Глава 2. Первый Взгляд
### Глава 2. Первый взгляд
_От лица Каса Ставроса_
Я увидел её, когда факелы уже разгорелись, а гости перестали притворяться что им интересен квартет.
Она шла по дорожке медленно. Не как остальные - не с оглядкой на охрану, не с улыбкой на камеру.
Белое платье до щиколотки. Босые ноги. Волосы собраны в небрежный узел, будто ей некогда было тратить время на причёску.
Амелия Рид. 26 лет. Дочь Джека. Подруга моей сестры. Юрист.
И самая большая проблема за последние три года.
Джек говорил. Что-то про порты, про дедлайны, про «честь для меня».
Я кивал. Слушал.
Но видел только её.
Она стояла в трёх метрах и смотрела мне прямо в глаза.
Не кокетничала. Не отводила взгляд.
Как смотрят на хищника, которого не боятся.
Как смотрят на задачу, которую надо решить.
Мне захотелось стереть это выражение.
Я привык к другому. К женщинам, которые заранее знали мою цену, мою власть, мою репутацию.
Они приходили на остров Арис уже готовые. Готовые улыбаться, готовые соглашаться, готовые уйти утром не задавая вопросов.
С ними легко. С ними скучно.
Амелия была другой.
В её глазах не было голода. Там был холодный расчёт и раздражение.
Она ненавидела то, что я - причина, по которой её отец здесь.
Она ненавидела то, что я вижу её насквозь.
Хорошо.
Хуже всего - тело отреагировало раньше головы.
Кровь ударила в виски, когда она поправила бретельку платья. Когда губы сжались в тонкую линию, пока я говорил с её отцом.
28 лет. Миллиардер. Владелец половины Эгейского моря.
И впервые за пять лет я почувствовал себя как мальчишка, который увидел что-то, что ему не принадлежит.
Я не хотел её на одну ночь.
Я ненавидел это слово - «одна ночь».
Оно означало «забыл». А я не забываю.
Я хотел её упрямство.
Хотел заставить её назвать моё имя не из вежливости.
Хотел увидеть, как эта броня трескается, когда она поймёт - уйти с острова Арис без меня не получится.
Джек сказал: «Моя дочь будет вести юридическую часть».
Он думал, что защищает её.
Он не понял главного: я не смотрю на Амелию как на приложение к сделке.
Сделка - это повод оставить её здесь. На семь дней.
Семь дней, чтобы она перестала смотреть на меня как на врага.
Обладать.
Это слово в моей голове звучало грубо. Неправильно для человека уровня моего отца.
Но я не отец.
Я получаю то, что хочу.
Всегда.
Когда я сказал «останься на неделю» - я не блефовал.
Я смотрел на неё и знал: она скажет да.
Не потому что боится за отца.
А потому что она такая же как я.
Она не уходит, пока не доведёт дело до конца.