Глава 9. На грани доверия
Утро пришло в Бангкок тяжёлым, влажным и серым.
Небо над городом было затянуто низкими облаками, будто кто-то накрыл стеклянные башни, шумные улицы и узкие переулки плотной крышкой, не позволяя воздуху свободно двигаться. Машины стояли в пробках, мотоциклы лавировали между ними, торговцы открывали свои лавки, а где-то за тонированными окнами дорогих автомобилей принимались решения, от которых зависели чужие жизни.
Орм проснулась раньше будильника.
Она лежала на спине, глядя в потолок, и несколько секунд не могла понять, где заканчивается сон и начинается реальность. В комнате было тихо. Слишком тихо. Только кондиционер ровно гудел под потолком, разгоняя прохладный воздух.
На стуле возле кровати висела её тёмно-синяя рубашка. На полу стояли аккуратно начищенные ботинки. На тумбочке лежал значок детектива, пистолет в кобуре и телефон, экран которого оставался чёрным.
Ни одного сообщения.
Ни одного звонка.
Линг молчала.
Орм медленно села на кровати, провела ладонью по лицу и коротко выдохнула. Ночь почти не принесла сна. Каждый раз, когда она закрывала глаза, перед ней возникала Линг: в своём шёлковом халате, с холодными глазами, с дрогнувшими пальцами, с голосом, который говорил «уходите», хотя в нём слышалось совсем другое.
Орм поднялась, подошла к окну и отдёрнула штору.
Город жил своей обычной жизнью.
А у неё внутри всё стояло на месте.
Она оделась медленно, почти механически. Чёрные брюки, белая майка под рубашку, тёмно-синяя рубашка с закатанными рукавами, кожаный ремень, часы на запястье. Волосы она собрала в низкий хвост, затем передумала, распустила их, снова собрала. В конце концов оставила так, как было: строго, удобно, без лишнего.
Перед зеркалом она застегнула кобуру под пиджаком и на секунду задержала взгляд на своём отражении.
— Ты просто делаешь свою работу, — сказала она самой себе.
Отражение не поверило.
Через сорок минут Орм вошла в участок.
Внутри пахло кофе, бумагой, усталостью и дешёвым кондиционером. Кто-то спорил по телефону, кто-то печатал отчёт, кто-то смеялся слишком громко для такого раннего часа. Обычный полицейский хаос, в котором Орм всегда чувствовала себя уверенно.
Сегодня — нет.
Она прошла к своему столу, бросила папку на поверхность и заметила маленький белый конверт.
Без марки.
Без подписи.
Только её имя, написанное чёрными чернилами.
Орм замерла.
Пальцы на секунду сжались.
Она медленно взяла конверт, осмотрела его со всех сторон и вскрыла ножом для бумаги.
Внутри лежала фотография.
На ней была Шарлотта Остин.
Снимок был сделан накануне вечером возле клиники. Шарлотта стояла у входа, в светлом медицинском халате поверх бежевой блузки и широких брюк, волосы собраны в небрежный пучок, в руках телефон и стакан кофе. Она улыбалась кому-то за кадром.
На обороте фотографии была короткая надпись:
«У каждого детектива есть слабое место».
Орм почувствовала, как внутри всё похолодело.
Она не сразу заметила, что рядом остановился её коллега и что-то спросил. Звук его голоса дошёл до неё будто из-под воды.
— Орм? Ты в порядке?
Она перевернула фотографию лицом вниз.
— Да.
— Выглядишь так, будто увидела призрака.
— Я сказала, что всё в порядке.
Коллега поднял руки, сдаваясь, и отошёл.
Орм села за стол и несколько секунд смотрела на конверт. Затем достала телефон и набрала номер Шарлотты.
Ответили почти сразу.
— Доктор Остин слушает, — прозвучал бодрый голос.
— Шарлотта.
Пауза.
— Орм? Что случилось?
— Где ты?
— В клинике. У меня через десять минут пациент. А что?
— Ты одна?
— Вокруг человек двадцать медперсонала, три пожилые дамы в очереди и мальчик, который пытается засунуть игрушечную машинку в аппарат с бахилами. Так что нет, не одна.
Орм закрыла глаза.
— Сегодня будь осторожна.
Шарлотта помолчала.
— Это из-за неё?
Орм не ответила.
— Орм.
— Просто будь осторожна.
— Ты знаешь, что когда ты говоришь «просто будь осторожна», это значит «вокруг происходит что-то ужасное, но я решила справиться сама и испортить всем жизнь своей героической молчаливостью»?
