4

Прошла неделя с момента выхода трека. «Твоей болью» предсказуемо разорвал чарты, взлетев на первую строчку за считанные часы. Радиостанции крутили его на репите, а в социальных сетях под него снимали тысячи роликов. Но настоящая проверка на прочность ждала их сегодня — на большом сольном концерте OG Buda в переполненной «Арене».

За кулисами царил хаос: бегали организаторы, настраивали инструменты, парни из Melon Music что-то громко обсуждали, заряжая атмосферу драйвом. Маргарита стояла у зеркала, поправляя микрофон. На ней был эффектный черный костюм, подчеркивающий фигуру, и массивные цепи — дань стилю тусовки, в которую она так внезапно ворвалась.

— Волнуешься? — Гриша подошел сзади. Он уже был «заряжен», в глазах горел азарт.

— Столько людей… — Рита посмотрела на монитор, где тысячи фанатов скандировали его имя. — Это не камерная премия, Гриш. Это стихия.

— Ты сама — стихия, Мари, — он положил руку ей на плечо. — Просто выйди и забери своё.

Когда настал момент, Гриша объявил: «Москва, вы готовы к самому главному треку этой осени?! Встречайте — Мари!».

Зал буквально взорвался. Когда зазвучали первые ноты «Твоей болью», тысячи телефонов взметнулись вверх. Рита вышла под свет прожекторов, и её голос, чистый и сильный, заполнил пространство. Они пели фит, двигаясь по сцене так, словно были единым целым. Химия, которую они «играли» в сниппете, здесь, перед многотысячной толпой, стала осязаемой.

Когда фит закончился, Гриша не отпустил её. Он обратился к залу:
— Эй, вы же знаете, что она лучшая? Мари, подари им еще одну свою историю.

Музыка сменилась на более лиричную. Гриша отошел к диджейскому пульту, не сводя с неё глаз. Рита вздохнула и начала свою песню «День».

«И я вспоминаю тот день, когда всё стало так безразлично...» — запела она.

С первых же строк тысячи голосов подхватили слова. Арена превратилась в море огней от фонариков. Рита видела лица людей в первых рядах — они плакали и пели вместе с ней.

«По стеклу каплями стекали слёзы, ты же сам был их очевидцем. Мне так одиноко без тебя, в голове сейчас ночи той события...»

Голос Маргариты дрожал от искренности. Она пела о боли, об одиночестве, о пропасти, и в этот момент она чувствовала, что вся эта огромная толпа проживает её чувства вместе с ней.

Когда песня стихла, наступила секундная тишина, сменившаяся оглушительным гулом. Рита стояла, едва сдерживая слезы от нахлынувших эмоций. Она подошла к Грише, который уже шел к ней навстречу.