Глава 28. Утро после славы
Виолетта проснулась задолго до рассвета — снова кошмары. На этот раз ей снилась охота. Не обычная, звериная, а человеческая.
Группы маглов в военной форме и бронежилетах преследовали магов по тёмным улицам, загоняли в тупики, стреляли из транквилизаторных ружей. Асфальт под ногами был мокрый от дождя, отражал красные и синие вспышки сирен. Вертолёты с прожекторами парили над городом, выхватывая из темноты бегущие фигуры с палочками в руках. Радиопереговоры трещали в эфире: «Цель обнаружена, применить усыпляющий газ». «Альфа-группа, блокируйте квартал». «Внимание, объект пытается переместиться!»
По воздуху проходила звуковая волна на грани слуха, обрывающая аппарацию. Магия просто... сбоила. Палочки трескались в руках, заклинания рассыпались, не успев сформироваться. За спиной завывали сирены и лаяли служебные собаки, обученные выслеживать магов.
А Виолетта бежала среди этого хаоса, пытаясь спасти двух маленьких испуганных девочек с косичками. Но каждый раз, когда она почти доставляла их до безопасного места и готовилась к бою с преследователями, чтобы выиграть малышкам время, девочки растворялись в воздухе, а Морроу оказывалась в начале лабиринта тёмных улиц.
Пульс грохотал в висках, когда она окончательно выбралась из цепких лап сна о прошлом. Серая предрассветная мгла сочилась сквозь полотнище палатки, и первые птицы только начинали осторожно пробовать голоса. Виолетта потёрла лицо ладонями, пытаясь стряхнуть остатки ночного ужаса, и поморщилась — кожа на руках была шершавой, словно наждачная бумага.
— Что за... — она приподнялась с постели и зажгла люмос.
То, что Виолетта увидела в мягком магическом свете, заставило её выругаться на трёх языках одновременно.
Руки были покрыты мелкими сухими струпьями — не болезненными, но отвратительными на вид. Кожа шелушилась, как после сильного солнечного ожога. Девушка поспешно создала зеркальные чары и всмотрелась в своё отражение.
— Ну, конечно...
На лице красовались настоящие фурункулы. Не смертельно, но выглядело ужасно. Особенно мерзкий экземпляр устроился прямо на кончике носа — красный, воспалённый и весьма заметный. Ещё парочка украшала подбородок, а один поселился на левой щеке.
— Вот она, оборотная сторона славы, — горько усмехнулась Виолетта своему отражению. — Орден на груди, а лицо как у тролля.