— Шарлотта.
— Нет, не «Шарлотта». Я твоя подруга, а не случайный контакт в записной книжке.
Орм сжала переносицу.
— Мне прислали твою фотографию.
На другом конце линии стало тихо.
Слишком тихо.
Когда Шарлотта заговорила снова, её голос был уже другим. Ни шуток, ни лёгкости.
— Когда?
— Сегодня утром.
— Кто?
— Пока не знаю.
— Врёшь.
Орм открыла глаза.
— Я подозреваю.
— Линг?
— Нет.
Ответ прозвучал слишком быстро.
Шарлотта это услышала.
— Ты её защищаешь?
— Я знаю её методы. Это не она.
— Орм, ты слышишь себя? «Я знаю её методы». Это звучит так, будто вы с ней уже давно не по разные стороны закона, а где-то посередине, в очень сомнительной комнате без окон.
— Сейчас не время.
— Именно сейчас время. Потому что если кто-то фотографирует меня из-за твоих отношений с женщиной, которая управляет половиной теневого бизнеса города, я имею право задавать вопросы.
— У нас нет отношений.
— Конечно. Просто опасное притяжение, взаимные угрозы, ночные визиты и вот это твоё лицо последние две недели.
Орм молчала.
Шарлотта тихо вздохнула.
— Приезжай после работы. И не одна, если за тобой следят.
— Не могу.
— Можешь.
— Шарлотта...
— Я врач, Орм. Я умею отличать человека, которому нужна помощь, от человека, который делает вид, что помощь нужна всем, кроме него самого. Приезжай.
Связь оборвалась.
Орм медленно положила телефон на стол.
Фотография Шарлотты лежала рядом, как немое предупреждение.
И в этот момент на телефон пришло сообщение.
Номер был неизвестен.
«Сегодня. 22:00. Старый отель "Сирин". Одна. Если хочешь, чтобы твоя подруга проснулась завтра спокойно».
Орм перечитала сообщение три раза.
Потом подняла взгляд на окно.
За стеклом город был всё тем же.
Но теперь казалось, что кто-то смотрит на неё из каждой тени.
К вечеру дождь всё-таки начался.
Он не лил стеной, как это бывало в сезон, а падал мелко и настойчиво, покрывая улицы блестящей плёнкой. Свет фар расползался по мокрому асфальту, вывески отражались в лужах, люди прятались под зонтами и навесами.
Линг сидела в задней части чёрного автомобиля, припаркованного у закрытого входа в частный клуб.
На ней был белый брючный костюм без единой складки. Под пиджаком — шёлковый топ цвета шампанского. Волосы убраны назад, на ушах маленькие бриллиантовые серьги. Она выглядела безупречно. Настолько безупречно, что любой внимательный человек понял бы: это не спокойствие, а броня.
Напротив неё сидела Энгфа.
Энгфа Вараха всегда выглядела так, будто входила в комнату за секунду до того, как там начинались проблемы. На ней был тёмно-бордовый костюм, тонкая золотая цепочка на шее, кольцо на указательном пальце и туфли на высоком каблуке. Волосы свободно спадали на плечи. В руках она держала планшет, но смотрела не в него, а на Линг.
— Ты не слушаешь, — сказала Энгфа.
Линг повернула голову.
— Слушаю.
— Тогда повтори.
— Порт задержали на шесть часов. Часть людей отца внезапно сменила маршрут. Наши счета проверяют. Один из посредников исчез. Ты думаешь, это подготовка к внутренней чистке.
Энгфа слегка улыбнулась.
— Всё-таки слушаешь.
— Я всегда слушаю.
— Нет. Обычно ты ещё и реагируешь. Сегодня ты сидишь так, будто мысленно душишь кого-то очень красивого.
Линг посмотрела на неё холодно.
— Осторожнее.
— Попала?
— Энгфа.
— Детектив?
Линг отвернулась к окну.
Дождь стекал по стеклу тонкими дорожками.
— Ей угрожают, — сказала она.
Энгфа перестала улыбаться.
— Кто?
— Пока не знаю.
— Твой отец?
— Возможно.
— Или кто-то, кто хочет, чтобы ты так подумала.
Линг медленно повернулась к ней.
— Продолжай.
Энгфа отложила планшет.
— Слишком просто. Слишком театрально. Надавить на детектива через близкого человека, заставить её прийти в нужное место, а тебя — сорваться и вмешаться. Если это твой отец, он стал ленивее. А он не ленивый.
Линг молчала.
