Глава 4
Они прибыли быстро, слишком быстро, как показалось Майе. Сирены стихли ещё на подъезде, и машина мягко остановилась у края ограждённой ленты. В воздухе стоял странный запах: влажный асфальт, холодный металл и что-то ещё, тяжёлое, трудноуловимое.
Майя вышла первой.
Ей хватило одного взгляда, чтобы понять: это не похоже ни на одно из предыдущих убийств.
Тело женщины лежало на земле, неестественно выгнувшись, словно её бросили небрежно, как ненужную вещь. Спина была обращена вверх. Одежда разорвана от плеч до поясницы, ткань висела клочьями, оголяя кожу.
Ангельские крылья.
Те же линии. Тот же рисунок. Чёткие, выверенные разрезы, словно убийца рисовал по заранее намеченному эскизу. Майя уже знала этот рисунок почти наизусть, могла бы воспроизвести его с закрытыми глазами.
Но ниже…
Она сделала шаг ближе и остановилась.
По всей линии позвоночника, от верхних грудных позвонков до поясницы, были вогнаны ножи. Несколько. Аккуратно. Почти симметрично. Рукояти торчали под разными углами, отражая свет фонарей, будто чуждые, инородные элементы, вонзённые в человеческое тело без малейших сомнений.
— Чёрт… — выдохнул Джисок где-то сбоку, и в его голосе не было привычной иронии.
Он замолчал, что для него было редкостью.
Чонгук стоял чуть позади, напряжённый, побледневший. Его взгляд скользнул по телу, задержался на ножах. Он ничего не сказал, но Майя заметила, как сжались его пальцы.
— Это ужасно... — тихо произнесла она, больше для себя.
Она присела на корточки, не переходя границу, и внимательно осмотрела раны.
Судмедэксперт ещё не приехал, но место уже кишело криминалистами. Фотограф щёлкал затвором, кто-то тихо диктовал данные в диктофон, полицейские проверяли периметр.
— Предыдущие жертвы.., — продолжил Джисок, уже собравшись. — Без лишнего. Аккуратно. А здесь… — он кивнул на ножи. — Это перебор.
— Это странно — Майя покачала головой. —
Она встала, чувствуя, как по спине пробегает холод. Её взгляд снова и снова возвращался к позвоночнику, к этим ножам, будто вбитым намеренно, почти ритуально.
— Он показывает контроль, — добавила она. — И силу. И то, что может менять правила.
Чонгук наконец заговорил:
— Или хочет, чтобы мы потеряли уверенность.
Майя посмотрела на него. Их взгляды встретились на долю секунды, в его глазах было то же, что она чувствовала сама: тревога, смешанная с профессиональной злостью.
Сирена вдалеке напомнила о реальности. Судмедэксперт подъехал, и пространство вокруг тела оживилось ещё больше. Кто-то осторожно начал фиксировать положение ножей, не вынимая их.
— Всё забираем, — сказала Майя. — Каждый нож отдельно. Отпечатки, микрочастицы, возможные следы крови, не принадлежащей жертве.
Она замолчала, глядя на изуродованную спину женщины.