Глава 2

«Любовь, которая не всем даётся»

[Марк Маса]

– Ну что, проснулся?

Услышал я чей-то голос и повернулся в его сторону, хотя глаза открыл буквально секунду назад. Боль пронзила всё тело, как только я попытался пошевелиться, особенно внизу: будто меня разорвали пополам. Воспоминания о вчерашнем всплывали в сознании, как кадры из фильма.

У меня было это с ним...

И я... был тем, кого использовали.

Я посмотрел на человека, прислонившегося к дверному косяку, с целой бурей эмоций. Злость на этого ухмыляющегося ублюдка. Злость на себя за то, что напился и потерял контроль.

Злость на Пи Бара... за то, что он меня не любит.

– Неплохо. Проснулся и не орёшь – значит, помнишь вчерашнее, - он медленно подошёл ко мне, всё ещё лежащему в постели. Я скользнул по нему взглядом и тут же отвёл взгляд.

Лицо Ви мгновенно оживило в памяти вчерашнюю ночь: крики от боли, слёзы, его насмешки и, наконец, его довольное выражение, когда он кончил. Он оставил меня одного – убирать за собой, едва дыша. Я кое-как привёл себя в порядок и потерял сознание от усталости. Я не знаю, где он спал – здесь или в другой комнате. Смутно помню только, как он выволок меня из бара и притащил сюда.

– Проснулся, значит иди завтракать, - сел на край кровати Ви, уставившись на меня строгим взглядом. – Ты слышишь, что я говорю?

– Слы... шу, - у меня сорвался голос, едва я выдавил слово. Утро началось с того, что я чуть не расплакался от отчаяния.

– Чёрт! Да что с твоим голосом? - пробормотал он себе под нос, но я расслышал. – Вставай, поешь, я отведу тебя к врачу.

С чего это он вдруг стал таким заботливым? Вчера он сам сказал, что я заслужил такого ублюдка, как он, а не хорошего парня, как Пи Бар.

– Не надо... - прошептал я, избегая его взгляда. Мне было стыдно.

Я всегда открыто признавал, что люблю парней и никогда не интересовался девушками. Но со школы, с тех пор как у меня появились отношения, я всегда был тем, кто был сверху. Мои парни были миниатюрными, милыми – такими, о которых хочется заботиться. И мне нравилось быть тем, кто работает, а не принимает.

Но вчера всё было иначе.

Он уверял, что любит девушек и никогда не был с парнями...

– Чуть не сдох, а ещё выёбываешься?

Шлёп!

– Ах ты ж! Я ведь пытаюсь помочь! - резко повысил голос он, когда я оттолкнул его руку, тянущуюся ко мне. Пробормотал пару ругательств, потом снова уставился на меня. – Ладно, иди в душ, потом завтракать.

– Я сказал – не буду...

– Не будешь есть? Чёртов идиот! Ладно, я принесу тебе воды. Твой голос меня бесит.

Да, виноват он! Если и искать крайнего – так это он и есть. Да, мои мысли в тот момент были ужасны, но я ведь не сделал ничего плохого по-настоящему.

– Что, решил сейчас внезапно стать хорошим? Меня сейчас стошнит, - с трудом приподнялся я, скрипя зубами. Да, это было невыносимо тяжело, но я скорее умру, чем попрошу у него помощи.

– Я вижу, в каком ты состоянии. Просто не хочу, чтобы ты сдох у меня дома. Не думай, что я волнуюсь или делаю это из доброты, - говорил он спокойным голосом без капли сочувствия.

– Я и не думал, что ты способен на добро. Ты просто ублюдок... А-ай! - вскрикнул я, когда он резко схватил меня за щёку.

– Такой разговорчивый с утра? Хочешь повторения вчерашнего? - медленно он провёл взглядом по мне.

– Если я ещё раз позволю тебе это сделать – я полный идиот, - стиснул я зубы и направился в ванную.

– Можешь потренироваться стонать, идиот. Вчера у тебя не очень получалось, - бросил он вслед.

– Ублюдок! - обернулся я, чтобы послать его, прежде чем захлопнуть дверь.

Принимать душ после этого – настоящее испытание. Всё болит, каждое движение отзывается болью. Вчера он не был нежен – никакой подготовки, никакой заботы, только грубая сила и страдания.