— Значит, есть третья сторона, — продолжила Энгфа. — Кто-то, кому выгодно столкнуть вас лбами. Тебя, твоего отца, полицию. И, возможно, меня.
— Тебя?
— Я слишком красивая, чтобы быть случайной фигурой на доске.
Линг посмотрела на неё без выражения.
Энгфа вздохнула.
— Ладно. Я слишком влиятельная.
— Это уже ближе.
— Спасибо за щедрость.
Несколько секунд они сидели молча.
Потом Линг сказала:
— Найди, кто следит за доктором Остин.
Энгфа подняла бровь.
— Уже.
— И?
— Двое людей сменяли друг друга возле клиники. Не наши. Не люди твоего отца. Работают аккуратно, но не идеально. Один засветился на камере у кафе.
Линг протянула руку.
Энгфа передала ей планшет.
На экране было мутное изображение мужчины в серой куртке.
Линг увеличила фото.
Глаза сузились.
— Я его видела.
— Где?
— На приёме у отца. Несколько месяцев назад. Он стоял в дальнем углу. Не говорил. Просто наблюдал.
Энгфа выругалась себе под нос.
— Значит, всё-таки рядом с ним.
— Не обязательно под ним.
— Линг.
— Я сказала: не обязательно.
Энгфа внимательно посмотрела на неё.
— Ты хочешь спасти детектива?
— Я хочу сохранить контроль.
— Это не ответ.
— Это единственный ответ, который ты получишь.
Энгфа усмехнулась.
— Ты знаешь, что чем холоднее ты становишься, тем очевиднее, что тебе не всё равно?
Линг резко закрыла планшет.
— Следи за Шарлоттой. Тихо. Без её ведома.
— А если детектив узнает?
Линг посмотрела в окно.
— Она разозлится.
— И?
На губах Линг появилась едва заметная, почти болезненная улыбка.
— Она красива, когда злится.
Энгфа покачала головой.
— Вы обе безнадёжны.
Линг не ответила.
Телефон на её коленях завибрировал.
Сообщение было коротким:
«Старый отель "Сирин". 22:00».
Линг медленно сжала телефон в ладони.
Энгфа заметила это движение.
— Плохие новости?
— Нет, — сказала Линг. — Предсказуемые.
В 21:47 Орм вошла в холл старого отеля.
Когда-то «Сирин» был роскошным местом: мраморный пол, высокие колонны, бронзовые люстры, бархатные кресла. Теперь всё выглядело так, будто роскошь умерла здесь много лет назад и оставила после себя только пыль, запах сырости и трещины на стенах. Отель официально был закрыт на реконструкцию, но света в холле хватало, чтобы увидеть слишком многое и недостаточно, чтобы чувствовать себя спокойно.
Орм была одета в чёрные джинсы, серую футболку, кожаную куртку и ботинки. Волосы убраны назад, лицо спокойное, взгляд внимательный. Под курткой — оружие. В кармане — диктофон. В рукаве — маленький передатчик, который она настроила сама.
Она пришла одна.
Почти.
За два квартала от отеля в неприметной машине сидела Шарлотта, хотя Орм категорически запретила ей приближаться.
Шарлотта была в кремовом свитере, джинсах и лёгком плаще. Волосы она распустила, но постоянно убирала их за ухо от нервов. На пассажирском сиденье лежала медицинская сумка, будто она могла спасти кого угодно одной только силой своей профессии.
Телефон лежал у неё в руке.
На экране мигала точка — сигнал от устройства Орм.
— Ненавижу тебя, — пробормотала Шарлотта, глядя на карту. — Ненавижу твою упрямую детективную голову.
С заднего сиденья вдруг раздался спокойный женский голос:
— Обычно так говорят люди, которые очень любят.
Шарлотта резко обернулась.
На заднем сиденье сидела Энгфа.
В тёмном плаще, с влажными от дождя волосами и совершенно невозмутимым лицом.
Шарлотта вскрикнула и едва не выронила телефон.
— Вы с ума сошли?!
— Иногда. Но сейчас я просто присматриваю.
— Как вы попали в мою машину?
— Слишком легко. Вам надо поменять сигнализацию.
— Мне надо поменять круг общения.
Энгфа улыбнулась.
— Это тоже.
Шарлотта прижала руку к груди.
— Вы партнёр Линг.
— Бизнес-партнёр.
— Это должно меня успокоить?
— Не обязательно. Но я не здесь, чтобы причинить вам вред.
— А почему вы здесь?
Энгфа посмотрела в сторону отеля.
