Глава 7

«Внук колдуна...»

Это был бы, возможно, первый ответ, который Ниран использовал, чтобы осознать, кто он. Пятнадцать лет назад, когда ему было четыре года и он жил в маленькой деревне, окружённой горами, Нирана воспитывали не родители — он жил только с Кунгом. Кунг с самого рождения вложил в него понимание его корней: что он потомок китайских иммигрантов хакка и клана, существующего более тысячи лет.

Его этническое происхождение и родословная заставили сельчан называть его «внуком колдуна».

— Эй, внук колдуна, иди домой!

Так называли Нирана не всегда, но часто, когда Ниран их раздражал. Ниран не считал себя изгоем среди друзей, но он был умнее... ну, ты понимаешь: всякий раз, когда он получал лучшую оценку, чем друзья, те, кто получал хуже, называли его «внуком колдуна». Всякий раз, когда он выигрывал футбольный матч, проигравшие называли его «внуком колдуна», или когда Ниран делал что-то, что казалось хотя бы немного лучше, чем у других, фраза «внук колдуна» всплывала в его голове, словно говорящий использовал её намеренно, чтобы принизить его до своего уровня.

Слышать такое снова и снова иногда было раздражающе, и иногда это раздражение перерастало в гнев. Но эти эмоции приходили и уходили. То, что оставалось в его сердце, вероятно, было вопросом, который в детстве превратился в проблему, которую он не мог решить.

— Что такое, Кунг... его называют колдуном?

— А что насчёт меня? Должен ли я когда-нибудь стать колдуном тоже?

Современный мир определяет ценность колдуна через зло. Даже тон голоса и взгляд его друзей, когда они обращались к нему, ясно отражали эти отношения. Это было не восхищение и не уважение, а отторжение и стигматизация.

Иногда даже Ниран не мог не поддаться этим течениям.

«Зла ли природа Кунга? И если да, передастся ли это мне?»

«Кем я стану, когда вырасту?»

«Стану ли я таким же злым колдуном, как Кунг, или вырасту обычным человеком, как все в деревне?»

Ни один из этих вариантов не кажется хорошим.

Ниран шёл через лес обратно к маленькому деревянному дому, где жил с Кунгом. Он увидел старый седан, припаркованный перед домом, что означало, что у Кунга был гость. Ниран вошёл и заглянул в дверь. Он увидел Кунга, приветствующего пожилого мужчину, одетого в то, что выглядело как одежда монаха: свободная серая рубаха и чёрные штаны, в сопровождении двух молодых людей, одетых похоже. Ниран видел фотографии Кунга в такой одежде, хранившиеся в шкафу, но никогда не видел его в ней.