Глава двадцать четвёртая

Игуро подошёл к своим товарищам и схватил Шинадзугаву за предплечье, пытаясь отнять его руку от одежд Столпа Смерти, при этом сам смотрел прямо в алые глаза подруги.

— Ашли... — в его голосе была слышна мольба. — Ты же ведь... не была с Третьей Высшей Луной?

— Аказой? — уточнила девушка, хмыкнув. — Была. Именно с ним.

В этот момент Столп Ветра оттолкнул Игуро, прижал к одному из столбу Кибуцуджи и, достав свой ничирин, попытался отрубить демону шею. Правда, как всем было известно, сделать это было невозможно, однако боль девушка ощутила небывалую. В конце концов, когда твоя кожа плавится и запекается — не самое приятное чувство.

— Шинадзугава! — выкрикнул Игуро.

— Стоять! — приказал Столп Ветра. — Может, голову я ей не отсеку, зато отлично покромсаю тело на кусочки! Один шаг — и она лишится обеих рук!

— Что здесь происходит? — на шум вышла Канзаки Аой; увидев происходящее, девушка прикрыла рот ладошками и взвизгнула. — У-уважаемый Столп Ветра! Что вы делаете?!

— Не лезь, девчонка!

— Не срывайся на неё... — прорычала Кибуцуджи, спокойно принимающая действия товарища, с которым совсем недавно сражалась плечом к плечу, смотря при этом прямо ему в глаза. — Хочешь спроецировать на кого-то свой гнев? Так делай это со мной.

— С радостью! — оскалившись, проговорил парень, резко вынув свой ничирин из шеи демон и опустив его лезвием вниз, тем самым отрубая левую руку своей цели по локоть. — Во мне столько гнева, что ты устанешь регенерировать!

Однако Кибуцуджи не стала восстанавливать руку. Она продолжала спокойно смотреть в глаза Шинадзугаве, не обращая внимание на кровь и боль в теле.

— Я прекрасно понимаю твой гнев. Гнев каждого человека. И ненависть — в том числе. Не только понимаю, но и разделяю, — тише заговорила Столп Смерти. — Да... я допустила оплошность. Я не убила Аказу в тот момент, пока мы стояли и разговаривали в том лесу, потому что... Не знаю даже, почему. Во время битвы против него я была готова на всё, даже если сама выйду после этого сражения не с полным телом. Лишь бы дождаться солнца... Но он оказался сильнее и проворнее. А за моей спиной были раненные товарищи. Я не могла их оставить, выбрав смерть демону, — Кибуцуджи перевела дыхание, слегка наклонив голову набок, но при этом продолжая смотреть в тëмно-фиолетовые глаза. — Хотя нет... думаю, я знаю, почему не убила его тогда, в лесу... в знак благодарности.