— Потому что Линг попросила меня вас защитить.
Шарлотта замерла.
— Она?
— Не делайте такое лицо.
— Какое?
— Будто вам только что сказали, что змея умеет вязать шарфы для сирот.
Шарлотта медленно повернулась к лобовому стеклу.
— Орм будет в ярости.
— Да.
— Линг тоже?
— Линг всегда в ярости. Просто иногда это выглядит как дорогой костюм.
Шарлотта неожиданно хмыкнула.
Энгфа посмотрела на неё с лёгким интересом.
— Что?
— Ничего. Просто вы странная.
— Мне говорили, что я обаятельная.
— Кто?
— Люди, которые хотели жить.
Шарлотта снова посмотрела на неё, не зная, шутка это или нет.
Внутри отеля Орм шла по коридору второго этажа.
Пол скрипел под ногами. Где-то капала вода. Вдалеке хлопало плохо закрытое окно. Свет мигал, превращая длинный коридор в череду тёмных и светлых прямоугольников.
На стенах висели старые картины в позолоченных рамах: пейзажи, портреты, цветы. Все они выглядели так, будто наблюдали за ней.
Орм остановилась у номера 217.
Дверь была приоткрыта.
Она толкнула её плечом.
Внутри горела одна лампа.
Номер был почти пуст. Кровать без матраса, стол, два стула, старый шкаф. На столе лежал телефон.
Он зазвонил в тот момент, когда Орм вошла.
Она подошла и подняла трубку.
— Да.
Сначала тишина.
Потом голос. Искажённый, механический.
— Детектив Орм. Вы пришли.
— Вы хотели поговорить. Говорите.
— Где документы?
— В безопасном месте.
— Это не ответ.
— Это единственный ответ, который вы получите.
Пауза.
— Вы слишком самоуверенны для человека, чьи близкие так уязвимы.
Орм медленно обошла стол, осматривая углы комнаты.
— Если вы хотели меня напугать, надо было постараться сильнее.
— Мы не хотим вас пугать. Мы хотим, чтобы вы поняли правила.
— Я плохо их соблюдаю.
— Это заметно. Особенно когда вы смотрите на Линг Квон так, будто забываете, кто она.
Орм застыла.
— А кто она?
Голос на линии стал тише.
— Наследница чудовища. И будущая чудовище, если вы не остановитесь.
— Вы много говорите для человека, который прячется за изменённым голосом.
— А вы много рискуете ради женщины, которая уже выбрала не вас.
Орм сжала трубку.
— Вы ошибаетесь.
— Правда? Она выгнала вас из своего дома. Приказала охране вывести вас. Неужели вы думаете, это было ради вас?
Орм молчала.
В трубке послышался лёгкий смех.
— Вот теперь вы слышите.
В этот момент за спиной Орм раздался тихий щелчок.
Она резко обернулась.
У окна стояла Линг.
Чёрный плащ был накинут поверх тёмного костюма. Волосы собраны в низкий хвост, лицо бледное в свете лампы. Она выглядела так, будто вышла прямо из ночи.
Орм опустила трубку, не разрывая соединение.
— Вы следили за мной?
Линг спокойно посмотрела на неё.
— Вы оставили слишком заметный след.
— Я пришла одна.
— Это была ваша первая ошибка.
— А ваша?
— Я пришла за вами.
Эти слова повисли в комнате.
В трубке послышался голос:
— Как трогательно. Обе в одном месте.
Линг перевела взгляд на телефон.
— Кто это?
Орм медленно положила трубку на стол, включив громкую связь.
— Кто-то, кто хочет, чтобы мы поссорились.
— Для этого мне не нужны помощники, — холодно сказала Линг.
Орм усмехнулась.
— Да, у вас талант.
Линг посмотрела на неё.
В этом взгляде было предупреждение.
И что-то ещё.
— Детектив, — произнесла она тихо. — Сейчас не время проверять моё терпение.
— А когда время? Когда вы снова велите мне уйти? Или когда решите за меня, кого мне бояться?
— Я решаю не за вас. Я пытаюсь не дать вам умереть.
— Как благородно.
— Как практично.
— Конечно. У вас же всё практично.
Линг сделала шаг к ней.
— Не начинайте.
— Уже начала.
— Орм.
— Нет.
— Вы должны были уйти ещё вчера.
— А вы должны были попросить меня остаться.
Линг замерла.
Слова ударили точнее, чем Орм ожидала.
На секунду холодная маска дала трещину.
