Новые слова. Часть 1.
НИКА.
Наконец настал тот самый день, который ждали наши с Давидом родители. Я не была до конца готова осознать, что мама снова выходит замуж. Вроде прошло достаточно времени с тех пор, как она встретилась с Альбертом, но мозг ещё не успел адаптироваться к этим переменам.
Тем не менее, я попыталась настроиться на настоящее и принять сегодняшний день таким, какой он есть.
Я открыла глаза и обнаружила, что всё ещё девятый час. Повторно уснуть получилось только на тридцатой с лишним минут.
Окончательно проснувшимь, я умылась, причесалась и пожелала приятного времяпровождения маме и её будущему мужу через сообщение.
С утра они пропадали в салонах красоты, прихорашиваясь к торжеству, а затем должны были посетить студию, чтобы сделать свадебные фотографии для их первого фотоальбома. К тому времени у меня было достаточно времени, чтобы подготовиться к событию и хорошенько обдумать то, что буду говорить в поздравлении.
После разоблачения Марины, директор снова напомнил мне о необходимости поговорить с ней. Но я всё оттягивала момент, не представляя, с чего начать. Я подозревала, что речь пойдёт о Клименте. Находясь в неловких отношениях с ним, я не видела смысла торопиться с разрешением ситуации. Решила сначала пережить свадьбу матери, а потом, когда разберусь в себе, поставить точку в нашем негласном конфликте.
Главный герой, Климент, на протяжении всей истории избегал меня. Я ждала, когда он подойдёт и заговорит, но мои ожидания относительно него не оправдывались.
В тот день, когда я призналась ему, что жалею, а он в ответ потребовал, чтобы я полюбила его, не знала, что мне чувствовать. Злость, разочарование и снова жалость — всё смешалось. Но той любви, которую он так хотел, во мне не было.
Климент должен был отпустить меня уже давно. Но этого не произошло. Как же я хотела, чтобы он двигался дальше, но его будто заклинило. Я попыталась быть рядом, но, кажется, только ухудшила этим ситуацию.
Этих двоих объединяла одна черта: оба они упрямо пытались избегать встречи со мной. Однако если Клим делал это из-за чувства вины за давление в своей комнате, то причина, по которой Давид так себя вёл, была мне совершенно непонятна.
Больше о своём переезде он не сказал ни слова, но всем в доме было понятно, что это ничего не меняет. Я до последнего момента не хотела верить в то, что он серьёзен, но когда увидела собранные чемоданы, у меня закипел чайник. Меня охватило такое чувство злости на этого парня, что хотелось от всей души врезать ему, чтобы он наконец пришёл в себя.