Ночь откровений

Хаято Суо

— Я жду объяснений.— Твердо произношу я, взглядом прожигая в подруге дыру.

   Она мнется, стоя на пороге моего дома. На Норико лиловая вязаная кофта, какую я не раз видел на ней, и темно-синие джинсы.

— Иногда мне хочется спросить у тебя, умеешь ли ты пользоваться часами.— Цежу я сквозь стиснутые зубы; я не должен грубить, но сейчас так трудно сдерживаться.

— Я...

— Десять вечера, Нори-чан. Десять!

— Ну уж извините,— шипит она, и в ее голосе мелькают обиженные нотки.

   Пора сбавить обороты, Суо.

— Радует, что ты хотя бы не одна решила отправиться гулять.— Более миролюбивым тоном говорю я, отходя в сторону и как бы пропуская подругу внутрь дома; но она не заходит.

— Лучше сразу скажи, пойдешь или нет.— Она хмыкает.— Или ты меня к себе приглашаешь заночевать?

   Возразить мне нечего и, попросив Норико подождать пару минут, я направляюсь переодеваться.

— Хочешь сказать, что у тебя бессонница?— уточняю я, покидая дом. Быстро заперев дверь, я спускаюсь; ключи мигом ныряют в карман моих штанов.

— Ага. Всю неделю мечтала отоспаться, но, как видишь, не судьба.— Ворчит Норико.

   Она действительно выглядит очень измотанно и вяло, что только подтверждает ее слова. Нори не стала бы переться гулять так поздно только потому что мы давно не виделись. Не в ее стиле пренебрегать сном. Значит, Норико не врет; у нее и вправду возникли проблемы с засыпанием.

   Мы покидаем территорию дома и следуем в сторону парка. Норико идет: руки в карманах, взгляд устремлен куда-то себе под ноги. Я внимательно слежу за выражением ее лица, будто на нем высветится ответ на все интересующие меня вопросы.

— Как твои дела, Суо-кун?— прерывает тишину Сазама.

— Неплохо.

— Понятно.— Она молчит.— Как Нирэи-чан, как Сакура? Как остальные?

— Тоже хорошо.

— Ясно.

   Впереди наконец показался парк, в который мы тут же зашли. Темно. Фонари почти не горят, так, разве что, излучают слабое свечение, иногда жутко мигающее.

Мы идем дальше. Молча. Ни говоря ни слова. Норико скована сильнее обычного, и в голове невольно закрадывается мысль, что в то утро она вовсе не спала. Сразу становится не по себе.

— Эй, милая барышня, не подскажите-ка время?

Высокая мужская тень появляется перед нами совершенно неожиданно. Нори дергается и инстинктивно отступает на шаг назад.

— Без двадцати одиннадцать. Ночи.— На этом слове я делаю акцент.