В трубке снова раздался голос:
— Как интересно. Значит, слухи не врали.
Линг резко подошла к телефону и одним движением отключила его.
Комната погрузилась в тишину.
Дождь бил по стеклу.
Орм смотрела на Линг.
Линг смотрела на Орм.
Между ними было слишком много всего: злость, недосказанность, страх, желание, которое обе прятали так старательно, что оно стало почти осязаемым.
— Вы не должны были сюда приходить, — сказала Линг.
— Вы тоже.
— Я не детектив. Мне можно принимать плохие решения.
— А мне нельзя?
— Вам нельзя принимать решения, из-за которых я теряю контроль.
Орм прищурилась.
— Вот как?
Линг сразу поняла, что сказала лишнее.
— Я имела в виду ситуацию.
— Конечно.
— Не улыбайтесь.
— Я не улыбаюсь.
— Улыбаетесь глазами.
Орм сделала шаг ближе.
— Вы слишком внимательно смотрите, мисс Квон.
Линг не отступила.
— Профессиональная привычка.
— У главы мафии?
— У женщины, которая не любит сюрпризы.
— А я сюрприз?
Линг медленно окинула её взглядом: мокрые от дождя волосы, кожаная куртка, сжатые пальцы, упрямый подбородок.
— Вы катастрофа.
Орм тихо усмехнулась.
— Но вы всё равно пришли.
Линг ответила не сразу.
— Катастрофы иногда приходится предотвращать.
— А иногда?
Линг посмотрела ей в глаза.
— Иногда в них хочется войти самой.
Тишина после этих слов стала другой.
Гуще.
Опаснее.
Орм почувствовала, как учащается пульс. Она ненавидела это. Ненавидела, что один тихий голос Линг мог разрушить всю её выдержку. Ненавидела, что рядом с этой женщиной все правила становились тонкими, как стекло.
— Вы играете со мной, — сказала Орм.
— Нет.
— Нет?
— Если бы я играла, вы бы уже проиграли.
— Самоуверенно.
— Честно.
Орм подошла ещё ближе. Теперь между ними оставалось меньше шага.
— А если я не хочу играть по вашим правилам?
Линг подняла подбородок.
— Тогда вам придётся выдержать последствия.
— Я выдержу.
— Вы всегда так говорите.
— А вы всегда делаете вид, что вам всё равно.
Взгляд Линг потемнел.
— Осторожно, детектив.
— Почему? Я снова подбираюсь слишком близко?
— Да.
— К делу?
— Ко мне.
Орм перестала улыбаться.
Эти два слова прозвучали тихо, но в них было больше правды, чем во всех их предыдущих разговорах.
Снаружи раздался глухой удар.
Обе резко повернулись.
Линг мгновенно изменилась. Мягкость исчезла, вместо неё вернулась собранная, опасная точность. Она подошла к двери и прислушалась. Орм достала оружие.
— Сколько людей вы привели? — шёпотом спросила она.
— Ни одного.
— Не верю.
— Правильно делаете. Но сейчас я говорю правду.
В коридоре послышались шаги.
Медленные.
Осторожные.
Линг жестом указала Орм в сторону шкафа, сама встала у стены рядом с дверью.
Орм покачала головой.
— Даже не думайте командовать мной.
Линг прошептала:
— Хотя бы один раз сделайте вид, что у вас есть инстинкт самосохранения.
— Он есть. Просто вы его раздражаете.
Линг посмотрела на неё так, будто в другой ситуации нашла бы ответ.
Но шаги приближались.
Дверь распахнулась.
В комнату вошёл мужчина в серой куртке.
Тот самый с фотографии Энгфы.
Он успел сделать только один шаг, прежде чем Линг ударила его по руке, выбивая телефон. Орм перехватила его движение, выкрутила запястье и прижала к столу.
Мужчина зашипел от боли.
— Кто тебя послал? — спросила Орм.
Он молчал.
Линг подняла с пола его телефон, быстро осмотрела экран.
— У него включена передача сигнала.
Орм повернулась к мужчине.
— Кому?
Тот улыбнулся.
— Вы обе уже опоздали.
Линг застыла.
— Что это значит?
Мужчина посмотрел на неё.
— Ваш отец передаёт привет.
Лицо Линг стало совершенно неподвижным.
Орм крепче прижала мужчину к столу.
— Где он?
— Не здесь.
— Что должно произойти?
Он улыбнулся шире.
— Доктор Остин очень смелая женщина. Жаль, что смелость не лечится.
Орм побледнела.
— Шарлотта.
