Грань завтрашнего дня. Часть 6.

ЛОРА.

Илья не отвечал на звонки. Это беспокоило меня меньше, чем трое идиотов у такси, которые развлекали водителя. Уверена, он лучше спектакля в театре и не видел. Возникло желание подойти и дать им всем подзатыльник, но, к счастью или к сожалению, Ника поспешила обратно в школу, а Давид, бросив фразу в сторону Климента, побежал следом.

Сосед о чем-то разговаривал с мужчиной, который спокойно сидел за рулем и ждал, когда наконец сядут. Но садиться никто не собирался. Я подошла молча, завершая неудачный звонок на телефоне. Скрестила руки и стала ждать. Долго ли, я не знала, но надеялась, что это всего лишь недоразумение, а не шутка или прикол.

В течение следующих пяти минут мы молча разглядывали нашу школу, как будто от наших взглядов она могла бы стать лучше.

— Если Илья не объявится в течение десяти минут, я пойду домой, — решила я выговориться, привлекая внимание Климента. — Только попробует со мной больше заговорить.

— Кажется, у Димы проблемы, — сообщил он, пиная снежный ком на земле. — Это считается за веский случай?

— Не оправдывай его, — разозлилась я. — Он бы умер, если бы написал мне. До президента легче дозвониться, чем до него.

Услышала смешок.

— Я бы пожалел тебя, но, кажется, я в ещё более печальной ситуации, чем ты.

— Переживаешь? — предположила я. — За Нику больше или за свой телефон? — Улыбнулась ему и ткнула пальцем в плечо.

— Как ты думаешь, за кого действительно стоит переживать? Давид пошёл за ней. Интересно, чем они там занимаются? — Он говорил словно сам с собой, тихо и чрезмерно спокойно.

Но я всё равно услышала и расстроилась. Не было понятно, от чего мне стало так плохо внутри: от того, что свидание сорвалось, или из-за разбитого сердца Климента.

Я посмотрела на него. Это было то же лицо, которое я знала всю свою жизнь. Мы под одной крышей, и я должна была привыкнуть. Но внезапно я ощутила такое чувство, будто впервые видела его.

Поймала себя на мысли, что разглядываю каждую часть его лица, и встряхнула головой. Такая глупость должна была остаться на земле, но она вновь вернулась в мою никудышную голову.

— Глупости, — произнесла вслух. — Чем они могут там заниматься? Не дети же. И в присмотре не нуждаются.

Утешила называется. Не понимала, зачем мне это, ведь Ника в раздевалке была права как никогда. Я сама действовала против их отношений. Что могло измениться, чтобы я приняла сторону Климента? Но я не принимала его сторону. Я с самого начала понимала, что Ника не пара ему.