Глава 7

Открылась вновь долгожданная колба в эту дату. Светлана сама прикатила переноску, а что? Больше ведь не кому, всё ей одной придётся делать, куда уж деваться. Прогресс науки требует особого труда, а она уже на половину этого пути прошла. Но не всё так легко Светлане, как оказалось. Девочка, или же, тебе, читателю, известная 0003-ья держалась руками за свою грудь и кажется, плакала. Светлана не понимала почему, что не так. А это девочка тихим дрожащим голосом сказала в этой смертельной тишине:

-Больно- бедный дрожащий голос девочки скулил.

-Чего такое деточка. Где больно? – Светлане в голове пронеслась маленькая радость, что девочка разу могла что-то говорить. Но не радовало одновременно, что девочке, где, то больно.

-Больно! – уже громче говорила от боли девочка. Слезы текли с её нежных молодых щёк.

Светлана немного догадывалась, что боль у 0003 в груди, что она руками держит. Она взяла ручки малышки и отодвинула их. Света пока что не опускала туда глаза, смотрела в глаза девочки.

-Не волнуйся, я посмотрю и возможно уберу твою мучительную боль.- А девочка с ужасом смотрела на своё место боли. Застыла, ей стало очень тяжело дышать.

Светлана тоже посмотрела туда, так же ужаснулась с этой ужасной картины. Что же там такое страшное? Кость острая из тела торчит? А может быть вместо двух грудных шариков две? Не то и не другое не являлось причиной этой боли. А кое-что совершенно другое и ужасное.

Эту проблему нельзя было никак предугадать, во время создавания этой телесной оболочки. А так же и обнаружить ...

В груди была дыра, в которой было видно и кости, и лёгкое и бьющееся в эти первые секунды настоящей жизни сердце. Из груди медленно, на удивление, вытекала кровь. Светлана такую особенность тела не замечала, поскольку существо находилось в полу сидячей позе в воде, обнимая собственные нежные колени.

Светлана впала ужас, снова её и существ беспощадные муки вернулись. Смотрела она на это пульсирующее сердце не очень долго, пока этот орган 0003-ьей буквально не выпал из этой груди. 0003-ей это принесло дикую боль, как будто её в мясорубку кинули ещё в сознании. Легкие, которые тоже пульсировали вместе с сердцем, резко замерли. Конечно, из-за крика потерялся темп дыхания. А это сердце, висящее буквально на своих ниточках свисала и продолжала биться, только уже намного быстрее.