Она резко отпустила мужчину, но Линг схватила её за руку.
— Стойте.
— Отпустите.
— Это ловушка.
— Мне плевать.
— Именно поэтому стойте.
— Линг, уберите руку.
— Нет.
Орм посмотрела на её пальцы, сжатые на своём запястье, затем в глаза.
— Если с ней что-то случится...
— Я этого не допущу.
— Вы? — Орм горько усмехнулась. — Ваши люди уже однажды решили, что могут следить за моей подругой без моего разрешения.
Линг не дрогнула.
— Мои люди сейчас рядом с ней.
— Что?
— Энгфа.
Орм выдохнула сквозь зубы.
— Вы поставили за Шарлоттой слежку?
— Охрану.
— Без моего ведома?
— Да.
— Вы невозможны.
— Жива — значит, спор был успешным.
— Я вас ненавижу.
— Сейчас это неважно.
— Очень важно.
— Орм.
Она произнесла имя так, что Орм невольно замолчала.
Линг приблизилась почти вплотную.
— Послушайте меня. Если вы выбежите сейчас одна, они получат именно то, что хотят. Вас. Меня. Паника сделает за них всю работу. Позвольте мне хотя бы один раз помочь вам.
Орм дышала тяжело.
— Я не доверяю вам.
— Знаю.
— Вы лжёте.
— Часто.
— Вы манипулируете.
— Прекрасно.
— Вы опасны.
— Безусловно.
— И вы думаете, после этого я позволю вам помогать?
Линг чуть наклонила голову.
— Я думаю, вы уже позволили. Просто ещё не признали.
И снова этот взгляд.
Тёмный, уверенный, невозможный.
Орм хотела ответить. Хотела сказать что-то резкое, точное, болезненное. Но телефон Линг зазвонил.
Она подняла.
— Да.
Голос Энгфы был слышен даже Орм.
— У нас проблема.
Линг включила громкую связь.
— Говори.
— Возле машины двое. Один пытается открыть водительскую дверь. Второй ждёт у выхода из переулка.
Шарлотта на фоне возмущённо сказала:
— Я всё слышу, между прочим!
Энгфа сухо ответила:
— Прекрасно. Тогда не открывайте дверь людям, которые выглядят так, будто у них плохие намерения и дешёвые куртки.
— Я врач, а не идиотка!
— Спорное утверждение, учитывая ваше решение приехать сюда.
— Я приехала из-за Орм!
— Вот именно.
Орм выхватила телефон ближе к себе.
— Шарлотта!
— Орм, я в порядке. Пока. Но я очень злая, и когда всё закончится, мы поговорим о твоём стиле общения, твоём желании умереть героически и о том, почему рядом со мной сидит женщина, которая взламывает машины лучше, чем я открываю упаковку пластырей.
Энгфа спокойно добавила:
— Это был комплимент?
— Нет!
— Жаль.
Линг прервала:
— Энгфа, уходите оттуда. Южный выезд.
— Уже. Но у нас хвост.
— Сколько?
— Две машины.
Линг посмотрела на Орм.
— Мы едем.
— Мы? — переспросила Орм.
— Да, детектив. Мы.
Орм не стала спорить.
Они выбежали из номера вместе.
Коридор встретил их мигающим светом и эхом шагов. Мужчина в серой куртке попытался подняться, но Орм коротким движением обезвредила его и пристегнула наручниками к металлической трубе у стены.
— Полиция приедет, — бросила она.
Он усмехнулся.
— Если успеет.
Линг на секунду задержалась рядом с ним.
Её голос стал тихим и ледяным.
— Передай тому, кто тебя отправил: если он тронет людей детектива, я перестану быть дипломатичной.
Мужчина побледнел.
Орм услышала это и ничего не сказала.
Но на бегу её взгляд скользнул к Линг.
Иногда угроза в её устах звучала страшнее выстрела.
Они спустились по пожарной лестнице. Дождь усилился. На заднем дворе отеля стояла чёрная машина Линг. Водителя не было.
— Садитесь, — сказала Линг.
— За рулём я.
— Вы знаете маршрут?
— А вы знаете правила дорожного движения?
Линг открыла водительскую дверь.
— Я их покупаю.
— Конечно.
Орм села на пассажирское сиденье, захлопнула дверь и пристегнулась. Линг завела двигатель. Машина рванула с места так резко, что Орм инстинктивно схватилась за ручку.
— Вы водите как преступница.
— Я и есть преступница.
— Обычно люди это скрывают.
