3
Небольшая сумочка летит на пол, а ключи на тумбочку, что стоит, стояла и будет стоять в прихожей.
— Глеб, ты дома? — Окрикиваю парня, хотя, итак знаю, что дома, ведь видела его автомобиль возле подъезда.
Тяжело выдыхаю, сбрасываю с ног сапожки, и плетусь в гостиную.
На диване лежит парень, с чашкой в руках, а рядом тарелочка с чипсами, а по телевизору футбол.
— Как там твоя сестра? — Иногда хочется им в лицо крикнуть: «Да, прекратите вести себя уже как два барана», — Но все-таки пока выдерживают нервы — молчу.
— Тебе-то что? — Голову назад закидываю, протирая глаза, параллельно чувствуя, как к моему организму подступает сон, а те самые глаза медленно закрываются. — Неужели стал интересоваться её жизнью? — Действительно… Неужели?! Или я что-то пропустила?
Метеориты на землю не падали? А никаких сверх волн не было, которые заставляют человека поворачивать свой мозг на триста шестьдесят градусов?
— Просто хотел услышать рассказ, как она опять оплошала. — Глаза закатываю. Встаю. Прочь отсюда убираюсь.
Когда вы, два взрослых человека наконец-то поймете, что я не могу разрываться между вами обоями. Я люблю тебя, Глеб. Люблю тебя, Дина. Только одна любовь семейная… Ещё это привязанностью назвать можно, а другая… Совсем в общем другая, но обе от сердца идут.
Но нет же!!! Нет бы, объединиться вокруг меня и стать одной большой и дружной семьей… Мне это только во сне приснится, и то сомневаюсь…
Нет бы жить дружно, а вы… Вы просто каждый раз подкалываете друг друга, как в детском саду, да и в младшей группе причем. Иногда мне кажется, что я реально попала в ясли.
Хлопаю дверью спальни, падаю на кровать и достаю из заднего кармана джинс телефон. Быстро глазами бегаю по сообщениям, ища номер сестры.
— Ариш,— Он в комнату входит, а я лишь фыркаю и снова глаза опускаю, — Прости…
Да, кончено, каждый раз это ваше «прости». А потом все мои нервы наизнанку выворачиваете. Надоело.
— Седьмого марта мы едем к моим родителям. — Рот открыть хочет, но во время перебиваю, — И я сейчас даже слышать о твоей работе не хочу. — А это уже факты, между прочим. — И ты должен будешь…
Г
Но договорить мне так и не дает.
— Да, да, да. Там твоя Дина будет и я должен буду с ней померится, а ещё всё праздничное застолье подавать ей еду. — Выключи свой сарказм, Миронов, ради Бога. — А ещё, наверное, слюнки вытирать и по пятам ходить, как телохранитель. — Ты перегибаешь… — А ещё разговаривать с ней.
— Ты утрируешь. — В конце этой его «речи» заключаю.