И теперь, глядя на его самодовольную ухмылку, я не удивляюсь своему состоянию. Ему, наверное, приятно видеть меня таким. Я не кричу, не возмущаюсь – потому что, если разобраться, часть вины лежит на мне. Я был не в себе. Я был слаб. Я слишком любил Пи Бара, и это довело меня до такого.

Но разве я заслужил такую боль?

Я вышел из ванной, закутавшись в полотенце, которое он швырнул в меня. Его не было в комнате, но на кровати лежала чистая одежда, а мои вчерашние вещи исчезли. На тумбочке – тарелка рисовой каши с креветками и стакан воды. Рядом маленький пакет с лекарствами.

Если уж быть сволочью – почему не до конца, Ви?

Я оделся и сел есть. Не успев проглотить и пары ложек, как дверь открылась, и в комнату вернулся Ви. В руках у него был ещё один поднос.

– Что ты ешь? - кивает он на мою тарелку.

– Рисовую кашу с креветками, - отвечаю коротко. Странный вопрос – это же он её принёс?

– Откуда она?

– Она стояла здесь... Разве не ты оставил? - показываю я на тумбочку. Он хмурится, подходит и внимательно разглядывает мою еду.

– Ладно, неважно, - ставит он свой поднос рядом и садится на пол, сделав импровизированный маленький японский столик.

– Иди вниз, не ешь на моей кровати, - бросает он на меня недовольный взгляд. Я отвечаю ему тем же. Как, чёрт возьми, я должен сидеть на полу? Он вообще понимает, насколько это больно?

– Я останусь здесь.

– Ты невыносим. Это моя комната, моя еда. Я просто прошу тебя сесть нормально – это что, смертельно? - говорит он долго и с явным раздражением.

– Да! Смертельно, - отодвигаю тарелку я. Хрен с ней, с едой.

– Это намёк? - поднимает бровь он, изучая меня.

– Ты возомнил, что я стану тратить силы на сарказм?

Я парировал с тем же холодным презрением.

– Как минимум, я твой муж, - медленно он поставил тарелку на стол.

– Один раз – не считается. Хватит вести себя, будто я девчонка, - пристально я смотрел ему в глаза.

– Хочешь повторения? - поднялся он и подошёл к кровати. – Тогда поймёшь, почему того, кто раздвигает ноги, называют «женой».

Его грубые пальцы скользнули по моей щеке, заставив меня отстраниться.

– Ай! - вскрикнул я, когда он резко сжал моё лицо, исказив его до комичной гримасы.

– Один раз, десять – неважно. Ты уже мой. И если я узнаю, что ты снова задумал какую-то хрень вроде вчерашней... Думаю, не надо объяснять, что с тобой будет, - ослабил хватку он, но его взгляд оставался ледяным. – Хотя... после меня ты вряд ли захочешь быть «мужем» для кого-то ещё.

Кровь ударила мне в лицо. Он прав – после этого я не смогу смотреть на себя прежними глазами.

Я молчал, сверля его взглядом, когда он отошёл.

– И ещё... Забудь про Бара и Кана.

Я резко поднял голову.

Кто он вообще такой?

Просто друг Пи Бара – с чего он мне что-то запрещает?

– А если нет?

– Я уже говорил вчера. Если сунешься к моим друзьям – найду тебя в любом уголке мира и накажу.

Он что, вообразил себя богом? Решает, кто прав, кто виноват? Сам-то он ничем не лучше. У него же есть девушка – вся университетская тусовка знает об их страстных отношениях. Так с чего он лезет в чужие дела?

Пи Бар даже слова против меня не сказал...

– И ещё кое-что, Марк... - когда я не ответил, он продолжил: – Я старше. Ты должен проявлять уважение.

– Я уважаю тех, кто этого заслуживает, - скривил я губы в усмешке. – А ты – нет.

– Ах ты!

– Ви.

Мы оба повернулись к двери. На пороге стоял парень, похожий на моего мучителя – возможно, брат. Лицо с резкими чертами, узкими глазами, но в них не было страха.

– Что? - Ви резко развернулся к нему.

– Отец зовёт. Сегодня выходной, клиентов много.

