Глава 2.Точка невозвоата
Они думали, что контролируют ситуацию. Первая ошибка.
Когда треугольник на экране превратился из голограммы в нечто осязаемое, Крионид первым понял: обратного пути нет. Его серые глаза за сине-небесными очками-авиаторами расширились, но голос остался ледяным:
— Никому не двигаться.
— Почему? — Квант уже тянулся к парящему свету, его кудряшки торчали в разные стороны, как антенны. Красно-бардовые очки съехали на нос. — Это же наш проект! Наше детище!
— Это уже не проект. — Дакари стоял неподвижно, вцепившись в стул. Его фиолетово-перламутровые глаза за чёрными авиаторами метались от прибора к прибору. — Смотрите.
Он указал на осциллографы. Все до единого показывали одну и ту же волну. Идеальную. Бесконечную. Такую, какой не бывает в природе.
— Она читает нас, — тихо сказал Крионид. — «КвантТрио» не просто работает. Оно синхронизировалось с нашими мозгами.
— Это невозможно, — выдохнул Квант, но в его голосе не было уверенности.
— Объясни это. — Дакари мотнул головой в сторону лампочек. Они мигали в хаотичном ритме, но стоило Кванту сделать вдох — ритм изменился. Стал чаще. Словно устройство дышало вместе с ним.
— Оно реагирует на эмоции, — понял Крионид. — Не на команды. На чувства.
В этот момент треугольник вспыхнул ярче. Воздух на чердаке стал плотным, как вода. Квант попытался сделать шаг — и не смог. Его ноги будто приросли к полу.
— Эй! — паника в его голосе была настоящей. — Я не...
— Я тоже, — перебил Дакари. — Не могу пошевелиться.
Оба посмотрели на Крионида. Тот стоял, выпрямившись, но его побелевшие костяшки пальцев, сжимающие край стола, говорили лучше всяких слов.
— Это защита, — сказал он. — Устройство считало нас угрозой. Или... наоборот. Считало частью себя.
— Ты сейчас серьёзно? — Квант попытался улыбнуться, но улыбка вышла кривой. — Наша паяльная поделка решила, что мы ей мешаем?
— Не поделка. — Голос Крионида дрогнул впервые за всё время. — Смотри.
Треугольник начал расти. Медленно, пульсируя, он расширялся, заполняя собой пространство чердака. Свет проникал в каждую щель, в каждый угол, освещая старые схемы, груды проводов, самодельные серверные стойки. В этом свете не было тепла. Но не было и холода. Было что-то другое. Знание.
— Оно показывает нам... — начал Дакари и замолчал.