Перемирие. Партия в Го.

   Таинственная Гора покрылась тонким слоем снега, пожухла трава и по-другому шептал бамбук.   Ан Ю сидела в пагоде у статуи дракона, медитировала и прислушивалась.

   На улице уже слишком холодно для медитаций, но, кажется, кто-то всë решился забраться на самую вершину в мороз.

    Знакомые голоса больше не казались враждебными. Теперь они были взволнованными и немного сомневающимся.

   – Я уже думала ты не придëшь... - девушка-дракон открыла один глаз, чувствуя как по спине побежали мурашки от холодного воздуха.

   – Мечтай. - фыркнул Ночной Ниндзя, заходя в пагоду и запуская свой "детский садик". - Перемирие всë ещë в силе?

   – Необязательно спрашивать меня об этом каждую неделю. Чай? - Хранительница Горы встала с пола, поворачиваясь к гостю.

   – Да, было бы славно... - ответил парень, плотно закрывая дверь.

   Они уже не воюют. Они сосуществуют. Без криков, без ссор. Ну, почти, иногда разногласия сильнее их. Их перемирие началось с усталости злодея от злодейств, неожиданно, правда?

   Но Ночной Ниндзя устал, все эти бессонные ночи, вечные проигрыши, да и в целом это отнимали очень много сил. И если в городе можно было избегать героев, то на Таинственную Гору он хотел попадать без препятствий. Даже если препятствие - Ан Ю.

   Они сошлись на перемирии. Драконица не сопротивлялась, что удивило злодея. Девушка как обычно была спокойна. Теперь он ходил сюда каждую неделю, обычно в субботу или воскресенье, а бывало и в оба дня.

   Хранительница была совсем не против, лишь бы парень не брался за старое. Но пока он не тревожит еë, она не тревожит его. Вполне честное соглашение.

   Они не так часто проводили время вместе, просто пили чай когда становилось холодно, и если в начале осени это было редко, то к началу зимы их молчаливые посиделки стали становиться традицией.

   – С наступающим, кстати... - буркнул бывший злодей, делая глоток из своей чашки.

   – Тебя тоже. - кивала Хранительница, наслаждаясь этой компанией.

   Ниндзялино, теперь уже старшие подростки, в то время как их лидеру уже впору было осторожно пробовать на вкус взрослую жизнь, разбрелись по углам и болтали о своëм, подходя к ним только с просьбой налить ещë немного чаю.

   Зимний вечер выл вьюгой, а внутри пагоды было тепло, стоял тихий гул разговоров, и там, где раньше шла "война", теперь было чаепитие между теми же самыми людьми.

                         [ • • • ]