То, что нельзя уже назвать дружбой

Вечер начинался тихо — слишком тихо, чтобы быть спокойным.

Лиза сидела на кухне, поджав под себя ногу, и машинально листала ленту в телефоне. Экран светился, но она не читала. Чай в кружке давно остыл, а часы на стене раздражали громким, нарочито размеренным тиканьем.

Глеб ушёл на свидание около семи.

Лиза посмотрела на часы в восьмой раз.

Просто встреча. Просто разговор. Просто очередная попытка родителей.

Она повторяла это как мантру, но внутри всё было иначе. Слишком сжато. Слишком тревожно.

Она злилась — на родителей Глеба, на него самого... и больше всего на себя.

Потому что ревность — чувство, на которое у неё не было права.

Они ведь друзья.

Просто друзья.

Так было удобно всем.

Когда в замке повернулся ключ, Лиза вздрогнула, словно её поймали на чём-то запретном. Она резко выпрямилась, отложила телефон и сделала вид, что была занята делом.

Глеб вошёл в квартиру спокойно, почти устало. Куртка отправилась на вешалку, ботинки — в угол. Он выглядел вымотанным, будто этот вечер был для него обязательством, а не выбором.

— Ты ещё не спишь? — спросил он, мельком взглянув на неё.

— А должна? — ответила Лиза, не поднимая глаз.

Он прошёл на кухню, налил себе воды. Несколько глотков — будто пытался смыть с себя этот вечер.

Лиза заметила это.

И ей стало ещё хуже.

— Как прошло? — спросила она, прежде чем успела остановиться.

Глеб замер с стаканом в руке. Медленно опустил его на стол.

— Нормально.

— «Нормально» — это как? — Лиза наконец посмотрела на него. — Умная? Красивая? Подходящая?

Он нахмурился.

— Лиза, давай не—

— Что «не»? — перебила она. — Мне просто интересно. Родители снова довольны?

— Они всегда довольны, — устало сказал Глеб. — Им не я нужен, а картинка.

— А Карина вписалась в эту картинку?

Он посмотрел на неё внимательнее.

Слишком внимательно.

— Тебе правда это важно?

Лиза резко встала. Стул скрипнул по полу.

— Нет, — ответила она. — Совсем нет. Просто странно наблюдать, как ты каждый раз уходишь, а потом возвращаешься и делаешь вид, что ничего не происходит.

— Потому что ничего не происходит, — жёстче, чем хотел, сказал Глеб.

Это было ошибкой.

— Тогда почему ты здесь? — выпалила Лиза. — Почему позволяешь им снова и снова решать за тебя?

— Потому что это моя семья! — повысил голос он. — А ты... ты вообще тут при чём?

Вот оно.

Лиза почувствовала, как внутри что-то обрывается.

Слова ударили больнее, чем она ожидала.

—  Конечно, Я... — Лиза осеклась, сжала пальцы в кулаки. — Я просто живу с тобой. Случайно. Временно. Ничего не знача.

Тишина стала глухой.