Глава 4

    Пытаться уснуть в четвёртом часу утра, дело зряшное, особенно, когда поскорее хочется заглянуть в сумку тем самым, подтвердив или опровергнув свои догадки. Но пугать Марфу Васильевну своим появлением посреди ночи, я считала большим свинством, поэтому отправилась на кухню варить себе кофе и думать о том, как жить дальше.

    Пока вода в турке закипала, я влезла на табурет и достала с кухонного ящика сигареты с зажигалкой. Ругать себя было бесполезно. Уже как сотню раз обещала себе, что это в последний раз. Но каждый раз случись какая-нибудь фигня, начинала дымить заново. Спрашивается: если не собиралась больше курить, зачем прятала сигареты? Почему было просто не выбросить? Ответа на этот вопрос я не находила. Вероятно, всё дело в моей загадочной русской душе.

    Налив кофе в чашку, я открыла на кухне форточку, и устроившись курить на подоконнике, стала перебирать в уме события вчерашнего дня.

    Валька, позвонивший мне утром, был чем-то сильно взволнован. Рассказать мне причину своей нервозности, он не пожелал. А я списала это на неприятности на работе (работал мой любознательный друг в Историческом Музее на Красной Площади и страсти под час в этой богадельни кипели не шуточные). А что, если это было что-то другое? Знала ли я, что Валька занимается копательством? Конечно, знала. Я и сама не раз была с ним на раскопках. Именно Валька научил меня обращаться с металлоискателем. И находки, как правило были весомыми. Валька мало что оставлял себе. Почти всё из найденного он сбывал Льву Абрамовичу, имеющему свой магазин с антиквариатом на Арбате. Я, к слову, не единожды была там вместе с Валькой. Приходили мы к закрытию (не знаю почему, таково было желание владельца).