12

Тела горели в ровных рядах костров, которые были созданы на пути к лесу Броселинд. Солнце начало садиться за белое облачное небо, и когда каждый костер поднимался ввысь, оно взрывалось оранжевыми искрами. Эффект был необычно красив, хотя Им Кёлькён сомневалась, что каждый из скорбящих, собравшихся на равнине, думал также

По какой-то причине, песня, которую она знала в детстве, заела у нее в голове

Охотятся в черном целую ночь,
Белый же цвет символ скорби.
В золоте подвенечное платье невесты,
А красный от магии тебя защитит.
На костре в белом шёлке тела наши сжигают,
А если потерянный воротился, синее знамя висит.
В честь рождения нефилима пламя зажигают,
И им же наши грехи смывают.
Сера для тех, кто много знает,
А кости для тех из нас, кто не стареет.
Шафран при победном шествии сжигают,
И зеленый разбитые сердца наши исцеляет.
Серебром башни демонов покрывают,
А бронзой злые силы призывают.

А кости для тех из нас, кто не стареет. Брат Енох, в его робе цвета слоновой кости, шагал взад и вперед по линии костров. Сумеречные охотники стояли или опускались на колени, либо бросали в оранжевое пламя горсти бледных белых цветов из Аликанте, которые росли даже в зимнее время

- Консул, - голос позади был мягким. Она обернулась и увидела брата Захарию - или мальчика, который, по крайней мере, когда-то был им - стоящего за ее плечом. - Брат Енох передал, что вы хотели поговорить со мной

- Брат Захария, - начала она, а затем помедлила. - Есть ли другое имя, которое вы предпочитаете? Имя, которое вы носили до того, как стали Безмолвным Братом?

- Захария сойдет, - сказал он. - Я еще не готов вернуть старое имя

- Я слышала, - начала она, и остановилась, потому что следующие слова было неловко произносить, - что один из колдунов Спирального Лабиринта, Го Хеми, та, кого вы знали, и о ком заботились в прошлом. А для того, кто был Безмолвным Братом так долго как вы, это большая редкость

- Она - это все, что у меня осталось с тех времен, - сказал Захария. - Она и Чимин. Я бы хотел поговорить с Чимином, если можно, прежде чем он...

- Хотели бы вы пойти в Спиральный Лабиринт? - прервала его Кёлькён

Захария испуганно взглянул на нее. На вид ему было столько же лет, сколько и ее дочери, подумала Кёлькён. Его ресницы были невероятно длинными, а глаза казались молодыми и старыми одновременно

- Вы выпускаете меня из Аликанте? Разве вам не нужны все воины?

- Вы служили совету в течение более чем тридцати лет. Мы не можем просить вас о большем