– Ладно...- Ви бросил на меня взгляд.

– Не представишь своего младшего? - незнакомец вошёл в комнату. Его пронзительный взгляд скользнул по моей шее, губы дрогнули в ухмылке.

– Это Марк. А это мой старший брат – Ю.

Ю снова улыбнулся мне:

– Каша вкусная?

– Э-э... - не смог ответить я. Его взгляд был слишком... понимающим.

– И не забудь таблетки. Там антибиотики – пропей весь курс.

Я покраснел, хотя злился на Ви, а не смущался.

– Уходить не собираешься, Ю? - рявкнул Ви на брата.

Они обменялись взглядами, и Ю едва заметно усмехнулся.

– Я пошёл... нонг Марк, - кивнул он мне. Я молча ответил тем же.

– Хе-хе... - усмехнулся Ви, наблюдая за мной. Его глаза полны насмешки. – Вы, геи, что, друг друга по взгляду вычисляете? У вас там секретный код? Или его улыбка – это приглашение «продолжить»?

– Чёрт возьми! Я не тот, кто будет трахаться с кем попало, как ты!

Я выкрикнул это сразу, как только он закончил говорить. Я не знал, что означал взгляд Ю, но одно было ясно – он казался куда более дружелюбным, чем этот ублюдок Ви.

– Прошлой ночью я смог войти в тебя, и ты позволил, не выбирая.

– Ты изнасиловал меня, тварь!

– Насилие или нет... но я взял тебя. И мне понравилось, - наклонился он так близко, что наши лица почти соприкоснулись. Я стиснул зубы, глядя на него с ненавистью и отвращением к самому себе.

– Чего ты хочешь? - спросил я, закрыв глаза.

– Хех. Я уже говорил. Отвали от моих друзей. Отвали от Кана, - он говорил тихо, железным тоном. Мне хотелось крикнуть, спросить, какое он имеет право, но он не дал мне шанса. – Не спрашивай «почему». Всё просто – они любят друг друга, а не тебя. Если продолжишь лезть – мы с тобой не ограничимся одной ночью.

– Я больше не буду связываться с Пи Баром... - пробормотал я.

Если бы у меня был хоть шанс – я бы всё равно попытался. Но его не было. Пи Бар никогда не давал мне надежды. Более того – он чётко сказал, что любит Кана, а не меня.

– Хорошо. И даже не думай повторить вчерашнее, - склонил голову он. – И вообще... так сложно говорить со мной уважительно? Я твой старший.

– Веди себя как старший – тогда и поговорим, - бросил я ему вызов взглядом.

Уважение нужно заслужить. Если бы он был достоин – я бы склонил голову даже перед младшим. Но он... он перешёл все границы.

– Нонг Марк... - произнёс он моё имя низким голосом, собираясь приблизиться, но в этот момент его позвала мать, что означало что ему нужно было вернуться к клиентам.

– Ты ничего не умеешь, кроме как приказывать.

– Кто сказал? - усмехнулся он, скользнув взглядом вниз по моему телу. – Я хорош и в другом... Не забывай, что я твой старший. Но если не хочешь быть младшим... может, станешь моей...

– Ладно, ладно, старший так старший! - перебил я его, не давая договорить что-то постыдное.

– И ещё... - сделал паузу он. – Насчёт прошлой ночи... никому ни слова. Моя девушка не должна узнать.

После этого «старший» проводил меня до общежития. Странно, но он не пошёл домой, а пошёл следом за мной. На мой вопрос он лишь ответил: «Это общежитие моей девушки.».

Бесстыжий.

Вчера он чуть не разорвал меня на части, а сегодня улыбается и идёт к своей девушке, будто ничего не произошло.

Мы расстались на четвёртом этаже. Общежитие восьмиэтажное, без разделения на мужские и женские блоки, считалось как одно из лучших в городе. Я сам из Бангкока, поступил сюда по общему конкурсу. Выбрал инженерный факультет – хоть это и вызвало ссору с отцом, но мама меня поддержала...

Мой отец хотел, чтобы я стал пловцом, а я видел это лишь как хобби. Он ненавидел всё, что связано с машинами, а я мечтал связать с ними карьеру. Поэтому я уехал сюда – подальше от дома, в надежде на простую и красивую жизнь.