— Обычно вы не сидите у них на пассажирском сиденье.
Орм бросила на неё взгляд.
Даже сейчас, в этом безумии, с дождём на стекле, с опасностью где-то впереди, Линг умудрялась говорить так, будто между ними продолжался их личный поединок.
— Вам нравится меня раздражать?
— Нет.
— Врёте.
— Мне нравится, когда вы смотрите на меня, забывая сердиться.
Орм отвернулась к окну.
— Я не забываю.
— Сейчас забыли на две секунды.
— Следите за дорогой.
— Следите за пульсом.
Орм резко повернулась.
— Что?
Линг даже не посмотрела на неё.
— Он у вас учащается, когда я рядом.
— Вы невыносимы.
— Но наблюдательны.
— Самовлюблённы.
— Иногда.
— Опасны.
— Вы уже говорили.
— Повторяю для убедительности.
Линг чуть улыбнулась.
И эта улыбка, едва заметная, неправильная для момента, почему-то заставила Орм почувствовать себя живой сильнее, чем весь адреналин за последние сутки.
Через десять минут они настигли одну из машин преследователей.
Впереди на мокрой дороге чёрный седан резко перестроился, пытаясь отрезать путь машине Энгфы. Та уходила красиво и нагло, как будто город принадлежал ей не меньше, чем Линг. Её автомобиль скользнул между автобусом и грузовиком, оставив преследователям только злость и визг тормозов.
Линг выругалась тихо.
— Она слишком любит драму.
— Это говорит женщина, которая появилась у окна в заброшенном отеле.
— Эффектный вход важен.
— Я заметила.
Вторая машина преследователей попыталась прижать их сбоку. Линг резко повернула руль, уходя от столкновения, затем нажала на газ. Орм схватила рацию, настроенную на полицейскую частоту.
— Центральная, это детектив Орм. Нужен перехват в районе южного выезда от старого отеля "Сирин". Две подозрительные машины, возможная угроза гражданским.
Голос диспетчера затрещал в динамике.
— Принято. Подкрепление направлено.
Линг бросила на неё взгляд.
— Вы вызвали полицию в мою погоню?
— А вы хотели открытку?
— Я хотела меньше сирен.
— Привыкайте к законным методам.
— Они шумные.
— Зато иногда работают.
Впереди машина Энгфы резко свернула под эстакаду.
Линг последовала за ней.
Под эстакадой было темно. Дождь грохотал по бетону сверху, свет фар выхватывал из темноты граффити, мусорные баки, мокрые стены. Машина Энгфы остановилась у старого служебного входа.
Линг затормозила рядом.
Орм выскочила первой.
— Шарлотта!
Дверь второй машины открылась. Шарлотта вышла наружу, бледная, злая и совершенно живая. Её кремовый свитер был немного помят, волосы растрепались, но взгляд оставался ясным.
Орм подбежала к ней и крепко обняла.
Шарлотта сначала замерла, потом обняла в ответ.
— Я в порядке, — сказала она тише. — Правда.
— Прости.
— Я ещё не решила, насколько сильно ты виновата.
— Сильно.
— Хорошо, что понимаешь.
Энгфа вышла следом, поправляя рукав плаща. На её лице была царапина, но она выглядела скорее раздражённой, чем пострадавшей.
— Очень трогательно, — сказала она. — А теперь, может быть, уйдём до того, как появятся новые поклонники?
Линг подошла к ним.
Шарлотта сразу посмотрела на неё.
— Это вы поставили за мной охрану?
Линг выдержала её взгляд.
— Да.
— Без моего согласия?
— Да.
— Вы понимаете, что это нарушает примерно все мыслимые границы?
— Да.
— И вам не стыдно?
— Нет.
Шарлотта открыла рот, закрыла, затем повернулась к Орм.
— Я начинаю понимать, почему ты такая нервная.
Энгфа улыбнулась.
— Линг производит такой эффект.
Линг даже не посмотрела на неё.
— Нам нужно уходить.
Вдалеке завыли сирены.
Орм подняла голову.
— Это мои.
Линг едва заметно напряглась.
— Тогда мне пора.
Орм повернулась к ней.
— Нет.
Слово вырвалось слишком быстро.
Линг посмотрела на неё.
— Нет?
— Вы останетесь. Дадите показания.
Энгфа тихо рассмеялась.
— О, это будет прекрасный вечер.
Линг посмотрела на Орм холодно.
— Вы прекрасно знаете, что я не могу.
— Потому что вы выше закона?
