2. Охота на Крампуса
26.12.2011
По прибытии в центр Сома и Десептус принялись изучать содержимое камеры. На ней хранились сотни записей, но интересовали их только парочку отснятых за прошедший день. На них любознательные детишки вели своё расследование по охоте на Крампуса, которое теперь предстояло заканчивать уже этим двоим.
Несколько раз пересмотрев все имеющиеся видео, их мнения разделились. Не сумев прийти к общему выводу, Сома и Десептус разошлись, каждый занятый своими делами: она вернулась к изучению материальных улик, а он принялся повторно пересматривать записи. Надежда зацепиться за что-то новое не покидала сердце Деспа, и он внимательно рассматривал каждый кадр в поисках новых вещдоков.
– ...Ну вот же, свора бешеных собак, прямо перед твоими глазами! Что ещё тебе надо? – Слова, сказанные ранее Сомой, так и вертелись у него в голове. Она тогда указывала пальцем на стоп-кадр из последней записи. На нём, сквозь помехи и мыло, вызванное тряской камеры, были видны выглядывающие из темноты множество глаз.
– Ну нет же! Ты что, не видишь, что есть какой-то подвох? Не могли пятеро собак устроить такую кровавую баню без чьей-либо помощи.
– А что, по-твоему, сам "панаралямный" Крампус явился за их головами?
– Не неси чепухи, пожалуйста. Я просто пытаюсь сказать, что мы что-то упускаем из виду.
– Единственное, что ты упускаешь, – так это умение прислушиваться к близким, – Сома демонстративно надулась и отвернулась в сторону.
Десп покачал головой и вышел из комнаты, направляясь в уборную. Как же он устал от всего этого: Последние два дня дались ему непреодолимым испытанием без конца и края. Сначала организм стал барахлить, а затем... Навалилась вся эта чехарда с детьми. Состояние было более чем ужасное.
Только сейчас, когда Десептус чуть ли не свалился на раковину, он понял, как сильно его лихорадило. Он точно заболел и сам того не заметил. Десп, дрожащими руками, открыл кран и три или четыре раза облил своё лицо холодной водой. Это помогло ему немного унять жар, но пространство вокруг всё ещё казалось сильно расплывчатым, да и на ногах, по правде сказать, он держался из последних сил.