Святая грешница

Глава 1: Тишина в доме Ридов
Прошло всего полгода с тех пор, как Шарлотта и Дамиан обменялись клятвами. Жизнь в просторном современном особняке Дамиана казалась со стороны идиллической, но внутри него зрело невидимое напряжение.
Эвелин чувствовала себя лишней в этом союзе, и в то же время — опасно притянутой к нему. Дамиан был всего на шесть лет старше её, и его присутствие в доме ощущалось как постоянный электрический разряд. Она научилась мастерски скрывать свои чувства, прячась за учебниками и наушниками, но по ночам её фантазии становились всё смелее.
Утро перемен
Когда звук мотора машины Шарлотты затих вдали, в доме воцарилась странная, гулкая тишина. Эвелин вышла из своей комнаты, надеясь незаметно проскользнуть на кухню, но замерла на верхней ступеньке лестницы.
Дамиан стоял у панорамного окна в гостиной. Он не ушел в офис, как обычно. Услышав легкий скрип половицы, он обернулся. Его взгляд, обычно сдержанный и вежливый, на этот раз задержался на Эвелин чуть дольше, чем того требовали приличия.
— Ты сегодня не в колледже? — спросил он, и его голос в пустом доме прозвучал непривычно низко.
— У меня отменили лекции, — едва слышно ответила она, чувствуя, как краснеют кончики ушей.
Нарастающее напряжение
Дамиан медленно подошел к подножию лестницы. Между ними было всего несколько ступеней, но казалось, что это целая пропасть, которую оба втайне мечтали преодолеть.
«Она так похожа на мать, но в ней есть та дерзость, которой Шарлотте всегда не хватало», — пронеслось в голове Дамиана.Дамиан не спешил отводить глаза. В тишине дома этот взгляд казался почти осязаемым, и Эвелин почувствовала, как по коже пробежали мурашки. Она знала, что на ней лишь тонкая домашняя майка, которая в этот момент казалась предательски прозрачной.
Дамиан сделал еще один шаг к лестнице, сокращая расстояние.
— Эвелин, — его голос стал тише, приобретая ту самую интонацию, которую она так часто представляла в своих мечтах. — Ты ведь знаешь, что мне сложно не замечать, как ты на меня смотришь все эти месяцы?
Она замерла, задержав дыхание. Стыд смешивался с безумным азартом. Он всё видел. Он знал о каждом её украдном взгляде за обедом, о каждой попытке оказаться с ним в одной комнате.
Момент истины
Дамиан медленно поднял руку и коснулся перил рядом с её ладонью. Его пальцы были так близко, что она чувствовала исходящее от них тепло.
— Мама вернется только к вечеру, — сорвалось с её губ прежде, чем она успела себя остановить.
Это не было оправданием, это было приглашением. Дамиан усмехнулся, и в этой улыбке не было ничего от того примерного отчима, которого знала Шарлотта. Он смотрел на неё теперь открыто, с тем самым жадным интересом, который Эвелин видела в своих самых смелых фантазиях.Дамиан медленно поднялся на одну ступень, оказываясь почти вплотную к Эвелин. В воздухе повисло тяжелое, тягучее напряжение. Он не мог не заметить, как изменилось её состояние: то, как участилось её дыхание и как тонкая ткань майки теперь подчеркивала каждую линию её тела.
Его взгляд стал еще темнее и выразительнее. Он больше не пытался играть роль заботливого родственника.
— Ты дрожишь, Эвелин, — негромко произнес он, и его рука медленно скользнула по перилам выше, почти касаясь её локтя. — Тебе страшно или... тебе слишком нравится, что я на тебя так смотрю?
Эвелин почувствовала, как по ногам пробежала новая волна жара. Каждое его слово, каждый дюйм пространства, который он преодолевал, заставляли её сердце колотиться о ребра. Она понимала, что черта уже не просто близко — они оба стоят прямо на ней.
— Я... я не знаю, — выдохнула она, не в силах отвести глаз от его губ.
Дамиан сократил оставшееся расстояние, склонившись к её уху. Его дыхание обжигало кожу.
— Я видел, как ты смотрела на меня в дверную щель вчера вечером. И я знаю, что в этой комнате, — он кивнул в сторону её спальни, — ты думаешь точно не об учебе.