Тряхнув волосами, она положила ладонь на грудь Ника и прищурившись, шепнула. — Но я обещала делать все, что он прикажет. — Роза, — я предостерёг свою ученицу. — Погоди ты, Дмитрий! — отмахнулся морой. — Роза, ты уверена, что мы об одном и том же говорим? — Даа, приятель! О тренировках, конечно, а ты о чем? Они оба рассмеялись в унисон, как старые закадычные друзья. Весело. — Ох ребят, — морой выдохнул, стараясь унять приступ смеха, — мой девственный мозг сейчас взорвется! Я люблю вас! — Нам пора в большой зал, — напомнил я, приподняв брови. Николай посмотрел по сторонам, поправляя прическу. Как бы он не старался говорить безмятежно, но его волнение выдавало все подчистую. Он надеялся увидеть принцессу и ожидал встретить ее рядом с Розой. Она послала мне недоумевающий взгляд, я закатил глаза. — Дак что, ты одна здесь? Усмехнувшись, Роза сочувственно посмотрела на парня, отрицательно покачав головой. Она так же поняла цель его вопроса. — Нас разделили. Я заперта в башне, под охраной дракона, — бесцеремонная девчонка, кивнула в мою сторону и сморщила нос, — а Лисса на свободе, но без каких-либо радостей и развлечений. Мой друг звонко рассмеялся. Мне же было не до смеха. Не я выбирал эту работу, не я выбрал поручение. Я делаю все, чтобы помочь им. А меня ещё и высмеивают. — Отлично! — Николай хлопнул в ладоши и указал на лестницу, — и этот вопрос мы тоже решим, я же здесь! Мне пришлось откашляться, чтобы меня заметили. Жестом я попросил всех следовать за мной. Николай отсалютовал, косо приложив ребро ладони ко лбу, а Роза вздохнула и поплелась вперед в сторону большого зала. Все места уже заняты и нам пришлось стоять у стенки, наблюдая за всем издалека. Но в моей ситуации это будет у лучшему. Николай должен был находиться подле королевы, как и Василиса, но он вечно пренебрегал своим положением, отдавая предпочтение обычной жизни без всех этих регламентов и этикета. В центре зала, на помосте, стояла королева в своём красном платье в пол и огромной короне и приветствовала всех своих подданных. Ее речь была настолько спланированной и вызубренной, что можно было предугадать каждое слово. Я глянул на Розу. Она тихо мялась в сторонке и с тёплой улыбкой смотрела на Василису, которая выглядела милым ангелом в светло-голубом платье. — Я безнадёжен друг мой, — Николай повесил руку мне на плечо и вздохнул, — она так прекрасна, а я влюблённый дурак! Сохраняя стойкость и сдержанность, я печально улыбнулся морою и случайно встретился с Розой взглядом. Она послала мне еле заметную улыбку, но я не мог ничем ответить ей. Мне нельзя было давать себе и ей надежду. Отношения между нами невозможны. И это единственная истина, которую я вдалбливал ежедневно в свой мозг. — Кто здесь Василиса Драгомир? — Громко и величественно спросила Татьяна, осматривая всех учеников. Роза сглотнула и приоткрыв рот, затаила дыхание. Я заметил пустоту в ее взгляде; она считывала мысли принцессы. Василиса старалась держаться ровно и медленно вышла на шаг вперёд из толпы. Никто и никогда не смог бы понять насколько ей неловко, но я достаточно хорошо изучил ее мимику. Она боялась подходить к Татьяне, но королева протянула к ней руку. — Мы слышали о твоём возвращении, дорогая. Принцесса поборола тревогу и подошла к центру. Преклонив колено, она поцеловала руку Татьяне и выпрямилась. Все присутствующие вытянули шеи, стараясь лучше разглядеть и расслышать все. Василиса развернулась ко всем лицом и быстро нашла Розу взглядом. Спокойствие и уверенность вернулись к ней, едва девочки обменялись тёплыми улыбками друг с другом. — И мы вновь ощущаем себя полной семьёй, когда Драгомиры, хоть и в единственном их числе, снова в ряду королевских семей. Бесспорно, мы глубоко сожалеем о гибели твоих родителей и брата Андрея. Они были достойнейшими мороями, и их смерть подлинная трагедия. Но теперь ты единственная из семьи претендентка на трон. Чувство тревоги охватило меня. Незаметно, я приблизился к Розе, готовясь в любую минуту задержать ее на месте. Быть не могло, чтобы Татьяна просто приехала выразить своё сочувствие принцессе, оставив в стороне их с Розой побег. — У тебя интересное имя, — продолжала королева, расхаживая вокруг девочки, как хищник вокруг жертвы, забитой в угол. — Многие героини русских сказок носят имя Василиса. Василиса Премудрая, Василиса Прекрасная. Это девушки наделенные выдающимися качествами: силой, умом, строгим понятием о дисциплине, — на этом слове королева сделала акцент, Василиса дернулась в ее сторону. — Я могу все объяснить… — Потом, дорогая, — Татьяна пригрозила пальцем и улыбнувшись, снова стала говорить в толпу то, что предназначалось только принцессе. Почуяв неладное, Роза метнулась через людей на помощь подруге, но я схватил ее за локоть и грубо толкнул на себя назад, почти впечатав в своё тело. Наклонившись, я сурово прошипел, касаясь губами ее уха: — Стой смирно и не вмешивайся! — Это публичное униж… — Роза, — перебил я, сжав ладонь вокруг ее руки ещё крепче, — если мне понадобится выволочь тебя отсюда силой я сделаю это и глазом не моргнув. На девичьей шее проступили мурашки от моего жаркого дыхания и я немного отклонил голову назад, стараясь не провоцировать ни ее, ни себя. Роза сжала губы, кусая их изнутри. Она сдерживала себя от ответа как могла. — Аналогичным образом фамилия Драгомир вызывает не меньшее уважение. — Татьяна между тем все продолжала расправу над Василисой. — Короли и королевы из рода Драгомиров правили мудро и справедливо. Убивали стригоев, сражаясь бок о бок со своими стражами. Они по праву принадлежали к королевскому роду.