Глава 31. Искусственное дыхание.
Се Лянь стоял над Хуа Чэном, который лежал без сознания, и не мог поверить своим глазам. Король Призрачного города, его единственный гарант безопасности в этом мире хаоса, лежал на песке, бледный и неподвижный. Ужас, который он испытывал в гробу, вернулся с новой, сокрушительной силой.
Мин И стоял рядом, его лицо, как всегда, не выражало эмоций, но он выглядел напряженным.
- Что с ним? - Се Лянь опустился на колени, его голос дрожал.
- Возможно, удар о камень при высадке, - холодно ответил Мин И. - Или слишком сильное давление в воде. Я не знаю.
Се Лянь не мог допустить, чтобы Хуа Чэн умер. Не сейчас. Не после всех его клятв, не после того, что он только что понял о себе. Паника нарастала.
Он быстро осмотрел Хуа Чэна. Дыхания не было. Или оно было таким слабым, что Се Лянь не мог его почувствовать. Он вспомнил смутные инструкции, которые когда-то слышал о первой помощи, о необходимости "искусственного дыхания".
Се Лянь, который был слишком напуган, чтобы даже подумать о поцелуе в нормальной ситуации, чувствовал, как его захлестывает волна отчаяния и необходимости.
Его руки дрожали, когда он наклонился над Хуа Чэном. Он закрыл глаза, на мгновение вспоминая о своем прошлом, о своей вере.
- Прости меня, Боже, - прошептал он, обращаясь к небу. - Прости меня за этот контакт. Но я не могу позволить ему умереть. Я должен... спасти его.
Он зажал Хуа Чэну нос, как ему казалось, по инструкции, и, не зная, как именно это делать, прижался своими губами к его губам.
Это был неловкий, неумелый контакт. Се Лянь не знал, как правильно вдувать воздух, и просто прижимался к нему, пытаясь вдохнуть в него жизнь, которую сам Хуа Чэн только что вернул ему.
Хуа Чэн притворялся. Когда Се Лянь впервые прикоснулся к нему, его единственное, закрытое веко слегка дрогнуло. Он почувствовал прикосновение мягких, немного соленых губ. В отличие от нервной, торопливой паники Се Ляня, Хуа Чэн был абсолютно спокоен.
Внутри него все ликовало. Король Призрачного города, сильный и непобедимый, был сейчас неподвижен и беспомощен, но человек, который значил для него больше, чем весь мир, добровольно, пусть и в панике, целовал его, чтобы вернуть к жизни. Это было почти невыносимо забавно и невероятно приятно. Он наслаждался моментом, чувствуя, как Се Лянь прижимается к нему, и не подавал никаких признаков жизни.