Глава 14

Квартира героини. Напряжение звенит в воздухе

Как только дверь за ними закрылась, он собрался заговорить, но девушка его опередила:

‒ Ужинай без меня. Я устала.

Он смотрел, как она сбросила обувь прямо на ходу и забралась в спальную «нишу» в верхней одежде.

На этой кровати могли бы спать четверо. Матрац еле помещался в тёмном закутке с одним слабым светильником в изголовье. Неужели, подумал химерик с раздражением, нельзя было грамотнее использовать пространство? Он ни разу не встречался с хозяевами квартиры, но сомневался, что они имели габариты бегемотов.

Есть ему не хотелось. Он тоже устал.

Немного помедлив, химерик приоткрыл сломанную дверь «спальни» - та тихо, но протестующе скрипнула.

Лёгкий кардиган валялся у самого входа как сторожевой пёс. Он аккуратно убрал его в сторону и впервые целиком забрался на кровать.

Девушка забилась к самой стене и никак не отреагировала на его появление. Она лежала к нему спиной. Не всхлипывала, не спала ‒ просто лежала.

Он лёг рядом, стараясь не касаться её ‒ благо, чёртова кровать давала такую возможность. Долго молчал, будто подбирая слова. Потом заговорил:

‒ Я не хотел тебя обидеть. Я отстранился, потому что слишком хорошо знаю, как легко люди причиняют вред, когда считают себя вправе это делать. Мне не всё равно, что с тобой может случиться, если кто-то решит, что ты переступила черту. Мне просто страшно.

Некоторое время девушка не отвечала, но он ощущал растущее напряжение, словно в воздухе накапливался глухой разряд.

‒ Возможно, стоило подумать об этом до цветов?

Удар попал в цель. Как бы он ни пытался оправдаться - заботой, тревогой, даже растерянностью - это не отменяло одного простого факта: он сам подставил её. И даже то, что он не до конца понимал свои чувства, не отменяло ответственности. Он должен был предвидеть, проанализировать - взвесить риски, просчитать возможные сценарии. Он умел это. Обязан был это сделать. А он... вёл себя как человек.

‒ Ты даже имени моего не знаешь! ‒ она подскочила, взбешённая его молчанием, словно внутри что-то взорвалось.

Её взглядом можно было обугливать древесину.

Он тоже поднялся.

‒ Что бы оно мне дало?

‒ Я человек! Не модель, не схема, не инструкция! А у людей есть имена!

Она снова повалилась на кровать, словно заряд в ней закончился, и снова отвернулась к стене. Послышался сдавленный всхлип, её плечи начали вздрагивать.

Он ещё ни разу не видел, как она плачет, и это окончательно выбило его из колеи.