Пересмешница. Антрактная глава 1.1
Руки болят. Будто таскал камни зимой в метель. Хотя я за сегодня только рыбу почистил. Я старею еще более стремительно, хотя молодым не был уже лет так 10. Кости как мел, чуть ускоришь шаг-и уже валяешься на земле. Алгома плачет каждый день, боится. Словно ребенка я ее пытался заставить уснуть и прекратить причитать. В последнее время я часто вижу рядом с собой оленей. Они будто меня даже не боятся, а даже не хотят напугать меня. Кашляю-и уже через пару шагов пыжик, мелкий, маму ищет. А иногда и взрослый рогач. Сегодня пошел по орехи, закашлялся, сел на пенек, и как в сказке вижу уже знакомый силуэт. Лань, бежала бежала да перепрыгнула через бревно, а потом вдруг завидела меня и замерла.
-Чего тебе? Орехов не дам, сама ищи..-хмыкнул я, глянул в переполненную корзину и устало вздохнул. Я-то знаю все места, где этих орехов хоть отбавляй, а эта совсем молодая, наверняка только дня два-три назад ушла от матери. Мне стало жаль. Она внезапно, без страха, вдруг подошла и стала рыться у меня а рукаве. Я обомлел. Конечно, эти животные подходили ко мне близко, но хотя бы в шести шагах.
-Ручная, что-ли?- я усмехнулся опять, а потом вдруг тихонько засмеялся. Мокрый нос тыкался в мою морщинистую ладонь. Я поддался, достал несколько орехов и кинул ей. Лань поела, поела и побежала, как ни в чем не бывало. Глаза до сих пор мне запомнились. Большие, глупые, как две бусины. Будто никакой мысли в ее голове на ушах. Уши даже не уши, а словно огромные лапы.
Рассказал об этом жене. Смеюсь, умиляюсь. Лань действительно неопытная. А может и вообще сирота. А та сидит, обомлела. Смуглое лицо ее будто было покрыто снегом.
-Чего такое?
-Нехорошо это, Каканниви.
Я тоже растерялся.
-Ба. Как это нехорошо?-спросил я, зажевал еще кусок рыбы, лежавший на столе, и осторожно наклонился ближе, пытаясь понять, что же она имеет ввиду.
-Ты ведь кашляешь.
-Ну да. Старость не в радость, но кашлять в итоге будем мы все.
-Нет, ты не понял..-снова буркнула она.-Это значит, что ты скоро..
-Что? Договори.
Узкие щелки глаз прищурились, намокли и закрылись за шершавыми ладонями. Я опешил. Ясно, что она имеет ввиду. Алгома, на самом деле, была ужасно плаксивой, и при одном лишь упоминании смерти плакала.
-Ну что ты сразу реветь..-я вздохнул, и все же осторожно приподнял за плечи, подвел к постели и погладил по волосам.
Всю ночь она лежала да слезы лила. Это ложилось на мои плечи грузной тушей.-Обещаю, умру не раньше тебя..-клялся я, но и сам побледнел, зная, что так не получится. Тот, кто бежит от смерти-бежит к ней навстречу. Однако я дал в своей голове обет: сторониться всего, что может приблизить меня к этому дню. Иногда я жалею, что не родился орлом. Они проживают момент в старости, когда вырывают свои перья, когти, обтачивают клюв, дабы отрастить новые и жить заново. Может, тогда жена не лила бы слезы.
В моей голове раздается угрожающий стук. Совесть грызет. Зачем я на ней женился? Оставил бы ее. Тогда тоже не плакала бы из-за меня. Ничего не могу сделать с этим.
Пока не стало поздно, я буду делать все, что в моих силах. Пора привести Иси обратно в семью. Признать ее своей дочерью заново, признать Декстера внуком, а не чужеземцем. Нужно высказать все, пока не поздно.