●Глава 12●

Лиса сходила с ума от беспокойства с самого пробуждения. Ночью она крепко спала из-за усталости, но ранним утром уже открыла глаза, и первой мыслью было то, что Чон придёт к ней, чтоб поставить метку. Пантера сама себя успокаивала, старалась подавить буйную поросль надежды. Всё могло пойти совсем не так, как рассчитывали оба. Но сердце то и дело замирало в ожидании Гука, и это был совсем не страх.
Принцесса почувствовала появление генерала Чона, уже устав от ожидания. Своих братьев она предупредила, запретив приближаться к дому. Гепарду она доверяла даже больше, чем себе. И даже, если он сорвётся и спарится со спящей, то Лиса уже была готова и к такому. По крайней мере, уговаривала себя на это. Глупое тело по-прежнему не подавало никаких признаков, которые должны появляться у самки перед близостью с самцом. Оно будто спало, игнорировало полностью законы природы, существующие тысячи лет. Лиса не хотела секса с Чоном, но понимала, что без этого их пара существовать не может.
Пантера вздрогнула от стука, она совсем забыла, что не открыла дверь, погрузившись в мысли.
- Я сейчас! - Лиса подбежала к выходу.
На пороге стоял генерал в одних штанах. Бежал к своей самке со всех лап и теперь тяжело дышал и молчал. Что он мог сказать, если едва стоял, удерживая себя от того, чтоб схватить Лису на руки и присвоить прямо на пороге. Измученный долгим ожиданием, он едва держался.
- Скорее пей свои отвары.
- Да, скорее… - она развернулась и быстро пошла вглубь дома, - Засыпать я буду минут десять, наверное. Я будто бы всё рассчитала правильно. Надеюсь, не умру…
- Лиса! - Чон шёл за ней, глубоко вдыхая её аромат.
- Не должна, по идее. Что там во дворце? Что говорят о Лароше?
- Лиса, да ну его к пёсьей бабушке! - рыкнул гепард, пребывая в крайне взвинченном состоянии.
Пантера почувствовала волну ревности от гепарда и спрятала улыбку. Хоть и неправильные отношения были между ними, но всё же Чонгук был её парой, и никто другой. Собственнические чувства были обычным делом среди кошачьих, отец до умопомрачения ревновал Сану, как теперь ревнует Хосок. А ведь у них не было и нет такой связи, как у Лисы и гепарда.
- Ты посидишь со мной, пока буду засыпать? - пантера взяла на кухне стакан с молочно-белой жидкостью и пошла на второй этаж в спальню.
Гепард следовал за ней как на привязи.
- Да, конечно, - сказал вслух и подумал о том, что никогда бы вообще с ней не расставался.
Лиса пыталась сконцентрироваться на действиях, но выходило не очень хорошо. Она села на кровать, вздохнула и стала пить с таким остервенением, что капелька густого отвара не удержалась и сорвалась с уголка рта на грудь и потекла дальше.
«Пёсья срань! Она специально меня изводит?!» - гепард прикрыл глаза, прогоняя навязчивые фантазии.
Но пантера и не думала издеваться над генералом. Она дисциплинированно выпила всё содержимое, вытерла тыльной стороной руки губы и стала укладываться. Оборотень сел на стул напротив кровати.
- Чонгук, если платье с таким воротом, удобно будет кусать? - зелёные глаза были полны страха и надежды.
- Удобно, - только и смог пробасить гепард.
Он глядел на свою пару, она смотрела на него. От этого зачастило сердце у обоих, но Лиса стала всё чаще моргать. Постепенно взгляд затуманился, дыхание замедлилось и принцесса смежила веки. Оборотень встал со стула и пересел на кровать, погладил руку спящей Лисы, поцеловал ладонь. Целовать свою пару было восхитительно. Вспомнилось предложение пантеры, которое Чонгук воспринял категорично. Теперь он был не так уверен в своём решении…
В груди зародилось рычание, но оно совсем не испугало Лису. Она крепко спала и накануне позволила генералу делать с ней всё, что захочется. Пальцы оборотня коснулись скулы принцессы, прошлись по гладкой коже до шеи, где спокойно билась венка, спустились ниже к декольте…
В штанах стало невыносимо тесно, пульс грохотал в висках, клыки рвались наружу, чтоб скорее исполнить задуманное, а гепард продолжал дальше пытать самого себя. Он убрал непослушные пряди с шеи Лисы и, склонившись, провёл носом вдоль плавного изгиба. Как восхитительно пахла его самка! Языком Чонгук лизнул нежную кожу, потом ещё и ещё долгими тягучими движениями, как настоящий кот, а потом не удержался и припал поцелуем к губам. Сопротивление пантеры, возможно, ещё больше распалило бы его, но отсутствие хоть какой-то реакции немного отрезвило генерала. Лиса так глубоко спала, что совершенно ничего не чувствовала и никак не отзывалась.
Снова вырвалось рычание, на сей раз от досады. Оборотню так хотелось чувствовать свою самку, обладать ею! Он решил больше не медлить. Ворот на самом деле немного мешал, хоть и был довольно широким. Видимо Лиса пыталась найти баланс между доступностью шеи и приличным декольте, но не нашла.
Гепард ослабил шнуровку корсета, чтоб была возможность стащить платье с плеча. Его выдержка снова подвергалась испытанию.
- О, Лиса… - он взял на руки свою неправильную пару и припал губами к основанию шеи. Одно движение отделяло их от ключевого момента в их жизни. Генерал Чон выпустил клыки и быстро вонзил их в плоть пантеры. Кошка не шелохнулась и не застонала. А Чонгук подумал о том, что даже, когда всё наладится, у них не будет того волшебного момента, который бывает у всех пар. Когда во время спаривания самец кусает свою возлюбленную в шею, и они вдвоём сходят с ума от невероятных по силе ощущений.
А в их случае сходил с ума один Чонгук. Привкус крови его пантеры выбил остатки разума из головы генерала. Он утробно зарычал, звериная сущность взяла верх над ним, теперь правили инстинкты. Гепард вытащил клыки, а после уложил Лису на кровать и одним движением когтя начал избавлять её от корсета.