Но оказалась это не та красивая жизнь, на которую я надеялся.

Я взял телефон и открыл соцсеть, в которой сидел ещё со школы. Первый же пост в ленте заставил меня сжать кулаки так, что хотелось швырнуть телефон в стену.

Фото. Маленькая ладонь, небрежно сжатая более крупной. Лиц не видно, но я знал – это Кант и Пи Бар.

Ещё один кадр: Пи Бар прижимает ладонь к щеке Канта. Я не видел его лица – он стоял спиной к камере. Но взгляд Канта... в нём была та самая любовь, с которой я смотрел на Пи Бара.

Но разница в том, что они любят друг друга.

А меня – нет.

Ежедневные сплетни

1 час назад

Сладкая парочка! Кант и Бар замечены в торговом центре. Главный сюрприз – они держатся за руки и выложили это в закрытый аккаунт! Первое фото Бара в таком стиле – это официальное заявление об их отношениях?

Наш «сыщик» подловил их на парковке: он трогает его щёку! Флюиды просто взрывные, но Бар пока официально не подтвердил статус («присматриваемся друг к другу», как шепнули инсайдеры).

Но, дорогие мои, после такого – можно ли ещё сомневаться?

#Tossara

6012 лайков, 1214 комментариев

Лайки и поздравления в комментариях не ранили так, как ответ самого Бара:

TeeTee:Надо отдать должное «сыщику» – даже из-под машины умудрился снять.

Bar Sarawut:Вот бы узнать, кто это... Хорошенько бы «поговорил» с ним дубинкой.

Nnorthh:Бар, ты вечно угрожаешь людям. Просто признай, что стесняешься!

Pin pinna:Интересно, как доктор это терпит?

Tossakan:Нравится.

Pandora:Что нравится-то?

Tossakan:Его агрессия. @Bar Sarawut

pVnn:Ооооо, началось!

Pond pawee:Флирт в комментариях – это новый уровень.

Nanana:Так можно было? @Tossakan

Tossakan:Я уже сказал ему лично. Могу и здесь повторить.

Bar Sarawut:Но не здесь же, чёрт!

Tossakan:Почему? @Bar Sarawut

Bar Sarawut:Стесняюсь.

Одно слово. Всего одно слово – «стесняюсь».

Но его хватит, чтобы мне было больно ещё очень долго.

Одно я знал точно, когда это чувство одолевает, надо позвонить маме.

Я повалился на кровать, медленно закрывая глаза, потому что слишком устал, чтобы даже сидеть. Всё болело – и тело, и душа. После увиденного, продолжать упрямиться было бессмысленно. Пи Бар счастлив. И мне остаётся лишь молча наблюдать за ним издалека.

Может, если попрошу прощения за свои мысли, мне не придётся снова переживать такое.

Через какое-то время я взял телефон и набрал номер, который знал наизусть.

– Мама...

[– Что случилось, мой умничка?]

Её голос был тёплым, как всегда. Мама – единственная, кто поддерживал меня после ссор с отцом. Она отговаривала от глупостей, исправляла мои ошибки. Даже сейчас, не одобряя мой переезд, она присылала деньги.

Мама не хотела видеть меня несчастным.

– Я скучаю... - сказал я и сам удивился своим словам. Не знал, зачем позвонил. Просто... с ней было безопасно.

[– Что это вдруг? Что-то случилось?]

– Нет.

[– Голос у тебя странный, Маса.]

Маса – имя, данное мне бабушкой. Оно японское, означает «умный». Отец – наполовину японец, мать – чистокровная тайка. Но дома меня всегда называли по-японски.

– Просто очень соскучился.

[– Если скучаешь – приезжай.]

– Учёба только началась.

[– Но ты же сказал, что скучаешь.]

– Поэтому и позвонил.

[– Тогда приезжай на выходных. Я отправлю тебе денег на билет. Я тоже скучаю.]

Не знаю, правильно ли было звонить. Но её слова «скучаю» заставили слёзы подступить к глазам. Я редко плакал. Но сейчас... мне так хотелось обнять её.

– Хорошо...

У меня дрогнул голос, и слёзы потекли сами.

Говорят, когда слаб – вспоминаешь дом.

