4.

Хриплый голос Мансаку подал почти сразу, как только прочистил горло для речи горьким чаем, что больно напоминал сено. Манджиро, сидел неподвижно, лишь составил брови домиком и взгляд снова в ноги опустил, словно провинившийся ребенок.

—Ты сам-то, чего хочешь?—Пенсионер был готов продолжить, не давая ответить сразу внуку.—знаешь, я тебе одно скажу..—дедушка загадочно отвел взгляд в окно, кажется, вспоминал былые времена.—когда я был в твоем возрасте, я тем еще хулиганом был. Драться любил, родителей не слушал, да и вовсе разгельдяем был.—Майки улыбнулся, глядя на профиль опекуна.—а она из семьи богатой была, культурной такой. Влюбился, по уши! Помню, с уроков раньше сбегал, дабы ее проводить, даже цветы срывал с клумб и ей дарил, потом, правда, оказалось что это клумба матери ее была, но не суть!..—посмеялся дед.—ой, долго я бегал, слишком даже. А потом как-то, гляжу, а она меня и обнимает, и за руку брать не боится..потом дружить мы с ней начали, а через год и семью завели. У нас же все по-другому было! Не то что у вас, молодежь тоже..—он грустно усмехался.—а потом заболела, женушка моя. Не то, чтобы с кровати встать не могла, даже разговаривать с трудом получалось. А после..—глоток чая.—умерла она. И пяти лет со свадьбы не прошло. Детей-то я вырастил, дом построил, дерево посадил..да один только. Не ценил я то время, вот и тебе советую. Хочешь?Значит действуй. И никаких отговорок у тебя быть не может, Манджиро. Разборки, драки, дела, друзья..все это оправдания.—седой дедуля сделал последний глоток своего лечебного чая, а после встал с кресло-качалки, оставляя среднего Сано в одиночестве и глубоких раздумьях.

                                      ***

Солнце неторопливо уходило за горизонт, открывая новые красоты Японии. Легкий ветер гулял по ее коленкам, длинные волосы ручьем ложились на ее спине, а ее маленькая рука аккуратно старалась взять ладонь пепельноволосого. Заключив их ладони в замок, на лице девушки появилась смущенная улыбка, что дополнялась красными щеками. Савамура отвел взгляд в сторону, закатывая глаза и кажется шепча что-то ругательное.

Пара вдруг остановилась около пруда, где вчера они кормили уток. Точнее, дева остановилась, а парниша за ней. Разница в их росте была огромной, и по правде, смотрелось это нелепо. Кавата, хлопая влюбленными глазами решила взять все в свои маленькие ручки.

—Мицура-кун, я понимаю, что знакомы мы недолго, но я устала держать эти чувства в себе..—она выдохнула, закрыв глаза.—я люблю тебя, Мицу-кун.

                                      ***

Средний Сано по-хозяйски зашел в гараж старшего брата, что видимо был занят мотоциклом старой модели.

—Че делаешь?—спросил Майки, откусывая яблоко.

—О, Майки, как раз тебя искал,—произнес тот, прикручивая какую-то деталь.—на столе лежит фотография, отнеси Эмме, она попросила распечатать, а мне неко..Ай блять!—кажется, обжегся..

Манджиро, злорадно посмеявшись подошел ближе к столу брюнета. Черные глаза полезли на лоб, разглядывая ее черты лица. Металическая дверь с грохотом открылась, так и осталась, а блондин понесся в дом, в комнату младшей сестры.

Залетев в дом и пробежав этаж, Сано перед тем как зайти в комнату зеленоглазой достал новую модель мобильника, что уже был с камерой. Наведя камеру на фото,  а после сохранив в галерею, черноглазый убрал гаджет в карман широких штанов, а позже без стука заявился в комнату сестры.

—Эмма!—завидев блондинку, что явно не собиралась отвлекаться от разбора своего шкафа.

—Балбес, сколько раз говорила-стучись!—проворчала та, все еще не оборачиваясь.

Свастон явно пропустил замечание мимо ушей, снова оставляя дверь в комнату зеленоглазки открытой, главарь Тосмана всучил ей фотографию в руки, а после пальце указал на низкорослую особу.

—Кто это?Твоя подруга?—Эмма загадочно улыбалась, вспоминая милые моменты того дня. Как они сидели в кафе, поедали вкусности, обсуждали парней, или просто сплетни по школе.—Ау-у, Эмма!Ответь мне!—но капризного ребенка это явно не волновало.

—Да, моя близкая подруга, а что?—выгнула бровь та, подняв взгляд.—Неужели ты заинтересовался девчонками?—с ноткой стеба произнесла девушка, но с широкой улыбкой.

—Вы учитесь в одном классе?Когда у тебя уроки завтра заканчиваются?—он взял ее за плечи, игнорируя вопросы. Слишком непохоже на всегда спокойного Майки..

—Эй, угомонись, а!—схмурила брови блондинка.—Если так хочешь, могу вас познакомить.—хитро ухмыльнулась, подмигнув.

—Да нет, я сам!—махнул ладонью тот.—Просто, скажи ее имя и класс.—Манджиро, явно хотел взять все свои руки. Показать свою решительность, да и не хотел показаться тем самым «всученным подругой» ухажером.

—Хм..а ты настроен куда серьезнее, чем я думала. Только будь по-настойчивее, как умеешь в общем.—гордо ухмыльнувшись, та продолжила.—Хиесико Кавата, 3-А.

  ***
—Я..—он сглотнул слюну.—Я тоже люблю тебя, Хие-тян.—улыбнулся неряшливо тот.

Глаза цветом нежной голубой лазури заполнились звездочками, а нежная улыбка грела душу. Встав на носочки, Кавата потянулась до щеки возлюбленного, но Савамура явно желал большего. Не давая себя поцеловать, тот скрепил их руку сильнее, чуть отойдя на пару шагов.

—Может тогда ко мне?—он снова пытаться состроить ту «соблазнительную ухмылку», нагнувшись, дабы быть с ней на одном уровне.

Хиесико, хлопая глазами порозовела сильнее. Так сразу? Он ведь даже не предложил встречаться, или типа того..она ожидала другого. Его милой улыбке, его слова о сильной любви к длинноволосой, крепким объятьям и милым смущенным поцелуям в щеки. Когда он вдруг стал интересоваться только интимом, или всегда так было?

—Зачем?—настороженно спросила дева. Бровки встали домиком, а хрупкие ноги стали трястись.

—Милая, ну ты же и сама понимае..—его перебила громкая пощечина. На бледном лице остался ярко-малиновый цвет, прямоугольные очки спали на переносицу, а его губы почему то вдруг задрожали.—Эй, ты че творишь!—это скорее был не вопрос. Схватившись рукой за щеку, белокурый сжал пухлые губы.

—Ты полон похоти и мрака, жаль что такая девушка как я, тратила время на тебя, того кто даже не моется. Все же, Нахоя был прав.—Хиесико говорила без каких-либо эмоций, не хотела плакать из-за такого как он, он не достоин ее слез. Кавата ушла гордо виляя бедрами, не оборачиваясь.

||—Любому парню уже нужно задыхаться от счастья, ведь он существует в одном мире с моей сестрой. Моя сестра достойна самого лучшего в этом мире, а такому уебищу, который с ней сейчас ошивается, остается только набить ебало.—||

                                                         Н.Кавата.