Она помолчала, давая всем возможность осознать значительность своих слов. Василиса робко улыбнулась. — Да, — продолжала Татьяна, — ты дважды помечена властью. Твои имя и фамилия символизируют прекраснейшие качества. — Она выдала недовольную ухмылку, посмотрев на Василису. — Но, как ты нам продемонстрировала, имя не делает человека. Оно даже не оказывает воздействия на то, как человек себя ведет. И после этой словесной пощечины она отвернулась и позволила сопроводить себя на обед в столовую. Все были в шоке. Я все ещё прижимал Розу спиной к своей груди, чувствуя как сильно бьется ее сердце о рёбра. — Успокойся, — шепнул я ей на ухо, вдыхая приятный сладкий аромат ее кожи. Роза почувствовала мое дыхание и прикрыла глаза. — Она должна ответить за то, что сказала. — Чтобы ты не сделала, королевские стражи положат тебя быстрее, чем ты скажешь «да». — Кому скажу «да»? — Прошептала Роза и открыв глаза, посмотрела на меня. Почва ушла у меня из-под ног и не осталось ничего, кроме ее дрожащих, от прерывистого дыхания, губ. Мне стоило сразу заткнуться, но мое самообладание дало трещину. Наклонившись ещё ближе, я сказал очень тихо, так, чтобы ни одна душа не расслышала. — Не думаю, что если захочу, то мне понадобится твоё «да». Толпа начала редеть, перебираясь в столовую. Мне пришлось разжать руку, но наш зрительный контакт все ещё сохранился. Николай, подойдя к нам, положил одну руку на мое плечо, а вторую на плечо Розы и весело сообщил: — Я смертельно голоден! Маковой росинки во рту не было с утра! А вы, ребят? — Мне нужно к Лиссе, — сказала Роза и опустила глаза. Я решил позволить девочкам поговорить. Сам бы я не смог успокоить принцессу после такого унижения. Она нуждалась в Розе. А я краем глаза наблюдал за девочками. Проскользнув через толпу людей, Роза обняла Василису и проговорила ей что-то успокаивающее. Принцесса постаралась улыбнуться и глубоко вздохнула, покачав головой. Странно было ощущать себя ненужным стражем и не быть в первых рядах у своего мороя. Постепенно все перебрались к столам. Потребовалось не меньше десяти минут рассаживать всех. Мне приходилось в этом участвовать, так как стражей не хватало, а ученики больше бегали туда-сюда, а не смотрели на рассадочные карточки. Работники академии ухитрились в короткий срок преобразить школьную столовую в настоящий обеденный зал. Повсюду стояли вазы с красными розами и белыми лилиями. Мерцали свечи. Столы покрыты алой льняной тканью. Столики расставили ровными рядами, образуя посреди зала проход. Места распределили заранее, и, естественно, Розу за крайний столик с новичками. Зато Николай оказался за одним столиком с Лиссой. Они сидели впереди с остальными мороями. Стоя у стенки, бок о бок с остальными стражами, я осторожно осматривал каждого из гостей. Виктор мило беседовал с Натальей; заботливо подкладывал ей еду в тарелку. Василиса старалась участвовать с ними в разговоре. Все попытки Ника разговорить девушку, закончились поражением. Недалёко, через столик, за парой наблюдал Кристиан. Он сидел с остальными Озера и пристально следил за каждым жестом принцессы Драгомир. По ходу дела у моего друга есть весомый соперник. Я не раз наблюдал беседы Кристиана и Василисы, в которых девушка во всю флиртовала с парнем. Это не было похоже на жалкие попытки Николая обратить внимание Василисы на себя. «Кажется, этот бой ты уже проиграл, дружище». Не то чтобы я плохо относился к Кристиану. С его тетей, Наташей Озера, меня связывали давние и очень тёплые отношения. Но я бы предпочёл видеть принцессу рядом с Селски. Он старше и смог бы легко обуздать чертей, что прятались в далеких закромах белокурой девушки. А ведь Николай мой ровесник. А Василиса ровесница Розы. И я так легко рассуждаю о их союзе и, не менее легко, могу представить их в паре друг с другом. Но, когда речь заходит обо мне и Розе, я иду в категоричный протест, не рассматривая никаких других вариантов. И дело здесь далеко не в возрасте. Нам обоим было суждено стать стражами принцессы. А это вызовет множество трудностей. Я должен буду отказаться от всего и оберегать своего мороя. Позволь я себе влюбиться, то приоритеты поменяются. Как бы я не старался — в первую очередь, я буду думать о своей любви, а не о долге. Я конченый романтик. И я влип по уши.

Комментарии (0)