— Потому что если я сейчас окажусь в участке, люди, которые всё это устроили, получат несколько часов свободы. И используют их.
Орм сжала челюсть.
Она знала, что Линг права.
И ненавидела это.
— Тогда куда вы?
— Искать того, кто стоит за этим.
— Одна?
— Нет.
Энгфа подняла руку.
— К сожалению для моих планов на спокойный ужин, со мной.
Шарлотта посмотрела на неё.
— Вам нужно обработать царапину.
Энгфа замерла, будто не ожидала заботы.
— Это незначительно.
— Я врач. Не спорьте со мной о незначительности ран.
— Вы всегда такая командная?
— Только когда рядом люди, которые считают себя бессмертными.
Энгфа улыбнулась чуть мягче.
— Тогда у вас сегодня тяжёлая компания.
Орм перевела взгляд с Шарлотты на Линг.
— Мы не закончили.
Линг подошла ближе.
— Нет, детектив. Мы даже не начали.
Сирены приближались.
Свет мигал где-то за поворотом.
Линг остановилась на расстоянии вытянутой руки. Дождь стекал по её волосам, по воротнику плаща, по чёткой линии скулы. В этот момент она не выглядела непобедимой. Она выглядела уставшей. Живой. Настоящей.
Орм тихо сказала:
— Вы снова уходите.
— Да.
— И снова решаете за меня.
— Нет. В этот раз я оставляю вам выбор.
— Какой?
Линг достала из внутреннего кармана маленькую чёрную флешку и вложила её в ладонь Орм. Их пальцы соприкоснулись.
Слишком долго.
— Здесь часть ответов, — сказала Линг. — Не все. Достаточно, чтобы понять, кому нельзя доверять.
— А вам можно?
Линг посмотрела на их соприкасающиеся руки.
— Нет.
Орм медленно подняла глаза.
— Очень честно.
— Я учусь у вас плохим привычкам.
— У меня хорошие привычки.
— Вы врёте хуже меня.
Несмотря на всё, Орм почти улыбнулась.
Линг заметила.
Конечно, заметила.
— Завтра, — сказала Линг.
— Что завтра?
— Полночь. Причал номер семь. Если захотите узнать больше.
— Это приглашение или ловушка?
— Разве с нами бывает что-то одно?
Орм сжала флешку в ладони.
— А если я не приду?
Линг наклонилась чуть ближе.
— Придёте.
— Самоуверенно.
— Честно.
И это повторение их разговора в отеле прозвучало почти интимно.
Шарлотта где-то за спиной демонстративно кашлянула.
— Я всё ещё здесь. Просто напоминаю.
Энгфа добавила:
— А я делаю вид, что не наслаждаюсь сценой.
Линг не отводила взгляда от Орм.
— Берегите доктора Остин.
— А вы?
— Я берегу то, что мне принадлежит.
Орм чуть приподняла бровь.
— Осторожнее, мисс Квон . Я не вещь.
Линг сделала ещё полшага ближе. Теперь между ними оставались считаные сантиметры.
— Я это прекрасно знаю.
Голос её стал ниже.
— Вещи не смотрят так, будто могут разрушить всё, что я строила годами.
Орм перестала дышать на один удар сердца.
Сирены были уже совсем близко.
Дождь шумел вокруг них.
Шарлотта молчала.
Энгфа тоже.
Весь город будто задержал дыхание.
Орм прошептала:
— Тогда почему вы не отступите?
Линг подняла руку. Медленно, почти осторожно. Кончики её пальцев коснулись мокрой пряди у виска Орм и убрали её назад. Это прикосновение было лёгким, но от него по коже прошёл ток.
— Потому что, детектив, — сказала Линг тихо, — я устала делать правильные вещи по неправильным причинам.
Орм смотрела на её губы.
Линг заметила и на этот раз не улыбнулась.
Она только чуть наклонилась ближе.
Орм не отступила.
Наоборот, её пальцы сжались на лацкане чёрного плаща Линг, будто она хотела удержать её хотя бы на секунду, хотя бы до ответа, хотя бы до того, как снова придётся выбирать между долгом и желанием.
Их дыхание смешалось.
Губы почти коснулись друг друга.
Почти.
В этот самый миг за поворотом вспыхнул синий полицейский свет, разрезая дождь и темноту, а телефон Линг завибрировал в её кармане с коротким, тревожным сигналом.
Она не отодвинулась.
Орм тоже.
Они стояли так близко, что между ними уже не оставалось места для лжи.
И всё, что должно было случиться дальше, повисло в одном последнем сантиметре.