Я закрыл глаза, потом встал и потянулся за сигаретами на столе. Курение стало привычкой – когда слишком многое копилось внутри, а выхода не было. Белый дым, растворяющийся в воздухе, хоть ненадолго приносил облегчение.

Я вышел на балкон, вдыхая прохладный вечерний воздух. Голова наконец прояснилась.

– Ви, если повесить пестрый потос* здесь, будет достаточно света?

(П/П: *Потос (лат. Pothos) – род вечнозелёных вьющихся растений семейства Ароидные (Araceae).)

Женский голос из соседней комнаты заставил меня обернуться. Девушка с идеальной фигурой держала в руках горшок с растением.

Но меня зацепило не это, а имя в её фразе.

Ви.

Я медленно повернулся и увидел его, того, кого меньше всего хотел встречать. Он вышел вслед за девушкой и поправил ветку растения. Это был парень, с которым я не хочу встречаться.

– Дай мне посмотреть, - ответил он своей девушке, – Здесь в самый раз.

– Как красиво, Ви! Плой будет ухаживать за ним хорошо... - девушка улыбнулась и оказалась в его объятиях.

– Отлично... Заботься о нём, как о нашей любви, ладно?

Он произнёс это низким и бархатистым голосом, прозвучавшим так нежно, что было аж противно. Ви наклонился, коснувшись губами лба своей девушки.

Чмок!

Девушка подняла лицо и поймала его губы в страстном поцелуе, потом произнесла кокетливо:

– Плой будет заботиться и о растении, которое любит, и о своей любви, и о своём любимом!

– Мастер подлизываться, - усмехнулся Ви, снова целуя её, на этот раз нежно.

– М-м, не стыдно? - фальшиво возмутилась она, отталкивая его.

– А чего стесняться? Мы и не такое делали, - подразнил он её, явно наслаждаясь её смущением.

Если спросить, что я чувствую, глядя на эту сцену... Отвращение.

Хех. Говорит, что никогда не был с парнями, а прошлой ночью взял меня. Клянётся в любви к девушке, а утром назвал меня своей «женой».

Настоящий мерзавец.

– Воняет сигаретами, Ви... - девушка сморщила нос и отвернулась к растению.

– Я сегодня ещё не курил.

– Но я чувствую запах... Ой! - резко обернулась и замерла она, заметив меня на соседнем балконе.

Честно, я и сам не знал, что живу рядом с ними. Знал только, что этажом ниже – комната Пи Бара. Но чтобы прямо рядом с девушкой Ви?

– Извините, не хотел мешать, - пробормотал я, небрежно поднимая руку в жесте примирения.

– Всё в порядке! Просто не кури рядом с моим потосом, хорошо? - улыбнулась она мне такой сладкой улыбкой, что аж зубы заболели.

Я бросил взгляд на Ви. Его глаза на секунду стали странными, но почти сразу он улыбнулся и обнял девушку за талию.

– Это Нонг Марк – мой младший.

– О, так мы же свои! Меня зовут Плой*, очень приятно! - подошла она к ограждению балкона и протянула мне руку.

(Р/Р: *Napas (англ) - дыхание; Vivis (англ) - жизнь; Maca (ประทับเวลา) - время, при сложении имён ребят по парам получается: Ви+Плой = Дыхание жизни; Ви+Марк = Время жизни)

– Марк, - пожал я её руку.

– Хватит, моя красавица. Я ревную, - забрал Ви её руку из моей.

Я едва сдержал гримасу. Даже зная, что мне девушки не интересны, он ревнует. Видимо, они и правда «слиты» в любви.

– Ну что ты! Мы просто познакомились, - толкнула Плой Ви и снова улыбнулась мне. – Не забывай, Нонг Марк, не позволяй дыму навредить моему потосу!

Её улыбка была ослепительной. Но меня не цепляло.

– Как ветер подует... Но я постараюсь не приближаться, - бросил я взгляд на Ви. Тот смотрел на меня слишком спокойно.

– Хорошо... Хотя бы стараешься не рушить чужие отношения.

– Я приложу все усилия, - ответил я, не отводя глаз.

Не знаю, кого он имел в виду. Но в любом случае... я благословил всех у кого есть любовь:

– Желаю вам долгой любви.