Новый друг семьи

- Вы пятая няня за три месяца, - Чонгук произносит это устало, даже не глядя на собеседника. Он трет переносицу, сидя за огромным столом в пустой гостиной, где идеальный порядок держится только благодаря тому, что полчаса назад ушла клининговая служба.

В комнату, пахнущую деревом и дорогим кофе, заходит парень. Невысокий, с мягкими чертами лица и заплаткой на старом свитере. Чонгук поднимает глаза и на секунду зависает: этот точно не похож на прежних бронированных тетенек с дипломами по педагогике.

- Мин, - представляется парень. Улыбается так, будто перед ним не хмурый бизнесмен на грани нервного срыва, а старый друг. - Я студент, психфак. Деньги нужны позарез, поэтому, - он кивает на объявление, висящее на холодильнике, - ваше «выживем или нет» звучит как вызов.

Чонгук криво усмехается.

- Последний специалист с коррекционным образованием убежала в слезах в первую же смену. Мингук разбил ей ноутбук, а потом назвал «злой бабой».

- О, - глаза Чимина загораются живым интересом. - Он разбил или кинул? Есть разница.

- Какая?

- Если кинул - проблема с контролем агрессии. Если разбил случайно в процессе игры - он просто не чувствует границ физического мира. У детей это лечится большим количеством лего и мягких ковров.

Чонгук смотрит на него долго. Слишком долго для короткого собеседования. Чимин не отводит взгляд, только чуть склоняет голову набок, как любопытный щенок.

- Ладно, - Чонгук выдыхает. - Твоя ставка. Испытательный срок - один вечер. Я на переговорах до десяти.

- Хорошо, - Чимин встает, и только сейчас Чонгук замечает, что на пальцах у него дешевые серебряные кольца, а на запястье - нарисованная хной татуировка. - Только у меня условие.

- Какое?

- Вы не будете звонить мне каждый час с вопросом «всё ли в порядке». И, - Чимин улыбается уже в дверях, - когда вернетесь - не включайте режим «начальника». Включите режим «папа».

Он уходит в детскую, откуда как раз доносится грохот - Мингук снес напольную вазу.

Чонгук закрывает лицо руками. Внутри что-то впервые за долгое время щиплет не от усталости. А от странной, непрошенной надежды.

Следующие три часа Чонгук сидит в машине у ресторана и вскрывает уведомления каждые пять минут. Но Чимин не пишет.

Только в десять вечера приходит одно-единственное сообщение:

«Спим. Разрешила рисовать на обоях за компромиссную еду - брокколи. Ваша кофемашина теперь мой лучший друг. Возвращайтесь тихо, у него чуткий сон».