●Глава 8●

Лиса недоверчиво смотрела на мать и чуть качала головой.
- Разве такое может быть? Я просто чувствую вину, я…
- Я же ощущаю твои эмоции, дочь. Это оно.
Императрица мягко улыбалась и продолжала ласково перебирать тёмные локоны Лисы. У самой Саны виски уже посеребрила седина, но Хосок говорил, что теперь жена стала ещё красивее.
- Но ведь я не приняла его!
- Что-то мешает твоему телу отозваться, но сердце всё понимает, как нужно. Ты тянешься к своей паре.
Принцесса вздохнула и закрыла ладонями лицо. Сколько лет подряд, сколько дней и бессонных ночей Лиса размышляла над тем, что было между ней и Чоном, как можно было назвать эту связь и как с нею жить. Он не был пантере противен сам по себе, ей было интересно рассматривать черты его лица, забавляла некоторая стремительность движений, даже не пугало увечие. Но, как только гепард касался её, Лису сразу накрывало волной паники и иррационального страха.
- Даже если это любовь, она нам никак не помогает, - принцесса встала, поправила платье и, попрощавшись с матерью, ушла.
Выйдя из дворца по направлению к ожидавшему экипажу, принцесса оглянулась, повинуясь какому-то внезапному порыву. В проёме окна она увидела генерала Чона. Гепард смотрел на свою пару внимательным взглядом, но по его лицу было непонятно, о чём он думал, что решил. Он умел так же, как Сана держать свои чувства, не выдавая их другим.
Если бы Лиса только знала, какую тяжёлую ночь пришлось пережить Чонгуку. Он дважды был почти на пороге её комнаты, соглашаясь на то безумное предложение. Но в последний момент уходил, потому что, в конце концов, ясно осознавал, что это путь в никуда. Не смог бы гепард смириться с таким положением дел, да и Лиса скорее всегда погорячилась, предлагая такое…
Принцесса отвернулась первой и села в карету, чувствуя в груди тяжесть. Всему виной была она, её тело или мозги — этого понять не получалось. Но в ней была причина мучений. И попытки решить их проблему только больше истязали нервы обоих. Лиса ощущала потребность успокоиться. Она всегда находила источник сил среди диких лесных просторов.
Поэтому, как только прибыла домой, то сложила небольшую сумку для путешествий и, предупредив кухарку, так как братья снова в полном составе крутились при дворе, отправилась в путь.
Обычно Лиса уходила в лес в теле пантеры, так сделала и в этот раз. Звериные чувства были обласканы звуками пробуждающейся природы, запахами весны и песнями птиц. Лапы мягко ступали на яркую молодую траву, ещё не иссушенную солнцем, которое в последние годы стало совсем уж палящим.
Пантера быстро миновала земли, принадлежащие их роду. Вообще, титул и принадлежность Лисы, близнецов и Маркуса к императорской семье всё ещё была предметом споров. Официально они не были усыновлены Хосоком, хотя он и рвался. Сана позволила детям самим определиться, кем быть и чью фамилию носить. Старшая дочь Ким Намджуна подала пример остальным, мягко, но однозначно отказавшись от идеи отчима. Он некоторое время обижался, но потом Сана смогла угомонить гонор мужа. Тем более, что двое наследников у императора и его жены были. Поэтому Лиса и братья всё же носили фамилию Ким, хотя титул им был жалован герцогский, при этом они имели все привилегии, как дети императора.
Рысцой преодолев приличное расстояние по землям Ким, Лиса остановилась у берега реки, чтоб немного отдохнуть, кроме того, с высокого берега открывался изумительный вид на окрестности. Пантера любила именно там делать привалы, подолгу смотреть на волшебные пейзажи, не думая о проблемах. В этот раз хищница не стала делать исключения.
Острый нюх улавливал самые разные ароматы, обоняние щекотали запахи лесных зверей, весенних цветов, прелой листвы и ещё тысячи других. Лиса зажмурилась от удовольствия, но, когда открыла глаза, не поверила глазам…
Она видела чужака. Ветер дул с его стороны, но пантера не ощущала ничего, будто видела призрака, а не живое существо. Она вжалась в землю, наблюдая за незнакомцем. Вот кого в тот момент не хватало, так это Саны. Императрица была той ещё воительницей и ищейкой, Лиса ей и в подмётки не годилась.
Но пантера была одна, а значит, выкручиваться нужно было самой. Незнакомец не замечал её, он куда-то шагал, но не было похоже, что знал дорогу. Мужчина был молодым, высоким, плечистым и странно одетым. Волосы, будто выгоревшие на солнце, контрастировали со смуглой кожей. Его можно было назвать красивым, но что-то было в его экзотической внешности, что пугало и настораживало. Лиса сама была хищницей, но в незнакомце ощущалось что-то совсем чуждое.
И только, когда он поднял свои глаза, и взгляды Лисы и чужака встретились, она поняла: у мужчины были зрачки красноватого оттенка. Таких она не видела по всей Интрии, он был инородцем. В голове сложились части головоломки: обломки корабля с незнакомыми знаками, неизвестной породы чужак на землях Интрии. Только как он оказался так далеко от моря?!
Лиса всматривалась в него, ожидая следующего шага. И вскоре мужчина стал махать руками и что-то кричать на незнакомом языке. Он распознал в ней не зверя, а существо, к которому можно обратиться за помощью.
Лиса спустилась чуть ниже, скрывшись от глаз чужака за камнем. Обратилась в человека, достала из дорожной сумки тонкое платье и набросила на себя, чтоб вскоре показаться перед незнакомцем в новом теле.